Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— Вы могли бы обсудить эту ситуацию с вдовой, — предложил Ларримор. — Если мистер Чемберлен оставил завещание, в котором она указана как владелица его собственности после его кончины, это будет иметь смысл. Он оставил завещание?

От Бродина ответа не последовало, и это говорило само за себя.

— Дамы, — обратился Ларримор к Кэтрин и Мириам, — состязание окончено. Я думаю, что вам двоим пора уходить. — Он оглядел остальных. — Спасибо, что пришли. И Меррик, благодарю за вашу безупречную работу.

— Что теперь будет, сэр? — спросил один из фермеров. — Нам придётся собрать вещи и покинуть наши земли?

— Всё так, Томас? — спросил Ларримор.

— Я не… я думаю… ну… Я полагаю, со временем поместье будет выставлено на продажу. Что касается стада… с ним будет то же самое. — Он снова посмотрел на мертвеца, который таращился в пустоту своими остекленевшими глазами. — А я же говорил вам оставить завещание… Господи Боже.

— Пойдёмте, — сказала Кэтрин, взяв Мириам под руку. В последний раз она оглянулась и увидела, как Бродин накрывает лицо Бартона Чемберлена покрывалом.

Они вышли из амбара и направились к повозке Мириам. Начался лёгкий летний дождь, и женщина, большую часть своей жизни пробывшая рабыней, остановилась, чтобы поднять лицо к небу.

— Дождь на пользу моим яблокам, — сказала она и нахмурилась, глядя на влажную землю. — Я просто… Всё это было ужасно, вы так не думаете?

— Всё закончилось, Мириам.

— Да, но ужасно, что всё закончилось так. Как будто кто-то задул свечу. Мистер Чемберлен… Надо сказать, он построил хороший мост, разве нет?

— Он простоит ещё много лет. Не сомневаюсь, что он станет частью нового тракта для телег, так что Чемберленс-Кроссинг, возможно, и не так уж нуждался в огромном стаде коров. Достаточно просто моста. Время покажет, права я или нет.

— Как думаете, мистер Хатчесон будет снова покупать у меня?

— Думаю, свежие яблоки, яблочный сидр, эпплджек и остальные ваши товары стоят гораздо больше, чем обещания мертвеца. Кстати, я хочу взять с собой немного вашего яблочного сидра и эпплджека и предложить его в нью-йоркские таверны. Я считаю, он придётся всем по вкусу, и у вас появятся новые клиенты.

Мириам кивнула, но Кэтрин видела, что она всё ещё обеспокоена.

— Моя удача, — пробормотала она. — Вы же не думаете, что это она убила мистера Чемберлена?

— Нет. То, что случилось с мистером Чемберленом, всё равно произошло бы рано или поздно. Могу вам сказать, он вёл не вполне здоровый образ… питания. Это его и сгубило.

— Ему стоило время от времени есть яблоки, — сказала Мириам.

— Да, — согласилась Кэтрин и приобняла подругу, пока они шли к телеге.

По возвращении в Нью-Йорк Кэтрин иногда мечтала о том, чтобы вновь оказаться на ферме с Мириам. Рубить дрова, кормить кур, собирать яблоки в саду и выполнять всю работу по дому, которая только могла отвлечь её от знакомой жизни. Во сне она вспоминала тишину леса, пение птиц, тепло летнего солнца, сладость воздуха и само ощущение жизни.

Эти сны, она знала, будут преследовать её всю оставшуюся жизнь.

А ещё она задавалась вопросом, не заходила ли как-нибудь Лили Чемберлен в лавку Авроры Флиндерс, чтобы не просто купить шляпку, но и приобрести какое-нибудь зелье, способное, скажем, изгнать паразитов с животноводческой фермы, пока её муж просаживал в клубе «Славные Парни» очередную сотню фунтов? Такое зелье можно было, например, развести в стакане воды. Это было бы умелое хладнокровное убийство на глазах более чем дюжины ничего не подозревающих свидетелей.

Что ж, Кэтрин не хотела посещать эту лавку и узнавать правду.

Ей было всё равно.

Осень приближалось. Близилось время печёных яблок и кружки согревающего крепкого эпплджека.

Перевод: Наталия Московских