Моя жизнь и прекрасная игра - Эдсон Арантис ду Насименту
Несколько дней мы провели с Роландом в Мюнхене, затем отправились путешествовать по Европе, останавливаясь или в принадлежавших Роланду пансионах, или в гостиницах. В пансионах было приятнее, главное – спокойнее. Нас осаждали толпы журналистов и любителей автографов. Я охотно давал автографы, даже в свой медовый месяц. Это произвело впечатление на Розмари, которая воочию могла убедиться, что ее муж действительно пользуется всемирной известностью. Но сама она не любила и до сих пор не любит находиться в центре внимания. Однако я не сомневаюсь, что она с удовольствием наблюдала за своим мужем, окруженным многими людьми, которым было любопытно дотронуться до меня или получить автограф на клочке бумаги.
Для меня медовый месяц означал финал многолетних ухаживаний за Розмари. Я впервые чувствовал себя таким счастливым. Мне было приятно показывать Розмари города, в которых я бывал, гостиницы, в которых останавливался, стадионы, на которых играл. Трудно представить себе, с каким волнением я все это делал.
Мы проехали по Франции и прибыли в Париж в сопровождении нашего водителя Гельмута, сотрудника второй программы западногерманского телевидения, который много сделал для успеха нашего путешествия. Мы гуляли по парижским бульварам и набережным Сены. В общем, вели себя, как настоящие туристы.
В Швейцарии мы любовались Альпами, которые произвели большое впечатление на Розмари, поскольку самая высокая гора у нас в Бразилии напоминает холм. Мы впервые могли распоряжаться своим временем, мне не надо было нестись из одного города в другой, чтобы не опоздать на очередной матч.
Я всей душой наслаждался свободой и тем, что не был втиснут в рамки жесткой и напряженной программы.
В Вене нас ждал сюрприз, который явился знаком большого ко мне уважения. Нам сообщили в гостинице, что у входа нас ожидает бургомистр города. Мы с удивлением переглянулись. Нам объяснили, что это старый обычай. Мы действительно увидели старомодный экипаж, которым в давние времена пользовались королевские особы. Шесть огромных лошадей из трех парных упряжек терпеливо ждали сигнала кучера. В сопровождении бургомистра мы сели на указанные нам места, и экипаж тронулся. Толпы народа по обеим сторонам улиц восторженно приветствовали нас. Экипаж остановился перед ратушей, Розмари и меня провели в здание, где состоялась повторная церемония «бракосочетания». Стоя перед бургомистром, мы повторили свое согласие на брачный союз и расписались в «Золотой книге» для посетителей. Такой чести удостаиваются особо уважаемые гости города. Это событие стало одним из самых знаменательных за весь наш медовый месяц.
Следующим этапом нашего путешествия стала Италия. В местечке Риччоне на берегу Адриатического моря мы планировали провести целую неделю. У Роланда там был свой дом, он предоставил его в наше распоряжение. Надеясь по-настоящему отдохнуть впервые за весь медовый месяц, мы упустили из виду энтузиазм местного мэра. В первое же утро, задолго до того, как пробуждаются уставшие от дороги путешественники, мы услышали под окнами духовой оркестр. И так продолжалось всю неделю, не говоря уж о многочисленных банкетах, устраиваемых по инициативе мэра. В общем, времени для отдыха у нас оставалось очень мало. Тем не менее должен признать, что в Риччоне мы получили массу ярких впечатлений. Мы по достоинству оценили и постоянно будем помнить радушие и гостеприимство его жителей.
Нашему сопровождающему стало известно, что папа Павел VI с интересом воспринял наше намерение посетить Рим. Мы с Розмари верующие католики, поэтому можно понять наше душевное состояние при встрече с главой церкви.
Мы доехали на машине до площади святого Петра, затем в точно назначенное время встретились с папой в ватиканской библиотеке. Я бывал раньше в Ватикане с «Сантосом». Тогда нам показывали разные строения и изумительные ватиканские сады, расположенные к западу от собора.
Этот визит произвел на меня сильное впечатление, поскольку я имел возможность лично поговорить с папой, объясняясь частично на своем плохом итальянском, а частично прибегая к услугам бразильского священника, выступавшего в роли переводчика. И Розмари, и я до сих пор храним память о той знаменательной для нас аудиенции (итальянские газеты утверждали, что во время беседы папа волновался больше меня, но это, конечно, преувеличение).
Наше путешествие закончилось в ФРГ, там же, откуда началось. Наверное, вместо Европы нам надо было поехать в какой-нибудь маленький американский городок, где никто бы меня не узнал. Невозможно было выйти на улицу – мгновенно набегала толпа (обычно в сопровождении репортеров), все просили дать автограф или задавали тысячу самых разных вопросов, причем многие старались проверить на мне свои знания испанского языка, рассчитывая, что мы в Бразилии говорим по-испански.
Бедную Розмари утомлял этот повышенный интерес. Мне тоже по душе уединенность, но я понимаю и любителей спорта, которые создают своих кумиров. Поэтому болельщики считают, что вправе претендовать на часть их времени. Кроме того, я с пониманием отношусь к репортерам и собирателям автографов и никогда не обижаюсь на них. Пока твоя жизнь в центре всеобщего внимания, нельзя раздражаться на просьбы об автографе. Хуже, когда уже никто не обратится к тебе с такой просьбой.
И все же приятно было скрыться вечером от людей и побыть вдвоем, обсуждая события минувшего дня и программу завтрашнего или размышляя о нашей будущей квартире в Сантусе. Иногда мы просто молча сидели рядом, и это доставляло нам радость. Мы провели, в общем, прекрасный месяц, если не считать отдельных случаев, которые чуточку мешали.
Накануне отъезда я решил сделать кое-какие покупки в магазине. При выходе из гостиницы меня, как всегда, поджидала толпа и большая группа репортеров. У меня было ощущение, что в ожидании встречи с нами они ночевали прямо в холле. В магазине, когда я собрался оплатить покупку, хозяин поднял руку:
– Нет, нет, Пеле! Это мой подарок!
– Я не хочу, чтобы это был подарок, – сказал я спокойным голосом. – Мне хочется заплатить.
– Нет! Это вашей жене от нас.
Я пытался не раздражаться. Но это не получалось.
– Послушайте, – сказал я, – если я приму подарок, я уже никогда не смогу переступить порог вашего магазина. Иначе может сложиться впечатление, что я повадился ходить в магазин, злоупотребляя вашей добротой. Сами посудите, если я буду обходить стороной ваш магазин, ведь это будет несправедливо по отношению к вам. Пожалуйста, дайте мне самому заплатить.
Аргумент не произвел на коммерсанта никакого впечатления.
– Конечно, вы можете делать у меня покупки и в будущем, в любое время. Всегда пожалуйста!
– Но в будущем вы позволите мне оплачивать свои покупки?
По его лицу скользнула улыбка:
– Когда придете снова, тогда и поговорим…
Так мы ни о чем и не договорились. Хозяин отказался принять товар обратно и отказался взять деньги. Вечером об этой истории было напечатано в газетах, а на следующий день нас буквально завалили подарками: чеки