Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро

Паланкин, объятый золотыми лучами Цышань и огненными всполохами, мчался по небу. Ветер трепал алую ткань, но не задувал внутрь, так что сидевшие на мягких подушках Мин Хань и Ян Юмэй чувствовали себя комфортно.

– Кажется, я знатно напугала божков, – разглядывая свои алые ногти, заметила демоница. – Они ожидали увидеть старуху, представляю их разочарование.

Она рассмеялась, лукаво взглянув на небожителя и откинув с груди белую прядь волос. Придвинувшись к нему, демоница прошептала на ухо:

– А-Хань, уже жалеешь, что взял меня в жены?

– Разве я могу жалеть о том, что моей женой стала та, кого боятся все три Мира? Теперь мне нечего бояться, – спокойно ответил Мин Хань, хотя кончик его уха предательски покраснел.

– И то верно, – улыбнулась Хуанъянь, сощурив глаза при виде приближающегося древа Цышань, небо над которым уже начало приобретать цвета заката. – Глава Ян предупредил меня, что оставаться подолгу на древе мне нельзя. Светлая и темная ци борются во мне постоянно, и если светлой станет слишком много, то демоническое ядро треснет.

– И что ты решила?

– Как насчет того, чтобы я на пару дней покидала своего мужа? – промурлыкала Ян Юмэй, коготком приподняв подбородок небожителя. – А то, боюсь, боги слишком привыкнут ко мне и перестанут бояться, тогда какой смысл их пугать?

Мин Хань невольно усмехнулся.

Согласно его договору с Ян Лю, сильные демоны больше не доставляли неудобств небожителям, а те, в свою очередь, не спускались в Нижний Мир. Пока Мин Хань связан узами брака с Хуанъянь, этот договор действует, но как долго продлится их брак? Недаром ведь говорили, что у демоницы в красном за всю жизнь было неисчислимое количество любовников. Удержать ее долго возле себя Мин Хань навряд ли сможет. Мог ли он вообще надеяться на любовь с ее стороны?

Паланкин опустился на одну из ветвей Цышань, и небожитель первым его покинул, придержав ткань и протянув руку Хуанъянь. Он не знал, можно ли ему вообще касаться Ян Юмэй. Не рассердится ли та и не выпотрошит ли ему внутренности раньше, чем они доберутся до его дома?

– А-Хань, что с твоим лицом? – вдруг рассмеялась демоница. – Боишься, что эта недостойная съест тебя? Не переживай, мясо небожителей не такое вкусное, как о нем говорят демоны.

Она взяла его за руку и спрыгнула на ветку, с прищуром оглядевшись. Часть листьев уже начала наливаться белым светом, заменяя собой фонари.

– Как думаешь, сколько мне понадобится времени, чтобы боги покинули Цышань?

– Надеюсь, ты не собираешься их изводить? – приподнял бровь Мин Хань, ведя Хуанъянь вперед.

– Кто знает, кто знает… но как-то меня не прельщает мысль гулять среди веток, любоваться цветами и слушать музыку. Неужели все богини такие скучные?

Мин Хань хотел было возразить, но понял, что не может. Все же небожительницы преимущественно происходили из знатных домов, где их обучали женским мудростям, потому поведение Хуанъянь казалось для них чем-то неприемлемым. Разве могла девушка одеваться в столь открытые наряды, вмешиваться в дела мужчин и даже заводить сотню любовников? Как ни посмотри, а Ян Юмэй явно не годилась в благородные дочери.

Дойдя до дома, Мин Хань отворил дверь, пропуская Хуанъянь внутрь. Демоница, даже не взглянув на внутреннее убранство, сразу прошла к столу, села за него и достала из рукава платья кувшин и две пиалы. Заметив, как неуверенно замер небожитель, она улыбнулась ему:

– А-Хань, я не собираюсь тебя спаивать. Впрочем, если хочешь сразу перейти к первой ночи, то могу раздеться.

Она оттянула воротник верхнего платья, и Мин Хань поспешил сесть за стол, уловив ее слегка разочарованный взгляд.

– Ты хочешь что-то обсудить?

– А как иначе? Или ты думал, что одного договора с главой Ян будет достаточно и меня можно не брать в расчет?

Внутренности небожителя сжались, и он молча следил, как демоница разливает по пиалам вино. Несколько мотыльков на ее заколках качнули крылышками и полетели по комнате, словно проверяя, не подслушивает ли их кто-то еще.

– Как благородный небожитель Мин мог заметить, я отличаюсь от богинь и земных девушек, – начала Ян Юмэй, весьма серьезно смотря на Мин Ханя. – Для возвышения я практикую парное совершенствование.

– Я думал, ты поглощаешь жизненные силы людей.

– Это для поддержания молодости, иначе я бы давно обратилась в старуху, – вздохнула та. – Я хочу тебя предупредить, А-Хань, что, взяв меня в жены, ты берешь и ответственность за меня. Мы с тобой подходим друг другу, и парное совершенствование возвысит нас обоих, но если ты не готов разделить с такой, как я, одну кровать, то мне проще уйти.

Мин Хань молчал, и так долго, что Ян Юмэй щелкнула пальцами у него перед носом, чтобы вызволить его из задумчивости. Несколько раз моргнув, небожитель наконец произнес:

– Я понимаю, но…

Он неуверенно замолчал, чувствуя, как начинают гореть уши.

– Боюсь, что я окажусь слишком неопытен для тебя, Ян Юмэй.

– Неопытен? – переспросила демоница; некоторое время она удивленно смотрела на Мин Ханя, прежде чем с сомнением спросить: – А-Хань, ты вроде не следуешь по пути воздержания, так неужели невинен?

– Не думал, что тебя это настолько сильно удивит.

– Единственный человек, который способен меня удивить, – это ты, – пробормотала Ян Юмэй, залпом осушив пиалу с вином и налив еще. – Богов я еще не лишала невинности… Так, значит, ты согласен на мое условие?

Мин Хань кивнул, заметив, как странно загорелись глаза у демоницы.

– Тогда у меня тоже будет условие, – заговорил он первым.

– И какое же, А-Хань? – подперев пальчиками подбородок, с улыбкой спросила Хуанъянь. – Любить только тебя одного? Или не создавать проблем на Небесах? Что ж, так и быть, спрячу когти и сделаю вид, что стала ручной.

– Нет, – покачал головой Мин Хань. – Что бы ни произошло на Небесах связанного с тобой – я должен об этом знать.

– Чтобы что?

Ее глаза сверкнули желтым, напоминая в полутьме кошачьи. Хоть Ян Юмэй и улыбалась, ее взгляд оставался необычайно серьезным. За игрой в хищницу прятался стратег, которого нелегко обмануть.

– Чтобы ты не оставалась одна.

Слова Мин Ханя вызвали у Хуанъянь смех, и она покачала головой:

– Ох, А-Хань, я всегда одна, такова уж участь