Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
— Подождите, — поморщившись, произнес Мистер Свити. — Зачем мне звонить Клементу?
— Ну, чтобы сообщить ему, что я был у вас… что Сэнди к вам заезжала… Но вы боитесь влезать в его дела. Так для вас безопаснее. На вашем месте я бы предпочел сохранить свою шкуру и ни во что не влезать. Верно я говорю?
— Я могу уповать только на Всевышнего, — ответил Мистер Свити.
— Так что подумайте хорошенько. Береженого Бог бережет.
21
— О, как здесь темно, — произнес Клемент, оглядывая висевшие на стенах оленьи рога и зеркала в рамах из лошадиных хомутов. — Темнее, чем в других кантри-барах. Но вообще-то здесь довольно уютно. Раз уж у нас серьезный разговор, почему бы не встретиться в уютном месте.
Он приподнялся со стула и посмотрел в угол зала, где стоял игровой автомат.
— Вот только тот агрегат грохочет, словно трамвай.
Клемент вновь сел.
— Я вот вам что скажу, — продолжил он. — Если бы нашу маму не унес ураган, то встречались бы мы сейчас не здесь, а в Лоутоне.
— Он имеет в виду Лоутон, штат Оклахома, — пояснила Сэнди Скендеру Лалджараю.
— Да он слышал о Лоутоне, — сказал Клемент. — Не так ли? Если нет, то наверняка слышал о расположенном там Форт-Силле. Кстати. — Он снял с себя ковбойскую шляпу и, перегнувшись через столик, надел ее на Скендера Лалджарая. — Это тебе. Подарок. — Из-за густых и длинных волос албанца шляпа на его голове оказалась слишком высоко, и он попытался потуже натянуть ее на голову.
— Ты в ней похож на настоящего ковбоя, — заметила Сэнди.
— Мне кажется, она мне маловата, — держась обеими руками за полы шляпы, сказал албанец.
— Но она тебе очень идет, — ответила Сэнди. — Особенно к твоему костюму.
Она смахнула с лацкана Скендера крошки кукурузных хлопьев, затем сняла еще одну с его волосатой груди.
Клемент, вскинув руку, остановил обслуживавшую их столик официантку.
— Какая хорошенькая на тебе маечка, — сказал он ей. — Дорогая, принеси-ка нам еще по пиву и попкорна. А еще попроси Ларри исполнить «Люси, зачем ты бросила меня?». Хорошо? Спасибо, детка.
Он повернулся к Скендеру:
— Наша мама любила эту песню. Когда она ее слушала, то возмущалась и восклицала: «Какая же та женщина подлая! Оставить четверых голодных детей…» По-моему, она эту песню просто обожала… Чуточку смахивает на «Лакенбак, что в Техасе».
— Лак… — попытался повторить Скендер. — Как дальше?
— Нет, он надо мной издевается, — сказал Клемент Сэнди. — Скенни, ты меня дурачишь. Хочешь сказать, что никогда не слышал, как Вейлон исполняет «Лакенбак»? А «Возвращенную жизнь»?
— «Возвращенная любовь», а… не «жизнь», — поправила его Сэнди.
— Ты уверена? — покосившись на нее, спросил Клемент.
Сэнди посмотрела на сцену, на которой расположились Ларри Ли Эдкинс и вокально-инструментальная группа «Плакучая ива», состоявшая из трех гитаристов и одного ударника. Они уже готовились исполнить следующую песню.
— Если мне не веришь, спроси у музыканта, — сказала Сэнди Клементу. — Они только что ее исполняли.
Клемент задумался, вспоминая слова.
— «Давай продадим дорогое колечко и купим сапожки и джинсы…»
— «Построим мы дом и гараж, а потом, — подхватила Сэнди, — вернемся к истокам любви».
Скендер, в нелепой ковбойской шляпе на голове, недоуменно поглядывал то на Сэнди, то на ее «брата». Заметив это, Клемент снисходительно улыбнулся.
— Не обращай на нас внимания, — сказал он албанцу. — Мы всегда спорим с сестрой по поводу песен… — Он помолчал и, вытянув шею, прислушался. — Нет, вы слышите, что они играют? Это же «Победителей любят все».
Он начал тихо напевать.
— Коронный номер Далейни и Бонни.
— Ты сегодня чересчур разговорчивый, — заметила Сэнди. — Тебе бы найти работу, за которую хорошо платили.
— Ничего против работы не имею, — ответил Клемент. — Родился я в местах, где добывают нефть, а приехал в центр машиностроения и растерялся.
Сэнди от удивления закатила глаза.
— Но я предпочел бы, чтобы за меня работали мои вклады, — продолжил Клемент. — Ты понимаешь, что я имею в виду.
Он посмотрел на Скендера и подмигнул ему.
— А ты, как мне говорила Сэнди, в ресторанном бизнесе.
— Да, — ответил тот. — У меня сеть закусочных «Кони-Айленд». Вначале я откладывал по восемьдесят три доллара тридцать четыре цента в месяц, и в конце года набегала тысяча долларов. Я покупаю у министерства жилищного строительства дом, делаю в нем ремонт и сдаю его. При этом продолжаю откладывать по восемьдесят три тридцать четыре в месяц. Покупаю второй дом, ремонтирую его, продаю первый дом, покупаю закусочную, еще несколько домов, ремонтирую их, потом некоторые продаю, покупаю квартиру и еще одну закусочную. Теперь, по прошествии двенадцати лет, у меня две квартиры, которые я сдаю в аренду, и четыре закусочные «Кони-Айленд».
Сэнди положила ладонь на руку Скендера и посмотрела на Клемента.
— Правда, у него забавный акцент? — сказала она.
— Да. Надо полагать, взяток разным чиновникам ты тоже платишь немерено.
Скендер пожал плечами.
— Ну конечно же плачу. Но деньги у меня остаются.
— Был женат?
— Нет. Мне тридцать четыре года, я в браке не состоял. Знаешь, мой кузен Тома и дедушка, глава нашей семьи, хотят меня женить на девушке из Тузи, что в Югославии. Выписать ее сюда, чтобы я на ней женился. Но я отказался, и они ужасно разозлились, потому что я хочу жениться на американке.
Клемент, подавшись вперед и опираясь руками о столик, слушал его затаив дыхание.
— Отлично понимаю тебя, приятель, — кивнул он. — Жениться на славной американской девушке, которая следит за собой, бреет подмышки, пользуется дорогими духами, дезодорантами, хорошо пахнет… —