Шепот бота - Павел Беренсевич

– Ну, например, так, – невинно сказал я, вытягивая из кармана листовку. Ту самую, которую несколько дней назад выкинула рыжеволосая девочка и которую я спас и непонятно зачем сохранил на память в кармане. – Это мне дали на улице, и я забыл выкинуть, – сразу добавил я на всякий случай.

Дедушка опустил на нос очки, которые на время наблюдения в бинокль закреплял на белых волосах, и пробежал листовку глазами.

– «Слимомикс», – прочитал он. – На первый взгляд в составе ничего такого. Немного травок, и все.

– То есть он не работает?

– Зависит. У некоторых он может ускорить обмен веществ и немного снизить аппетит.

– То есть стоит принимать?

– Зависит. Если ты в дополнение будешь двигаться и правильно питаться, то он может немного помочь. Но если решишь, что таблетка решит все проблемы, и пренебрежешь всем остальным, то ничего не выйдет.

– А он может навредить? – я попытался зайти с другой стороны.

– Если из-за него ты забросишь активность и правильное питание, то таким образом может.

– Нет, я о том, может ли он вызвать какие-то заболевания? – уточнил я.

– Ну, знаешь, – дедушка скептически поморщился. – Я в составе ничего опасного не вижу, но никогда не знаешь, сколько человек может этого принять, пьет ли он другие препараты, чем болеет, какие у него склонности. На наше здоровье одновременно влияет много факторов, иногда достаточно одному из них немного измениться, и равновесие нарушится.

– Но это само по себе не опасно? – спросил я, чтобы в конце концов получить хоть какую-то пользу от всех этих рассуждений.

Дедушка покачал головой, что предвещало очередные рассуждения, поэтому я поскорее добавил:

– От него же не умирают?

– Ну… умирают вряд ли, – вздохнул в конце концов дедушка, который, видимо, был не в состоянии сказать просто «нет».

– То есть такой вот «Слимомикс» не такой уж и плохой, – нажал я.

– Ну знаешь…

– Да, да, знаю, что зависит, – молниеносно отреагировал я. – Но иногда может пригодиться, да?

– Ну… ИНОГДА может, – с трудом выдавил из себя дедушка.

Вечером я пересказал этот разговор Яцеку.

– Мой дедушка утверждает, что «Слимомикс» действительно работает, – сказал я. – И что эта история с девушкой – полная ерунда.

Да, знаю, я немного упростил ситуацию, но это было за пять минут до начала матча, нужно было изложить покороче.

«Реал» выиграл 2:0, а в сочинении я выбрал кузнеца, потому что в списке у меня была только одна книга.

– О, сегодня вторник или четверг. Спасибо, что напомнил.

– В смысле?

– Я всегда проверяю, тут ты или нет, если тут, значит, сегодня вторник или четверг.

– Да? Но я тебя с того первого раза больше не видел.

– Ну я немножко пряталась.

– Почему?

– Не хотела мешать. Ты всегда так занят.

– Ну что ты! Я бы дал тебе флаер. Пара лишних грошей для меня.

– Что сегодня раздаешь?

– Суши.

– Они правда такие вкусные, как написано?

– Не знаю. Может, сходим проверим…

Это было бы идеально (ну разве что суши можно было бы заменить чем-нибудь подешевле). Хуже, если бы мне пришлось начинать разговор.

– О, опять ты, – сказал бы я спокойно, если бы однажды она снова взяла у меня листовку.

– Опять? – удивилась бы она. – В смысле опять?

– Ну, как тогда?

– Когда?

– Ну тогда. «Слимомикс». Не помнишь?

Наморщенный лоб, пустой взгляд, пожатие плечами – признаюсь, такой сценарий тоже нельзя исключать.

Тем временем закончился февраль, потом пролетел март, а среди тысячи лиц, которые за это время промелькнули мимо меня, ни разу не было Рыжей. Не вернулся и грустный мужик, не повторилась атака, мы без особых приключений рекламировали ремонт молний, аварийное вскрытие автомобилей, помощь со взысканием задолженностей и астрологические консультации для бизнеса.

Все еще не было известно, кто выступит тридцатого мая в финале Лиги чемпионов, но после матчей одной восьмой финала стало ясно, что это не будет ни «Аякс», ни «Арсенал», ни «Челси», ни «Динамо Киев». Последняя команда проиграла «Ливерпулю» пять – ноль, и Яцек так возбудился, что три дня ходил по школе с красным шарфом. Не обошлось и без сюрпризов. Первый заключался в том, что после двухматчевого противостояния с ФК «Рома» вылетела «Барселона». Второй – что билеты на финал будут доступны лишь немногочисленным избранным, кому повезет в лотерею.

– Лотерею?! – заорал Ушастый, когда однажды Бартек об этом мимоходом упомянул.

– А ты что думал? – разозлился Бартек. – Все же не поместятся. Нужно как-то выбрать, кому продавать билеты. Ты бы знал, если бы немного погуглил вместо того, чтобы постоянно трепаться о своих галстуках.

Это был классический пример защиты через нападение. Ушастый несколько дней очень активно поддерживал интернет-акцию «Антигалстук». Ее целью было обратить внимание общества на то, как много мы производим и накапливаем вещей, которые ни для чего не нужны. Галстуки – как утверждали антигалстучники – не греют, не защищают, не закрывают. Они – символ пустой траты креативности на производство бесполезных вещей. Чтобы открыть людям глаза, организаторы акции призывали публиковать в своих аккаунтах на «Фейсбуке» идеи использования галстуков. Чехол для удочки, защита кустов от морозов, поводок, скакалка, канат – это лишь самые очевидные способы, предложенные пользователями.

Ушастый лично и через интернет изводил нас просьбами поддержать кампанию, и нам это действительно уже порядком надоело, но это совершенно не отменяло того факта, что Бартек не рассказывал о лотерее.

Мы окружили его, приперли к стенке, а лица у нас были такие, что он, кажется, испугался, потому что поднял руки, будто хотел заслониться от ударов.

– Ну что? Чего вы хотите? – мычал он.

– Ты мог нам сказать, – процедил я.

– Я говорил.

– Не говорил.

– Говорил.

– Говорил он вам? – спросил я.

Ушастый и Яцек решительно замотали головами, что вынудило Бартека пойти в контратаку.

– Но ведь это очевидно, что на всех не хватит, – зудел он. – Нужно же немного думать! Или читать правила, а не только ждать, что кто-то все за вас сделает!

Согласно правилам UEFA, у каждого болельщика есть право подать заявку на именной пригласительный билет для себя и одного сопровождающего. Нетрудно предположить, что количество желающих сильно превысит количество мест, поэтому шансы на успех в лотерее были мизерными. С того момента, как Бартек впервые посеял в наших умах допущение, что у нас есть шанс посмотреть финал вживую, это зернышко разрослось, напиталось и стало настоящей мечтой. Если недавно просмотр футбола с друзьями, колой и попкорном казался весьма привлекательным досугом, то теперь при мысли об этом щемило сердце.