Рецепт неприятностей - Мира Крафт

День 14: среда

Уф-ф-ф…

Лучше не сердить криперскую маму, когда она вяжет. Я боялся, что она свяжет паутину и накроет меня ей. Но к счастью, у неё закончилась пряжа.

Поэтому мама забрала у меня фейерверки и заставила извиниться перед всем классом и Зиновием Петровичем.

Я попытался изобразить улыбку Кирилла, с которой он общался с учителями, чтобы выкручиваться из неприятностей. Но у меня не очень получилось.

Так что вместо этого она заставила меня отдать ей фейерверки и письменно извиниться перед мистером Зейном и всем шестым классом.

Дома я решил поделиться с мамой теми фактами о грибычках, которые успел узнать в поездке на остров.

– Мама, а ты знала, что с грибычков можно собирать грибы?

– Дементий, помолчи. Ты наказан.

Я оглянулся на папу в поисках поддержки. Но он был замотан в очередной мамин шарф, который закрывал рот. Поэтому папа промолчал.

Тогда я решил озвучить одну из своих гениальных идей.

– Мама, ты так много вяжешь, что всё время заканчивается пряжа. Может, тебе завести овечку? Ты могла бы стричь её, чтобы у тебя всегда была шерсть. Из неё можно самой делать пряжу.

После моих слов глаза папы над шарфом стали огромными, а мама ненадолго потеряла дар речи.

Но почти сразу собралась и продолжила свои обвинения. А потом отправила меня к себе – без ужина. Я сидел голодный, чувствуя потрясающий запах отбивных с жареной картошкой. Разве у нас разрешено применять к детям пытки?

В животе урчало от голода, а сам я жутко злился на Захара, который заложил меня Зиновию Петровичу. Поэтому когда я стал писать объяснительную, у меня получилось совершенно другое.

Не шедевр, конечно. Но попробуйте написать что-то гениальное, когда вы УМИРАЕТЕ от голода, а из-за дверей упоительно пахнет отбивными с хрустящей корочкой.

Ни один рэпер не может творить в таких условиях. И тем более писать объяснительные.

День 15: четверг

Мама сказала, чтобы я шёл в школу, никуда не сворачивая. И после домой тоже так. Иначе мне придется плохо.

Поэтому когда Кирилл предложил потусить вместе после школы, мне пришлось отказаться. Это было сложно – ведь я целых две недели старался с ним подружиться.

Но я был обижен на него за то, что из-за его фейерверков на острове наказали меня, а он промолчал и не заступился. К тому же я из-за этого (из-за него!) под домашним арестом.

– Жалко, – вздохнул Кирилл. – А я хотел устроить завтра после уроков небольшую вылазку для нас двоих.

И что мне делать с ТАКИМ предложением?

Но я всё равно колебался. Кирилл посмотрел на меня и вдруг подмигнул.

– Не переживай, вся вылазка займёт максимум полчаса.

Развернулся и ушёл.

По пути домой я всё раздумывал над его предложением.

Интересно, вылазка с Кириллом будет похожа на наши приключения с Борисом на болотах? Или на то, как мы с ним пробирались в соседнюю деревню и скрытно глазели на её жителей?

Хотя вряд ли – Кирилл сказал, что это максимум на полчаса. А это значит, что я смогу выбраться с ним. Даже находясь под домашним арестом. Мало ли, почему я задержался в школе…

Заходя домой, я уже всё для себя решил. Поэтому сразу не осознал, то, что услышал.

А услышал я овечье блеяние!

БЕ-Е-Е!!!

О НЕТ!

Мама восприняла мои слова всерьёз и действительно завела овечку…

На заднем дворе мама пыталась постричь несчастное животное. А папа, судя по всему, уже от этого животного получил по ноге.

– Это не овца, – рычал он, проходя мимо меня по двору. – Это волк в овечьей шкуре. Не вздумай подходить близко к этому животному.

Я не очень понял про волка и шкуру, но овца явно проявляла враждебность.

Хотя я её понимаю – мама настригла ведёрко шерсти, срезая её там, где получилось. И теперь несчастная овца выглядела так, словно переболела стригущим лишаем.

– Дементий! – рявкнула мама. – Это была твоя гениальная идея с овечкой. Поэтому иди сюда и помогай.

Я решил для начала дать овечке имя. И пошёл познакомиться с ней поближе. С осьминожкой вышло отлично – он всегда ко всему лип, поэтому я назвал его Прилипалой.

Тут на заднем дворе появилась моя младшая сестрёнка Кира, и мама сказала мне следить за ней.

– Только не давай ей подходить к этой овце, – строго произнесла она.

СЕРЬЁЗНО?

Понятно же, что Кира тут же полезет к животному. А если её не пускать – взорвётся. И мама отлично это понимает.

Ну ладно…

Я взял сестрёнку за руку и повёл во двор.

ОХ!

Несчастное животное было совершенно голым! Мама сбрила с неё практически ВСЮ шерсть, оставив небольшие островки там, где овечка, видимо, активно вырывалась. Ещё пушистыми оставались голова и ножки над копытцами.

– Тебе явно нужно пончо, дорогая, – произнёс я. – Ты просунешь голову в дырку посередине, а остальное прикроет тело.

Овечка проблеяла в знак согласия. А что ей ещё оставалось.

И тут я подумал, что Пончо – отличное имя! И спросил у Киры, как она к этому отнесётся.

Но Кира отрицательно помотала головой и чётко произнесла: «Носочек!»

– Ты хочешь назвать её Носочек?

Кира радостно закивала. Так наша овечка обрела имя.

Пока мы радовались тому, что новый член семьи назван, Носочек попыталась перескочить через забор, отделяющий наш участок от соседнего. К счастью, это ей не удалось.

Но тут мистер Рыгас, подойдя с другой стороны забора, стал нахально расхаживать туда и обратно, зазывно размахивая хвостом. Он словно издевался над Носочком.

Вот поэтому я терпеть не могу кошек. Они вечно стараются привлечь к себе как можно больше внимания. И жутко оскорбляются, когда в них швыряют грибами или чем-то ещё.

Нужно спать, а мне совсем не хочется. Говорят, что нужно считать овец, представляя, как они прыгают через ограду. Но я всё время вспоминал, как Носочек не может преодолеть наш забор, и уснуть мне никак не удавалось.

Раз овца…

И ещё она же…

И снова она…

Буду лучше представлять завтрашнее приключение с Кириллом. Надеюсь, оно будет НАСТОЛЬКО крутым, что я забуду про то, что случилось на острове. И мы