Николай Какурин - Гражданская война. 1918-1921

3. Командарму 16-й 14 августа форсировать р. Вислу главными силами севернее Варшавы.

4. Мозырской группе 14 августа овладеть районом Козенице — Ивангород{252}. В подчинение командующему Мозырской группы распоряжением главкома передается 58-я стрелковая дивизия.

5. Разграничительные линии: между 4-й и 15-й армиями: Ойржень — Плоцк — Пионтек (вкл. 15-й армии); между 15-й и 3-й армиями: Насельск — Длутово — Вышгород — Сохачев (вкл. 3-й армии); между 3-й и 16-й армиями: Новогеоргиевск — Блоне (вкл. 3-й армии).

6. Политическая обстановка требует немедленного полного разгрома живой силы противника. [493]

В ночь с 10 на 11 августа имел место вновь разговор главкома с командзапом по прямому проводу. Ему принадлежит не менее решающее значение для операции, чем вышеприведенная директива, ибо после него главком отдал директиву о перегруппировке 1-й конной армии на Люблин. Правда, в нем опять проглядывает расхождение во взглядах главкома и командзапа на оценку группировки и намерений противника, поскольку главком все еще считал возможным достигнуть решающего сражения между Вислой и Зап. Бугом, не давая возможности противнику уйти за р. Вислу, но в конце концов по заслушивании соображений командзапа и был утвержден план действий командзапа следующими словами: «Предоставляю вам свободу действий, но оставляю задачу скорейшего разгрома польских сил без увлечения глубокой стратегией, так как в этом отношении опасаюсь, что у нас не будет времени, необходимого для такого рода решений».

Подробный анализ планов и решений всех инстанций нашего высшего командования мы решили сделать после изложения планов противной стороны. Тогда ярче выступят положительные и отрицательные стороны тех или иных решений. [494]

Глава семнадцатая.

Установление взаимодействия фронтов

Меры по установлению взаимодействия внутренних флангов Западного и Юго-Западного фронтов — План действия польского Главного Командования и группировка его сил — Соотношение сил обеих сторон на различных участках варшавской операции согласно их планам — Сравнение и оценка обоих планов.

В ночь с 10 на 11 августа главком прекращает действия конной армии против 6-й польской армии. Отданная главкомом в 3 часа 11 августа директива № 4738/оп 1041/ш характеризуется четкой оценкой общей обстановки и ставит определенные задачи польскому крылу Юго-Западного фронта. В ней главком совершенно правильно устанавливает соотношение удельного веса Львовской и Варшавской операций и центр тяжести приложения усилий польского крыла Юго-Западного фронта, осуществляемого пока 1-й конной и 12-й армией, переносит в сторону содействия их главной операции Западного фронта. В связи с этим решением 12-я армия главными силами должна наносить удар в общем направлении на Люблин, а главные силы конной армии должны выйти в район Грубешов — Замостье — Томашов. «Вместе с тем, указывает главком далее, является существенно необходимым скорейшая передача сперва 12-й, а затем и конной армии в непосредственное подчинение комфронту Тухачевскому». Далее главком просит «срочного заключения по изложенному» у командюза [495] {253}. Последняя фраза директивы как-то не вяжется с общим тоном всей директивы. Это, на первый взгляд, мелочь, но чреватая последствиями. Она дает формальное право некоторым утверждать, что директива № 4738 носила не исполнительный, а предварительный характер.

Но Главное командование, по-видимому, само придавало ей совсем иной смысл. Это следует из второго разговора главкома с командзапом, имевшего место в 0 ч 35 м 12 августа (т. е. в ночь с 11 на 12 августа). Этот разговор еще более ярко подчеркивает идею главкома о взаимодействии фронтов и об относительной их роли в решающий момент кампании. «Сейчас, — говорил главком, — Юго-Западный фронт имел своей задачей разбить противника, прикрывающего Львов, и в этих целях естественно снижал на юг армию Буденного и 12-ю армию. Теперь, когда вы резко поднимаете ваши части на север, приступая к окончательному решению, является необходимым и 12-ю армию, и Буденного поднимать на север, дабы у вас в центре не было разжижения сил». Далее главком подчеркнул значение теснейшей связи работы 12-й армии с левым флангом Западного фронта, почему считал необходимым, чтобы командование Западным фронтом сейчас же взяло под свое управление не только 58-ю стрелковую дивизию, а целиком 12-ю армию, «...иначе, думаю, ваш центр может не справиться с своей задачей и, пожалуй, лопнет, как перетянутая струна»{254}.

Командзап считал возможным принять 12-ю армию в свое подчинение немедленно. С конной армией командзап мог уже иметь связь через Бердичев по аппарату Морзе, а более надежную связь с нею рассчитывал получить уже 12 августа.

Этот разговор в связи с вышеприведенной директивой также имеет первостепенное значение, свидетельствующее, во-первых, о полном согласии во взглядах главкома и командзапа о формах использования правофланговых армий Западного фронта. Он указывал на возможность фактического [496] руководства действиями этих армий, начиная с ночи 11 на 12 августа.

Таким образом, общая оперативная обстановка в отношении возможности сразу же приступить к фактическому осуществлению взаимодействия фронтов складывалась настолько благоприятно, что это можно было сделать исчерпывающим образом даже 10 августа, как указывал это А. И. Егоров («Львов — Варшава», с. 171–172), и 11 августа.

Но здесь, когда Главное командование приняло четкое решение, безусловно обеспечивающее нашу победу на Висле, на сцену выступают такие трения в работе аппарата управления, что решение главкома почти сводится на нет.

У многих участников Гражданской войны из-за малочисленности опубликованных исторических документов, относящихся к войне, осталось впечатление, будто бы командование Юго-Западного фронта отказалось от выполнения директивы главкома. На самом деле это не соответствует действительности. К тем недочетам, которые касаются исполнения этой директивы командюзом, мы еще вернемся, но не они имели решающее для нас значение. В данном случае эту роль сыграла плохо еще в то время налаженная полевая служба штабов.

Обратимся к рассмотрению этого крупнейшего вопроса, остро ставящего проблему необходимости подготовки гибкого, энергичного и инициативного полевого управления армии. Решение главкома из-за плохо работавшего аппарата управления не успело вовремя оказать своего решающего влияния на судьбы всей кампании на берегах Вислы.

Директива главкома о перегруппировке конармии была отдана в ночь с 10 на 11 августа. Элементарные условия службы штаба требовали в таких условиях от полевого штаба и его оперативного управления ряда мероприятий, обеспечивавших проведение в жизнь нового решения главкома. Это было тем более необходимо, что новое решение должно было преодолеть ту «Львовскую инерцию», которая уже две недели въедалась в оперативные целеустремления всего Юго-Западного фронта. Надо было по прямому проводу предупредить штаб Юго-Западного фронта и также конную армию о новой задаче, ибо она переходила в [497] новое подчинение и на незнакомое ей направление. Это тем более необходимо было, что главком весьма беспокоился за Люблинское направление, и полевой штаб, естественно, должен был проявить в этом вопросе свою организаторскую энергию.