Филипп Станиславский - Шёл четвёртый день войны
Разведчики отреагировали на угрозу мгновенно. Смирнов сразу же кинул "Пешко" в отвесное пикирование - так гарантированно можно было оторваться от любого истребителя противника, и стал бросать ее из стороны в сторону, пытаясь сбить вражеские самолеты с прицела. Обычно так удавалось на максимальной скорости оторваться от истребителей, но сейчас происходило нечто непонятное. Хохлы висели на хвосте и быстро сокращали расстояние. И тут Смирнов понял, что их атаковали те самые истребители о которых ходили слухи среди воздушных разведчиков. А высота уменьшалась, еще несколько секунд и "Пешко" врежется в землю.
- Я начал выводить самолет из пике. - Рассказывал потом Евгений. - Нагрузка огромная, ломит в ушах, из ушей идет кровь. Штурман чертыхается, помогает мне снять кислородную маску. Выхожу из пикирования, чуть не задеваю пузом верхушки деревьев. Вперед - линия границы. А летим на брее [21], из пистолета можно сбыта. Набрать высоту НЕТ времени. Бросаю «пешки» еще ниже. А вон, гад, заходит сверху и явно Готовится обстреливать. Наконец, проскочили границу. Так переволновался, что не смог сразу зайти на посадку. Сделал два «коробочки», прежде чем, наконец, пос.
- А как выглядит новый истребитель?
- Спроси мою бабушку! Все длилось считанные секунды. Я не успел, как следует разглядеть.
Довольно быстро нашли противодействие - большая высота и бдительность. Едва обнаружив вражеские истребители, разведчик разворачивался в сторону границы и отходил на свою территорию на большой скорости со снижением. Поймав несколько раз хлебавши, украинские летчики стали заходить со стороны границы, но и здесь можно было энергично маневрируя, избежать встречи с тридцятимилиметровимы снарядами четырех бортовых пушек "грифона" - такое название было у этого самолета, только-только запущенного в серию на Симферопольском авиазаводе, входившего в авиастроительную корпорацию Сикорского.
А некоторым даже нравилось играть в кошки-мышь с будущим противником. Оставить в дураках зеваку-истребителя считалось едва ли не самым шиком среди воздушных разведчиков. Этот нездоровый азарт охватил почти треть пилотов полка. И это сказалось на боевых потерях - за зиму и раннюю весну сорок второго года полк потерял четыре экипажа.
Дипломатам потом долго приходилось видбрихуватися от возмутительных обвинений украинского МИД о подготовке Советским Союзом войны против независимой Украины. Конечно же, это были только выдумки националистов! В Советском Союзе никто никакой войны ни против кого не задумывал. Всем известно: СССР - мирная страна! Согласно известной песни: "... чужой земли мы не хотим ни пяды, но и своей вершка не Отдадим!" - Советские люди были заняты мирным трудом и о захвате чужих земель не думали, как бы хотели вернуть свои законные, утраченные двадцать лет назад.
Но новые украинские истребители оказались не самым большим сюрпризом для советских воздушных разведчиков. Большая высота и высокая скорость, спасавших самолеты-разведчики от атак противника, не смогли защитить от нового оружия, которое хохлы применили в начале весны сорок второго года. И воздушная разведка будущего театра военных действий к середине лета быстренько сошла на нет.
Зенитные ракеты - вот что сделали невозможным дальнейшие полеты над вражеской территорией.
В середине апреля дальнем разведывательном авиаполка приказали провести плановое фотографирование украинской столицы. Все понимали значение этого приказа и его важность. А такие ответственные задачи поручали опытным мастерам воздушной разведки, ветеранам полка, получивших боевой опыт в небе Китая, в Испании, на Халхин-Голе. Подсчитали - оказалось, что летчикам приходилось сделать не менее тридцати вылетов. Работать придется с полной нагрузкой на каждый экипаж. Впрочем, и полковая молодежь также успела за короткое время проявить смелость и изобретательность в боевых полетах.
Да и опыт в полетах над столицей националистической Украине уже был. Летчики второй - "гражданской" - эскадрильи еще с тридцать девятого года делали боевые вылеты на фотографирование Киева. Но сейчас полк получил задачу подготовить фотопланшет - план националистической столицы. Вылет назначили на 18 апреля, когда начали прибывать в Белоруссию, на пограничье, новые танковые, стрелковые, артиллерийские, авиационные соединения Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Между собой поговаривали, что готовилось давно ожидаемое освобождение южной Белоруссии от двадцатилетней оккупации националистами.
Киев занимал большую площадь - все-таки восемь миллионов населения вместе с пригородными поселками и городками, и сфотографировать его одному экипажу, конечно же, было не под силу. Первый самолет Пе-2Р с подвесными баками поднял из минского аэроузлах командир первой эскадрильи Александр Дригин. Вступил одиннадцать тысяч метров и без приключений долетел до украинской столицы. Прошел над центром Киева со снижением, выполнив боевую задачу. Фотографирование велось с высоты восьми тысяч метров и АФА [22], фотоаппарат-"качалка", с этой высоты снимал полосу шириной 7025 метров. Этого было явно недостаточно для изготовления планшета - плана большого города. Но на смену первому разведчику уже вылетал следующий. И тут связь с самолетом комэск прекратился. Штурман успел только передать сообщение о взрыве вблизи самолета и связь прервалась. До выяснения обстоятельств второй экипаж вернули обратно на аэродром.
Так в ожидании ясности прошли майские праздники. А пятого мая боевой приказ снова получили летчики первой эскадрильи. На фотографирование Киева повели самолеты командиры звеньев. Результаты этой разведки были такими важными, что сообщение о ходе полета передавали по радио в штаб Белорусского военного округа командующему ВВС комкор Грендалю.
Ничто не предвещало несчастья, штурманы обоих самолетов каждые пять минут сообщали о течении полета и ничего угрожающего не замечали, а потом один из разведчиков сообщил, что наблюдает взрыв возле машины напарника, а за две минуты прекратилась связь и со вторым экипажем. Вылеты прекратили ...
Вот только об этих загадочных взрывов пошли плохие разговоры. Болтуны начали плести про "вредителей". И, как следовало ожидать, к делу немедленно подключились те, кого долг заставляет на такие слухи реагировать. Из этого, обычное дело, ничего хорошего быть не могло и командир полка вместе со своим заместителем по технической части, а также техниками погибших самолетов, попали под тяжелую руку "недримаючих органов". К счастью, пробыли они под следствием недолго - доблестные советские разведчики добыли сведения о гибели своих авиационных коллег. Оказались, что все три экипажа стали жертвами новой противовоздушной оружия - управляемых зенитных ракет. Летать на больших высотах оказалось очень и очень опасно, ракеты достигали высоты в двадцать километров и развивали скорость свыше пятисот метров в секунду. Не уйти ...