"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака
Тогда я был так удивлен, что хорошо запомнил его слова. Ведь это противоречило всем законам мирового порядка – как можно успешно вести бизнес, если в твоей кастрюле пусто?
Действительно, посещая больницу по делам, я ни разу не замечал, чтобы приемные или смотровые кабинеты были переполнены. Как же на самом деле обстояли дела с управлением клиникой?
* * *В очередной беседе с господином Ватануки я с напускной легкомысленностью задаю ему этот вопрос.
– Молодой директор всегда свободен; наверное, у него полно денег…
– Время, когда ты приходишь в клинику, не совпадает с временем его врачебных консультаций, – спокойно объясняет Ватануки.
Я ожидал какого-то несерьезного ответа вроде: «Работа молодого директора – прожигать деньги его отца», но реакция господина Ватануки оказывается совсем иной. Он заметно напрягается.
– Китаяма, в чем дело? Ты что-то видел?
– Ну…
Его лицо расслабляется.
– Я только что передал тебе дела; не забивай себе голову, просто делай то, что должен, – пытается отшутиться он, но его глаза напряжены, словно веки стягивают плотные мелкие стежки.
Что происходит?
Пойдя на поводу у сомнений, я решаю поискать хоть какую-то информацию о руководстве клиникой и работе аффилированных компаний. Мне не следует относиться к этому небрежно.
Выяснить, чем именно занималась клиника, оказывается проще, чем я думал. Мошенничество со страховыми выплатами.
Эта схема не является новой. Я время от времени слышал о подобных случаях. Документы оформляются так, будто клиника проводила детальное медицинское обследование, хотя на самом деле это не так. В результате выплачиваются деньги по страховке. Существует множество вариантов – например, карточки медицинского страхования покупают у бездомных, а затем перепродают, но в таких случаях, по крайней мере, раньше всегда были замешаны якудза и другие преступные группировки.
Я наивно полагал, что никогда не столкнусь с подобным, как и с поджогами в целях продажи земли, о которых часто говорили по телевизору. Но почему клиника О.? У меня нет веских доказательств, кроме догадок, основанных на косвенных уликах. Я все еще верю, что этого просто не может быть.
Размышляя о том, что дальше делать, я снова вспоминаю о начальной школе. Мальчишка с широкой улыбкой на лице, победивший благодаря собственным силам, и подросток, закрывший глаза на опасную ситуацию, в которую попал его друг.
«Если кто-то поступает неправильно, ты должен сообщить об этом». Так считал я из начальной школы.
«Если вмешаешься, станет только хуже. Иногда стоит закрыть на проблему глаза. Верно?» «Я» из средней школы, наверное, встал бы на мою сторону.
* * *Хорошо пропотевший молодой директор возвращается за стол, и я поднимаюсь на ноги, чтобы его поприветствовать. Наверное, мой жест мог бы показаться кому-то излишним, но молодой директор выглядит довольным, поэтому у меня нет волнения по этому поводу.
– А та девушка? – спрашиваю я о женщине в красном облегающем платье. Ее нигде не видно. Директор явно недоволен этим и коротко отвечает:
– Не знаю. Ушла куда-то.
Должно быть, она нашла другого симпатичного ей мужчину и ушла с ним.
– А познакомь меня с женой, Китаяма-тян…
– Что? С моей женой?
– Женщины нынче так измотаны, от них никакого толку. У них так забиты головы, что легко перевешивают зад! Так и ходят, задом кверху…
Вероятно, он искренне злится, что упустил ту женщину. В подобных случаях молодой директор, как правило, старается залатать дыру в своей самооценке, сменив тему разговора на ту, что придает ему налет превосходства над окружающими.
– В любом случае, – продолжает он, – жена Китаямы-тяна, кажется, простая и невыразительная женщина. Так даже лучше, мне такие больше нравятся! Изысканной пище я предпочту рис: он пресный, от него не устанешь. А она знает свое место. Думаю, ты это тоже понимаешь.
– Директор, пожалуйста, не говорите так о моей жене, – протестую я, но мой собеседник, наверное, решает, что я несерьезен.
– Я не имел в виду ничего плохого! Просто прошу разрешить мне с ней познакомиться.
– Нет, знакомить вас с моей женой – это слишком, – продолжаю картинно скромничать я, стараясь скрыть свои истинные чувства.
– Вот, значит, как?
От моего внимания не ускользает смена тона молодого директора.
– Ведь работа Китаямы-тяна возможна только благодаря нам, так почему бы не перестать беспокоиться о мелочах и не послушать как следует?
Я молчу, подавив желание заметить, что я работаю не только с клиникой О.
Я ощущаю на себе два разных взгляда. Ученик начальной школы и ученик средней внимательно наблюдают за мной, чтобы узнать, как именно я поведу себя в этой сложной ситуации. В будущем им предстояло бы выполнять мою работу.
– Послушайте, – говорю я себе. – Это тяжело, но вы не должны унывать. Это важная работа.
– Но разве он не поступает плохо?
– Это пока неизвестно, – твердо отвечаю я, напоминая себе, что у меня нет точных доказательств.
– Недавно я говорил с человеком из другой клиники. Он сказал, что, в отличие от компании Китаямы-тяна, его партнеры развлекают его куда лучше. Как-то ему зафрахтовали целый самолет, чтобы отправиться на Хоккайдо и поесть рамена! – Молодой директор говорит взволнованно, вперив в меня взгляд. Казалось, он больше не собирается скрывать свои истинные чувства. – А на этот раз один из них разрешил директору пойти на свидание с его девушкой. Потому что тому захотелось! Наверное, выдаст за свою девушку какую-нибудь актрисульку из мыльной оперы…
Я еле сдерживаюсь, чтобы не ответить, что молодому директору самому впору играть в мыльных операх. Чувствую, что разговор приобретает крайне неприятный оборот.
– Вот я и решил, что надо встретиться не с девушкой, а с женой торгового представителя. Что скажешь? Куда