Биометаллический одуванчик - Ардо вин Акисс

страх Дедала исчез, растворился в понимании происходящего. Они – на святой земле, в священном месте, и эти волки, наказанные человеческим разумом – или люди, наказанные волчьим обликом – священнослужители некой религии, неизвестной, но в основе которой точно есть любовь и доброта. На это указывало еще и то, что мистик и Греза были все еще живы – Дедал понял наивность своего предположения о том, что чуткие хищники могли не заметить его неуклюжего приближения.

Кузнец отложил в сторону молот и положил в горн раскаленный прут. Повернул к ним свою голову и обнажил длинные клыки – и только миролюбивый взгляд фиолетовых глаз позволил Дедалу понять, что это улыбка, а не враждебный оскал. И в этот же миг песня прервалась, остальные люди-волки смотрели теперь только на них.

– Добрый день, – Эми первой приветствовала людей-волков.

– Добрый день, Греза, – ответил кузнец. – И тебе, человек. Можешь отпустить ее руку – здесь с тобой ничего не случится. Ты находишься в Кузнице Клыков, и мы определяем законы реальности внутри этого каменного круга.

Дедал понял, что просто ответить на эти слова будет недостаточно, и совершив огромный внутренний шаг, отпустил ладонь Эми и решительно приблизился к кузнецу, протянув ему свою руку.

– Дедал Шервиц.

– Дженази, – белый человек-волк с фиолетовыми глазами аккуратно пожал его ладонь, но мистик в полной мере прочувствовал мощь, скрытую в его пальцах. Это было то же самое, что положить руку под гидравлический пресс, управляемый опытным оператором – одно лишнее движение разотрет пальцы в пыль, но мастер подобного не допустит. Нужна лишь отвага поверить в это.

– Нас преследует... Искатель, – Дедал запнулся перед тем, как произнести имя жуткого существа. – Нам нужна помощь.

Дженази обвел взглядом своих собратьев, задержавшись на самом крупном из них.

– Я не могу покинуть Кузницу, пока не закончу работу, – произнес он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Никто из нас не должен покидать ее, пока ты не сделаешь этого, – прорычал гигант. – Грезе и человеку придется подождать, пока ты закончишь.

– А долго ждать? – осторожно поинтересовался Шервиц.

Ему не ответили.

– Они могут попытаться справиться с Искателем самостоятельно, – предложил другой человек-волк, второй по размеру в семерке. – Мы не можем покинуть Кузницу, но это могут наши имена. У Грезы есть меч – пусть Дженази закалит его, а один из нас поделится с ним своим именем.

Гигант и Дженази задумались над этим предложением.

– Это возможно, – ответил одноглазый. – Но согласна ли на это Греза? Что, если ей дорого имя ее меча?

– У меча может быть больше одного имени, – ответил кузнец. – Пусть имя одного из нас станет тайным для него, тем, что пробуждает его новое свойство. Ты согласна, Эми из Царства Грез?

– Да, – ответила девушка и протянула свой меч Дженази. Он принял его со всем почтением и взвесил в ладони.

– Идеальный меч, который не может существовать в реальности. Имя одного из нас изменит это, и им можно будет разить и наяву. Запомни это. И никогда не злоупотребляй этим свойством.

– Я запомню, – ответила Эми, и Дженази опустил клинок в желтое пламя. Металл мгновенно раскалился добела и он вернул меч Грезе.

– Возьми и отдай одному из нас. Братья-Клыки, назовите ваши имена.

– Шива, – отозвался первым одноглазый великан, и раскаленный клинок завибрировал, словно в страхе.

– Варуна, – назвался Клык, предложивший поделиться с мечом именем.

– Индра, – прорычал третий, и Дедал с сожалением подумал о том, что не ему решать, чье имя выбирать для оружия.

– Ваю, – этот Клык был самым лохматым среди собратьев, в его фиолетовых глазах скрывалось стремление к постоянному движению.

– Чандра, – пятый клык, наоборот, казался самым ухоженным, словно кто-то ежедневно расчесывал его густую белую шерсть.

– Марут, – представился шестой, и все замерли, ожидая решения Эми.

Греза колебалась недолго. Дедалу было больно смотреть на то, как она держит раскаленный клинок в своих тонких пальцах, и он выдохнул с облегчением, когда Греза подошла к Клыку и отдала ему меч.

– Варуна, – прорычал он... и вонзил его в свое тело.

И Дедал, и Эми воскликнули в ужасе, но Клык сразу же извлек клинок из тела. Металл остыл и принял прежний вид, а на теле Клыка не осталось и намека на рану.

– Вот и все. Теперь этот меч носит мое имя – Варуна. Будь с ним осторожна.

– Хорошо, – Дедал впервые увидел трепет на лице Грезы – когда она приняла свой обновленный меч из рук Клыка. Эми сделала пробный взмах и мистик понял, что песня клинка, производимая необычной формой, изменилась. Теперь она звучала с большей мощью, в ней угадывался могучий тембр Варуны.

– Благодарю вас. И клянусь, что отныне ни один Кошмар не побеспокоит ваш сон, – произнесла Греза. – Обещаю, что теперь все вы сможете спать спокойно.

– Наши кошмары будут тебе не по зубам, юная Греза, – усмехнулся Шива, и остальные клыки поддержали его горькими улыбками. – Но мы обратимся к тебе, когда наши клыки и когти будут сломаны.

– Что вы имеете ввиду? – спросила Эми с растерянностью.

– Закаты и рассветы, – ответил вместо старшего брата Дженази. – Идите, я должен продолжить работу.

И седьмой Клык снова взялся за молот, а остальные шестеро продолжили свою величественную песню.

– Вы куете меч? – спросил Дедал перед тем, как они с Эми покинули Кузницу.

– Клык, – ответил Дженази. И не стал объяснять, что это значит.

Искатель по прежнему ждал их у подножия кургана, чернея одиноким пятном на бесконечной белоснежной равнине. Ему было здесь не место, и Дедал предположил, что именно понимание этого помешало существу завершить свое темное дело. Но раз Искатель мог здесь существовать, был