Филипп Станиславский - Шёл четвёртый день войны
Серыми тенями скользнули мимо замаскированной батареи бронекатера "красных", за ними долго тянулся караван самоходных барж с десантом, с танками, автомобилями, пушками ... Глухо постукивая дизелями проползали канонерские лодки с зенитными пушками и малокалиберными автоматами - защита десантного эшелона от атаки с воздуха. Последними проходили понтоны на буксирах у катеров.
Двумя кильватерными колоннами шли мониторы, бронекатера, канонерские лодки, транспорты и самоходные баржи с десантом и боевой техникой. Курс строго на зюйд, прямо в столицу Украины.
Над батареей пронесся ветер - и мыс поражал предполагаемым безлюдьем, никого не видно под маскировочными сетками, в ровиках и траншеях. Никого лишнего, все - под броню башен, в блиндаже, под накат и бетонные плиты наблюдательных пунктов. Старший лейтенант Ольховский скользнул в щель люка БПУ [56] и башня встретила командира спокойной деловитостью чистоты и тишины. Все уже заняли свои места, дело только за ним. Старший лейтенант бросил свое тело в кресло центральной наводки к дальномера. За сильной оптику осматривал корабли противника, выбирал первую цель, в окружении живых душ и бездушных механизмов, которые будут исправлять ошибки людей - срывы их нервов, просчеты глазомер ...
- Готово? - Спросил. И старшина сбил шлемофон со лба на затылок. - Порядок!
Так, полный порядок. Первый сигнал на бронированные башни 90-миллиметровых универсальных орудий. Подчиняясь воле людей багатонни глыбы брони, пушечной стали, бронзы, прицельной оптики и электроприборов поехали налево, перекатываясь на подшипниках башенного лафета. Перед наводчиками побежали по циферблатам стрелки, указывая прицелы и целики. В башнях взвыли моторы, подавая в магазины унитарные снаряды - длинные цилиндры с острыми рыльцами, почти в рост человека.
- Что ж, начинаем работу. Товсь! - Глухо бахкалы люки в башнях, серый мрак рассвета просачивается внутрь через узкие щели призм перископов и растворяется в зеленоватом сумраке ламп.
В журнале боевых действий старший офицер батареи бесстрастно заметил время: "4 час 48 минут: на батарее объявлена боевая тревога. 28 боевых вымпелов, 40 транспортных судов, противник идет вниз по Днепру ... "Длинные стволы орудий вели цели жуткой чернотой своих зрачков и - молчали. По плану батарея выжидала, пока неприятельские корабли полностью войдут в ловушку, чтобы потом запечатать наглухо выход, не позволяя ни одному советскому кораблю вырваться обратно. В орудийных башнях механизмы заряжания подали на лотки снаряды, раскрылись черные пасти казенник, досылателем со звоном бросили в них длинные унитарий и пасти орудий заглотнула у себя снаряды были готовы сорваться в полет. Семь дальномеров - на каждой артиллерийской башне и батарейном пункте управления - включены в общую цепь автоматики, звенья которой сходятся на пульте БПУ командира батареи. В наушниках наводчиков и командиров орудий начинает звучать характерно биение пульса боевой автоматики.
- Первая пушка к бою готова! - Огоньки готовности засияли на пульте автомата стрельбы.
- Вторая пушка ..., третья пушка ..., четвертая ...! - Старший офицер принял доклады командиров орудий и, в свою очередь, доложил Ольховскому: - Товарищ командир, батарея к бою готова!
Теперь остается только ждать команды, ждать, когда погонят "освободителей" назад ...
Рассекая стволами муть осеннего рассвета, батарея развернулась на замыкая корабли флотилии "красных". Все готово к выстрелу. В башнях ждали ревуна и тогда батарея начнет работать, оправдывая перед народом центнера мяса, хлеба, масла, сахара, сотни метров полотна, бязи и трикотажа, - все, что она съела и сносила за месяцы своего существования. Наступал момент, ради которого учились, служили и получали звания и деньги люди, наглухо закрытые сейчас в этих броневых коробках ...
- Что же мы молчим? - Вздох кого из наводчики в наушниках, как шелест. - Вот и хвост уже ...
- Не спеши, - ответил командир батареи невидимом собеседнике, - когда они обратно побегут, мало нам не покажется. Успевай только пот с усов вытирать! - И засмеялся. - Лучше полотенца приготовь!
Над Днепром потекла с юга грязная серо-черная дымная пелена. Она была плотная, но ветер поднимал ее, как поднимают над сценой занавес после короткого антракта. Комбат пришелся по очков дальномера. На бортах вражеских кораблей уже видны буквы, нарисованные белилами от ватерлинии до среза полубака.
Вниз по Днепру, на юге уже вовсю шла стрельба и канонада главных калибров наших и вражеских мониторов глухо слышалась в закрытых объемах артиллерийских башен. В ложному свете в туманной дали осенним утром на бас главного калибра звонко отзывались пушки бронекатеров.
... Это где-то ниже устья Припяти, там разгоралась битва за древний Днепр, шла на пределе возможностей - человеческих и корабельной техники. Украинский Днепровская флотилия сделала все возможное, чтобы не пустить коммунистов в Киев. В ярости пушечных залпов, мониторы и бронекатера сражались друг против двух, трех противников и палубы их, будто каток, были скользящим от крови матросов и офицеров Украине ...
Ревун прозвучал, как всегда, неожиданно. Залп!
Залп - и грохот придавил все извне, ударная волна выстрела мягко толкнула башню в лоб и наводчик с командиром качнулись в пружинных креслах. Бой начался, тридцать артиллеристов, одна батарея против целой эскадры, шесть орудий против четырех десятков вступили в неравную дуэль.
- Накрытия! - Сообщили из дальномера.
Дванадцятикилограмови фугасные снаряды рвали и ломали борт предпоследнего канонерской лодки. Следующий залп разбил установку 85-миллиметровой зенитной пушки, сковирнув за борт малокалиберный автомат вместе с прислугой. Правый понтон быстро погружался в воду и по скользящего настила палубы скатывались в днепровскую воду уцелевшие расчеты зенитных орудий и автоматов. Канонерка погружалась, а моторы на ней продолжали работать, заставляя корабль двигаться по дуге, приближаясь к мысу.
Батарея вступила в бой, двумя залпами почти мгновенно потопавшы канонерская лодка с зенитными установками. И Ольховский немедленно разделил батарею: целей было много и бить всеми стволами по какому катерке или самоходной баржи с десантом было расточительно. Поэтому командир батареи приказал первому взвода бить по транспортам, а второму - по боевым кораблям, которые как раз начали подходить снизу рекой.