Идеальная траектория - Эшли Константин

Я запрыгиваю на заднее сиденье машины и закрываю за собой дверь. Все они стоят, застыв в шоке от только что увиденной сцены. Я закатываю глаза за солнцезащитными очками.

В конце концов им удаётся погрузить сумки в багажник и забраться в машину, обменявшись приветствиями. Они переглядываются, и между ними проносится безмолвный вопрос: «Спрашивать ли нам, что с ней случилось?»

— Как прошёл полёт? — Кайл наконец прерывает неловкое молчание, воцарившееся в машине. Все поворачиваются ко мне, ожидая ответа. Я молчу, не в настроении для светской беседы.

Глядя в окно, я узнаю знакомые улицы Квинса, которые говорят о том, что нам ещё далеко ехать до дома Уэса, а потом и до моего.

— Полёт прошёл отлично, чувак! Без турбулентности и кричащих детей! А в первом классе было ещё лучше, — вмешивается Уэс, пытаясь поднять настроение. Но я чувствую на себе их взгляды, их беспокойство ощутимо.

“Круто. Как насчет тебя, сестренка?” Спрашивает Кайл.

Я игнорирую его.

— Алекс? Он повторяет моё имя, думая, что я не расслышала его в первый раз. — Алекс?

“ Не разговаривай со мной, ” огрызаюсь я.

— Ого! Кто-то помочился в твои кукурузные хлопья этим утром? — Он пытается пошутить, но я не в настроении. Я злюсь. Очень злюсь.

Я слышу, как Уэс откашливается, и смотрю на него. Он качает головой, глядя на Кайла, и молча предупреждает его, чтобы тот не давил на меня. Он прав. Если Кайл продолжит давить на меня, я сорвусь.

— Что? Я что-то упускаю? — спрашивает Кайл, явно не понимая, о чём речь.

— Она видела Дрю, — просто говорит Уэс. Я поворачиваюсь к ним лицом, чтобы посмотреть на их реакцию. Они переглядываются, как будто я не понимаю, что происходит. Пожалуйста, я же самая умная в этой машине!

“Сестренка, мы—”

Я перебиваю его, предвосхищая его оправдания. «Не смей лгать мне или говорить, что ты сделал это ради меня», — говорю я резким голосом. Я стискиваю зубы — у меня есть такая привычка, когда я очень злюсь.

“Но—”

— Нет, Кайл! То, что вы, ребята, сделали, было неправильно! Вы выбили из него всё дерьмо! Как вы можете так поступать с другим человеком! Как, чёрт возьми, можно драться девятером против одного? Когда вы вообще приехали в Лос-Анджелес? — кричу я, не в силах сдержать гнев.

“На самом деле, было семеро на одного. Нокса и Остина там не было. Он заслужил это, Алекс. То, что он сделал с тобой, было неправильно. Никто не поступает так с моей младшей сестрой! Никто! Да, с этим можно было справиться лучше, но теперь все кончено. Я не могу взять свои слова обратно. Мы сделали это во время твоих экзаменов, так что ты был слишком занят, чтобы увидеться с ним: ” Остин — старший брат Нокса, отец маленького Адама.

— Ты что, чёрт возьми, издеваешься надо мной! КАЙЛ! Ты грёбаное животное! Вы все! Господи! Его так сильно избили! Я не защищаю его, я просто констатирую факт, что было неправильно использовать насилие, чтобы донести свою мысль! Боже, его было не узнать, Кайл! Вы все идиоты! Во время экзаменов! Если он провалит экзамен, то обвинит меня! Вам повезло, что он не подал на вас всех жалобу. Чёрт, я бы помог ему, если бы знал! По крайней мере, у Нокса хватило ума не вмешиваться.

— Я бы так и сделала, куколка, если бы не тренировка и не пресса, которая следит за мной.

— НОКС! Заткнись! СЕЙЧАС ЖЕ! — кричу я ему.

— Послушай, Алекс, он тебе изменил. Я ненавижу изменников, но ещё больше я ненавижу их, когда они изменяют мне или моей семье. Я видел, как сильно он тебя обидел, это буквально сломало нас. Вот почему мы это сделали.

— Ты не думал, что это сломало меня, когда я, чёрт возьми, увидел это! Это уже второй раз, когда я застаю кого-то на месте преступления. Ты не думаешь, что я сам хотел выбить из него всё дерьмо? Я этого не сделал, потому что было правильно просто уйти от него. Он не любил меня, Кайл! Я видел это, когда его член был внутри другой девушки. Я видел это. Теперь никто никогда не полюбит меня, потому что они не смогут приблизиться ко мне. Спасибо вам, ребята. Надеюсь, вы счастливы. Теперь я буду чертовски несчастна до конца своих дней. С таким же успехом я могу стать лесбиянкой! — срываюсь я, и в моих словах слышится горечь. На самом деле я бы не стала лесбиянкой. Я просто добавила это для драматического эффекта, чтобы донести свою мысль.

— Пожалуйста, не становись лесбиянкой, — в унисон умоляют Нокс и Уэс.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь, чтобы посмотреть в окно на проплывающие мимо дома. Мне нужна моя кровать. Мне нужна Ханна. Мне нужна моя мама.

“Алекс—”

— Нет! Я не буду с вами разговаривать, ребята. Просто отвезите меня домой и молчите, как хорошие мальчики, — огрызаюсь я, и мои слова сочатся сарказмом. В машине царит тишина, пока мы не подъезжаем к дому Уэса.

Прежде чем выйти из машины, Уэс берёт меня за руку, а Кайл подходит к багажнику за своими сумками. Он наклоняется и целует меня в щёку. — Просто дай нам второй шанс, Алекс.

Это смелый шаг, учитывая, насколько близко находится Кайл и что Нокс всё ещё сидит впереди. Я вижу, как Нокс смотрит на нас в зеркало заднего вида. — Пока, Уэс, — говорит он, не сводя глаз с Уэса, и выходит из машины.

Уэс бросает на него быстрый взгляд в ответ.

Что с ними не так? Нокс злится на Уэса из-за меня? Тогда почему он не злится на Кайла?

Глава 28

Когда я катила свой чемодан по фойе, по дому разносился ритмичный стук колёс по плиткам пола. Звук царапающих пол лап привлёк моё внимание, и я подняла глаза и увидела, как Бумер, наш померанский шпиц, в возбуждении носится по полу.

— Бумер! — воскликнула я, и моё сердце наполнилось радостью при виде моего маленького друга. — Мой любимый малыш! Его шерсть была красивой смесью серого и белого, а его завораживающие голубые глаза могли растопить любое сердце, если бы вы осмелились встретиться с ним взглядом. Эти глаза были причиной, по которой я выбрала его, а также его игривый характер. Мне повезло, что я смогла его себе позволить — такие собаки стоят недёшево.

Эрик купил его по наитию, и моя мама чуть с ума не сошла. Но когда она увидела, как я счастлива с Бумером, она не смогла злиться. И это счастье никогда не угасало. Я так сильно его любила.

Я села на холодный кафельный пол, чувствуя, как холод проникает сквозь тонкую ткань моих джинсов. Бумер принялся лизать