Леонид Млечин - Самая большая тайна фюрера

В годы войны Гитлер просто не справлялся со своими обязанностями главы государства, правительства и Верховного главнокомандующего. Его перегруженный мозг не мог освоить и переварить всю информацию, которая на него сваливалась. И эмоционально он не выдерживал напряжения войны, когда каждодневно требовалось принимать решения. Борман, который от его имени отвечал на запросы и подписывал документы, обеспечил функционирование высшей власти.

Усердный и надежный Борман старался оградить Гитлера от неприятностей. Фюрер знал, что Борман не пропустит к нему человека, который его расстроит. Поэтому Борман получил право решать, кто получит аудиенцию у Гитлера, а кто никогда не попадет в его кабинет.

Многие высшие руководители рейха, тот же Йозеф Геббельс, министр пропаганды и руководитель столичной партийной организации, жаловались, что подолгу не могут пробиться к Гитлеру, который связывается с ними только через Бормана. Министры и гауляйтеры должны были излагать свои просьбы Борману и ждать от него ответа. Борман шел к фюреру, сложную проблему он излагал просто и понятно и сразу же предлагал Гитлеру вариант решения, так что фюреру оставалось только согласно кивнуть.

Вечером 23 марта 1942 года в «Волчьем логове» Генри Пикер записал:

«Когда фюрер вошел в столовую и поздоровался со всеми, то со словами «Ну и взбучка!» показал, улыбаясь, на расположенную рядом с дверью телефонную будку, из которой на весь зал рокотал и громыхал голос Бормана.

Рейхсляйтер Борман пользуется исключительным авторитетом у Гитлера, отвечает перед ним за всю работу гражданской администрации и часто и подолгу засиживается у него. Господин Борман — «железный канцлер» партии, он отличается поразительной работоспособностью, принимает всегда на удивление хорошо продуманные решения и держится очень уверенно. Только он совсем не стесняется в выражениях и своим громким голосом заглушает здесь всех».

Мартин Борман женился на дочери председателя партийного суда Герде Бух, которая была на десять сантиметров его выше. Она родила ему десять детей, двое из них умерли.

Самое интересное состоит в том, что Мартин Борман — не единственный высокопоставленный чиновник Третьего рейха, которого подозревают в работе на советскую разведку. Бывший начальник политической разведки нацистской Германии бригадефюрер Вальтер Шелленберг после войны утверждал, что другим советским агентом был начальник государственной тайной полиции, то есть гестапо, группенфюрер СС Генрих Мюллер.

Шелленберг утверждал, что первые подозрения появились у него весной 1943 года. По его мнению, после поражения под Сталинградом Мюллер перестал верить в победу Германии и сменил хозяина. Ловкий начальник гестапо просто перешел на сторону сильнейшего, в конце 1943 года установил отношения с советской разведкой, а в мае 1945-го вслед за Борманом — или вместе с ним — бежал к русским.

Именно поэтому Генрих Мюллер исчез так же бесследно, как и Мартин Борман. Один из немецких офицеров, вернувшись в пятидесятых годах из советского плена, уверял, что своими глазами видел Мюллера в Москве. Эту версию вслед за Шелленбергом повторяют некоторые историки.

Возможно ли, что начальник гестапо был в реальности советским агентом?

Группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции Генрих Мюллер был педантом и бюрократом. Его главная забота состояла в том, чтобы все бумаги были зарегистрированы и разложены по папкам. Коллеги жаловались, что беседовать с ним было невозможно, любой разговор больше походил на допрос.

Генрих Мюллер окончил восьмилетку и поступил учеником механика в авиационные мастерские в Мюнхене. В 1917 году пошел добровольцем на войну, стал летчиком. Награжден Железным крестом первого и второго класса. В 1919 году был уволен с военной службы как инвалид войны в звании вице-фельдфебеля. В том же году пошел на службу в полицию. Аттестат о среднем образовании получил, уже служа в полиции.

Мюллер питал зависть и ненависть к образованным людям и однажды злобно сказал:

— Всех этих интеллигентов нужно загнать в угольную шахту и взорвать!

В двадцатых годах Генрих Мюллер работал в политическом отделе управления полиции Мюнхена и занимался коммунистами. Мюллер считался главным специалистом по конспиративной деятельности компартии, поэтому в 1933 году, когда нацисты провели чистку полицейского аппарата, его оставили на прежней должности. Он представил новому начальству докладные записки о тайной деятельности компартии и агентурной работе Коминтерна и советской разведки.

Мюллер восхищался методами НКВД. Говорил, что хотел бы знать, каким образом чекистам удалось заставить маршала Тухачевского подписать показания о том, что он работал на немецкую разведку. Наверное, с завистью говорил Мюллер, у русских есть какие-то наркотики, которые даже маршалов делают безвольными.

Начальник гестапо почти не ходил в отпуск и никогда не болел. Он не ездил по стране, а сидел в кабинете. Он принципиально держался на заднем плане, был молчуном. Мюллер стригся очень коротко, почти наголо, только спереди оставлял пучок волос, разделенный пробором. Он был невысокого роста, с карими глазами. Между прочим, для Гиммлера темный цвет глаз был признаком неполноценности. Темноглазые и темноволосые баварцы ему не нравились. Но для эффективного работника Мюллера было сделано исключение.

Генрих Мюллер стал делать карьеру, не будучи членом партии, что выводило из себя местных партийных чиновников. Они плохо относились к Мюллеру, пока Гиммлер не помог ему получить партийный билет. Мюллер успешно продвигался по служебной лестнице и наконец возглавил гестапо. В декабре 1940 года он стал бригадефюрером СС и генерал-майором полиции, а 9 ноября 1941 года — генераллейтенантом полиции и группенфюрером СС. В январе 1942 года получил крест «За военные заслуги» второго класса с мечами.

После смерти ценившего его Гейдриха Мюллер больше не получал повышения, он так и не стал обергруппенфюрером. Только после ликвидации участников заговора 20 июля 1944 года его наградили Рыцарским крестом. Но новый руководитель Главного управления имперской безопасности Эрнст Кальтенбруннер был номинальным начальником, и реальная власть Мюллера усилилась. Он принимал важнейшие решения в сфере репрессивной политики, но всегда излагал их от имени Гиммлера или Кальтенбруннера.

Аппарат госбезопасности в Германии не был образцом эффективности и надежности, как принято считать. В марте 1943 года на почтамте в Варшаве были обнаружены посылки, адресованные в разные германские министерства. В посылках находилась взрывчатка со стандартным взрывателем британского производства. Когда посылку открывали, она взрывалась. Еще один взрыватель был с замедлителем. Если бы коробку не вскрыли, через какое-то время она бы все равно взорвалась.