Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке

Ну и что же в результате? Меня решено угробить, а этот фэбээровский хрен Мак-Кормик прекратил свое расследование. Решил, что не так-то ему и нужен тот Джимми, придумал какие-нибудь отговорки, верно ведь? А настоящая причина в том, что ему никогда не состряпать на Джимми хорошее судебное дело. А тем временем я не могу выйти из долбаной двери, не рискуя схлопотать пулю. Потому-то я и говорил тебе, еще месяц назад говорил, что не хочу лезть в свидетели.

– Но ведь ты столько лет сотрудничал с Джимми, – сказал Торрес. – Почему же ты не можешь просто пойти к нему и объяснить, что не имеешь к этому никакого отношения?

– Отношения – к чему? К тому, чего попросту не было? Этот хрен, который катил на меня бочку, заявил, что проиграл, и выложил мне десять кусков плюс мои комиссионные. Я говорю, что в жизни не видел этого говнюка, но Джимми верит не мне, а ему. А ведь Рэйлен, у него этого не отнимешь, даже рассказал Зипу, что вся эта история состряпана федералами. Придумать же такое – мне помогает маршал Соединенных Штатов.

– Но Зипа это, похоже, ничуть не тронуло, – кивнул Торрес. – Рэйлен рассказывал мне, когда звонил по телефону.

– Не тронуло. Зипу по фигу, снимал я пенки или нет, он все равно хочет до меня добраться.

– Так Рэйлен и говорил.

– Но почему? Что я ему такого сделал? То есть что я сделал такого, о чем он может знать.

– А вот я "начинаю думать, – сказал Торрес, – что все это не имеет к тебе лично никакого отношения. Ты понимаешь, о чем я? Они хотят пристрелить тебя, чтобы что-то доказать или произвести впечатление. А может, потому, что Зип пообещал тебя пристрелить, а теперь хочет сдержать слово. Не знаю, ведь это не мои друзья, а твои. Уж если и ты не понимаешь, зачем они хотят тебя убить, трудно ожидать, чтобы в этом разобрался я.

– Как бы там ни было, – вздохнул Гарри, – но теперь я и носа отсюда высунуть не могу. – Он посмотрел в окно и снова повернулся к Торресу: – Выпить хочешь?

– Самое главное, – сказал Ники, – они базарят все время по-итальянски, а при этом я должен откуда-то знать, что происходит. Ну, например, все вдруг встают из-за стола и уходят. Я не знаю, что делать, и остаюсь сидеть, а Томми Бакс глядит на меня и спрашивает: «Что это с тобой?» И говорит, чтобы я тоже шел. А встречаясь, знаешь, что они делают? Обнимаются и целуются. Я глазам своим не верил. Я познакомился немного с одним парнем, с тем самым, которого потом убили, я говорил про него, Фабрицио. Так вот, я спрашиваю у него, что значат некоторые слова, и вдруг выясняю, что Томми всю дорогу называет меня жопой.

– А как ты относишься к кличке testa dicazzo? – спросила Глория.

– Да, он и так меня зовет, – недоуменно уставился на нее Ники. – А что это значит?

– Головка члена.

– Правда? А я-то думал, что хоть это о'кей, вроде как моя фамилия. Ну вроде как называет меня Теста[99], немного по-своему.

– Это значит головка члена, – повторила Глория.

– И вот хотел бы я знать, – с горечью вопросил Ники, – неужели я должен терпеть от него всю эту срань?

Но Джимми Кэп молчал и словно не слышал своего телохранителя. Может, спит? За темными очками не разберешь.

Собственно, солнечные очки были на всех трех лицах, высовывавшихся из вспененной воды в дальнем конце плавательного бассейна, – Ники давал здесь отчет о поездке, Джимми Кэп то ли слушал его, то ли спал, а Глория под водой водила пальцами правой ноги по внутренней части бедра Ники.

– Так неужели я должен? – снова спросил Ники. Глория пихнула Джимми локтем.

– Что? – встрепенулась трехсотпятидесятифунтовая туша.

– Неужели я должен терпеть эту срань, терпеть, как меня называют stronzo?

– Ты о ком это?

– О Томми Баксе, о ком же еще. Он всегда называет меня разными словами.

– Stronzo, – сказала Глория, подражая итальянскому акценту. – Эй, ты, stronzo.

– А мне-то какое дело, – удивился Джимми Кэп, – как он тебя называет?

– Но я же работаю на тебя, – сказал Ники и чуть не выпрыгнул из воды – нога Глории забралась внутрь его плавок.

– Да, ну и что?

– О'кей, а как он называет тебя – это тебе интересно?

– Ты о чем это?

– О разговорах со своими итальянскими дружками. Я слышал, как он упоминал твое имя.

– Ну и что же он говорил?

– Я не знаю итальянского, но говорил он совсем неуважительно – было понятно по интонациям, да и по всей его манере.

– И какая же это была манера?

– Ну, скажем, произнесет он твое имя и смеется. А один раз он сказал что-то о тебе и сразу же сделал вот так. – Ники слегка приподнялся и ударил правым кулаком по сгибу левой, тоже сжатой в кулак руки. – А вот как тебе понравится еще одна история. Насколько я понимаю, ты послал нас туда, чтобы мы нашли Гарри, а найдя – прикончили, о'кей, мы поймали цветного, который на него работал, – я тебе уже это рассказывал. Томми всего-то и оставалось, что спросить этого парня, где живет Гарри. Так нет же, Томми не до этого, он занят с этой шлюхой. Он все свое время с ней проводил.

– С этой – кем? – переспросила Глория.

– С этой шлюхой.

– Да? – заинтересовался Джимми Кэп. – И как же она выглядела? Клево?

– Ты что, шутишь? Сука какая-то долбучая. Думаю, запусти к ней в комнату вместо Томми кота, она бы и ему подставилась. Так вот, с ней-то он и был, когда позвонил ковбой, и мне пришлось бегать туда-сюда между телефоном и Томми и пересказывать в трубку все, что скажет Томми, потому что тот не захотел,