"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

— Какая?

— В барабане револьвера нет патронов.

— Что?

— Я проверил оружие. Да, знаю, звучит безумно, что Каландер умоляет застрелить его, держа в руке пустой револьвер, но, возможно, мы найдем где-нибудь здесь патроны.

— Мать твою, это же полный пиздец! — Олег застонал и в отчаянии покачал головой.

— Полный, — согласился Харри. — Но у нас есть преимущество.

— Ну конечно, охрененное преимущество.

— Да. Грип не видел, кто именно из нас стрелял.

— И что с того? — спросил Олег, глядя на него.

Харри не ответил. Из открытой двери доносился далекий воющий звук, то нараставший, то затихавший. Полицейские сирены.

Олег дважды крепко зажмурился. До него начало доходить.

— Это логично, — сказал Харри. — У меня нет ни семьи, ни карьеры, которые нужно беречь. К тому же мне это сойдет с рук легче. Плохо вижу, плохо слышу и все такое.

Казалось, Олег перестал дышать, его лицо пошло пунцовыми пятнами. — Даже не думай, что я позволю тебе взять это на себя, — хрипло произнес он.

— Поздно. Я уже сообщил, что стрелял я.

— Забудь об этом.

— Это не ради тебя, Олег.

— А ради кого тогда?

— Ради Хельги. И детей.

— Да ну? Ты у нас теперь святой, получается? Который приносит себя в жертву, да? Или ты просто гребаный лжец? Тот, кто притворяется, будто желает тебе добра, а сам врет прямо в лицо. Сволочь похотливая, которая думает только о... — Олег осекся. Должно быть, сам почувствовал, подумал Харри. Плач, который прорвался сквозь его голос.

Сирены выли уже совсем близко.

— Я не знаю, что тебе наговорила Хильде Витт, — сказал Харри. — Но между мной и ей ничего не было.

— Да неужели? Ничего такого — это когда она сидит на тебе верхом с задранной до живота юбкой? — Харри закрыл глаза. Черт, черт.

— Я могу объяснить, Олег. Послушай...

— Я не желаю...

— Нет, ты послушаешь! — Харри вдохнул воздух ртом, так как носовые ходы были полностью забиты осколками костей и хрящей. — Я понимаю, что при том хаосе, какой сейчас творится в твоей голове, ты не поверишь ни единому моему слову. Пусть так. Я прошу лишь об одном: отложи это в сторону на ближайший час и постарайся сохранить ясную голову, пока мы не выберемся отсюда. Если ты этого не сделаешь, то будешь жалеть всю оставшуюся жизнь. А у тебя эта оставшаяся жизнь гораздо длиннее и включает в себя намного больше людей, чем у меня. Понимаешь?

Олег фыркнул: — То есть, по-твоему, я не буду жалеть, если соврю о том, что здесь произошло? Не буду жалеть о том, что струсил и спасал собственную шкуру?

— Я говорю лишь о том, — ответил Харри, услышав крики снаружи, — что версию, которую мы изложим сейчас — будто стрелял я, — мы сможем изменить позже, если захотим. И нам поверят. С обратным вариантом — если мы сначала заявим, что стрелял ты, а потом попытаемся переписать все на меня, твоего отчима, — фокус не пройдет. Джинна обратно в бутылку не загонишь. Понимаешь это?

Харри увидел, как Олег открыл рот, собираясь возразить. И передумал. Отлично, это могло означать, что способность трезво рассуждать к нему вернулась.

— Твое предложение было ждать в машине, — заговорил Харри. — Мое — проследить за ним в глубь леса. Поэтому я забрал твой табельный пистолет, пока мы сидели в машине, и побежал за ним, а ты двинулся следом, но отстал. Ты успел лишь увидеть, как я застрелил Каландера.

Они увидели лучи фонарей и услышали шаги на лестнице.

Появились двое полицейских в форме, и Харри предъявил служебное удостоверение на шнурке у себя на шее.

— Так, — произнес один из них. — Что здесь стряслось?

— Я застрелил предполагаемого преступника, — сказал Харри. — Он лежит вон там. Идемте со мной. — Полицейский последовал за Харри к двери, минуя Грипа.

— А вы кто? — спросил второй полицейский, оставшийся на месте.

— Специальный следователь Фёуке, — ответил Олег, показывая свой жетон.

— То есть сам Харри Холе пришил этого гребаного маньяка? — Олег сглотнул. Прочистил горло. — Да. Именно так.