"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Медленно повернувшись, я замечаю рядом сотрудника охраны, который решил уточнить цель нашего осмотра. В руках он держит не пистолет, а пластиковую бутылку.

– А, систему! – отвечаю я первое, что пришло на ум.

– Какую систему?

– Проектор для видео, – говорит Ацуси Тюсондзи, встав между мной и охранником.

– Видео? – Охранник работает безупречно. Он мог просто кивнуть в ответ на путаные объяснения, но вместо этого говорит: – Подождите. Я проверю.

Его стоило бы похвалить за усердие.

Ацуси Тюсондзи толкает меня в бок, намекая, что нам стоит поторопиться, не тратя время на разговоры. Он уговаривает меня продолжить движение.

Оставаться здесь – плохая идея. Мы начинаем медленно идти, стараясь не привлекать внимания охраны, совсем как дети, играющие в «Зеленый свет, красный свет!»[304].

– Да, понял, – раздается голос охранника. – Я уточнил; похоже, система действительно нуждается в проверке. Извините. Можете идти.

– Рад, что вы всё выяснили.

Мы продолжаем движение, и я тихо говорю:

– Как же так вышло, что система нуждается в проверке?

– Нам повезло.

Повезло, что мы зашли так далеко.

Внутри здания темно. Видеопанели, закрывающие стены, ничего не показывают. Мы идем прямо, минуя несколько человек – вероятно, сотрудников, – но те не обращают на нас внимания.

– Куда нам?

– Думаю, они уже расположили аппаратуру на сцене.

Дорожка разветвляется надвое. Оглядываясь по сторонам, Тюсондзи замечает световое табло и, бросив «Сюда!», поворачивает налево.

Большое открытое пространство, на которое мы вышли, оказывается сценой. Темное и тихое, оно наводит меня на мысли о древней священной пещере. На сцене пока нет ни музыкальных инструментов, ни микрофонных стоек.

Быстро осмотревшись, я вижу большой зрительный зал. Находясь снаружи, невозможно представить, что внутри есть такое широкое полукруглое пространство с тремя этажами, отведенными под места для зрителей. Совсем как оперный театр из старого кинофильма. Я и не подозревал, что в старой части района Симокитадзава существует подобное место.

Маленькие оранжевые лампочки, загорающиеся по очереди через равные промежутки времени, наполняют зал торжественностью. Ошеломляюще красивое зрелище.

Обнаружив себя посреди этой сцены, я чувствую, что хочу исповедаться в своих грехах и извиниться перед безмолвной невидимой публикой. Это только моя вина. Мне пришлось изменить свои неприятные воспоминания, притворившись, что это не так. Возможно, я стал причиной той аварии.

Я вспоминаю Кагэтору Хияму и дни в общеобразовательной школе. Выходит, тем недружелюбным ребенком с отвратительным поведением был именно я?

Я едва могу стоять на ногах.

Кто я такой? Кому принадлежит мой жизненный опыт?

Возможно, я далеко не такой хороший человек, каким себя считал.

Из грустных размышлений меня вырывает голос Тюсондзи:

– Эй, сюда!

Вся невидимая публика и весь окружающий мир, кажется, подпрыгнули на месте от его громкого голоса.

Он стоит у черной стойки в углу сцены. Небольшая коробка на ней, вероятно, является компьютером, управляющим всей аппаратурой на сцене. Тюсондзи пальцами касается виртуальной клавиатуры.

– Это займет какое-то время. Скажи, если кто-то появится.

Его взгляд сосредоточен; он печатает, не отрываясь от экрана пасска, лежащего на краю стола. Я внимательно смотрю по сторонам, стараясь заметить любого подозрительного человека, прекрасно понимая, что подозрительнее нас здесь никого нет.

Наверное, сами участники «Гамма Моко» сейчас в гримерке?

Не могу представить, каким будет этот памятный концерт.

Обернувшись, я еще раз окидываю взглядом торжественный зрительный зал. Спустя какое-то время он весь заполнится зрителям. Вероятно, его наполнят радостные возгласы и аплодисменты. Интересно, успеем ли мы закончить к этому времени?

Я подхожу к Тюсондзи.

– Что-то случилось? – спрашивает он.

– Нет, просто охраняю вас, – отвечаю я. – А кроме того, хочу записать ваши героические усилия своей глазной камерой.

Он отвечает на мою самоуничижительную шутку тяжелым вздохом.

– Путь к «Велекасери» ясен. Осталось только…

– Остановить его?

– Наверное.

– Вы правда хотите его остановить?

– О чем ты?

– Не знаю, стоит ли уничтожать хороший искусственный интеллект…

Он, вероятно, не понимает, почему я заговорил об этом. Я тоже не понимаю. Но ничего не могу поделать с собой, не могу скрыть свое любопытство.

– Конечно, стоит. Тэрасима, создавший «Велекасери», решил, что так будет правильно.

– Но создатель, как и родитель, не всегда прав.

– Ты видел эти ложные новости о нас? В городе начинается война между востоком и западом города. Думаешь, это правильно? – резко отвечает Ацуси Тюсондзи, продолжая печатать.

Это действительно так.

– Намеренное разжигание конфликта не может быть правильным, – продолжает он. – Оставьте компании и политиков, движимых собственными интересами и выгодой, на произвол судьбы. Жадность и халатность непременно погубят их. Но с «Велекасери» все куда сложнее. Он не жаден и не ленив. Он не думает о выгоде и продолжает делать то, что должен. Поэтому…

– Что поэтому?

– Кто-то должен его остановить.

В отличие от людей, искусственный интеллект молча стремится к цели, продолжая просчитывать необходимые для него действия. Его не волнует вред, который это причинит людям.

Я спрашиваю себя, не должны ли мы поступать так же. Не будет ли правильнее и нам пойти по пути, проложенному трудолюбивым и бескорыстным искусственным интеллектом? Кого стоит бояться на самом деле – политиков или искусственный интеллект?

Другая часть меня верит, что из-за этого нельзя начинать настоящую войну.

– Так, на этом всё, – говорит Ацуси Тюсондзи, перестав двигать пальцами.

Осталось нажать только одну клавишу, и программа будет запущена. Желание Тэрао Тэрасимы будет выполнено. Его страхам придет конец.

Я еще раз оглядываю безмолвный зрительный зал. К счастью, никто из персонала так и не появился.

Я полагал,