Фантастика 2026-182 - Татьяна Петровна Крылова

в сети представлял собой новостную ленту, отдельно разделы официальных зарегистрированных организаций, коих среди магов полно, выполненных в виде форумов, общей торговой площадки и мессенджера для пользователей с возможностью создания групп. На торговой площадке Максим, пройдя замудренную систему регистрации, реализовывал свои поделки, он тогда уже неплохо освоился в Иномирье и Башне, узнал и прочувствовал, о чем можно говорить, а о чем нельзя, и жаждал профессионального общения. Карты формата А6, склеенные из двух слоев толстого грубого картона, имели модный «крафтовый» вид, были украшены бессмысленными орнаментами, имитирующими реальные магические схемы. При подаче в них духовной энергии или при резкой деформации орнаменты высвобождали на человека, держащего карту, конструкт второго круга Восстановление, который представлял собой простую передачу заряда энергии Жизни. Один из инициированных у Максима даров был как раз даром магии Жизни, так что заряжать такие карты он мог десятками. Формат такого расходника был для рынка нов, так как артефакторы делали одноразовые изделия на основе более основательных предметов, имея на то веские причины: материал должен был выдерживать достаточный объем духовной силы для нанесения на него схемы или рунной цепочки. В дневниках ван Либенхоффа был рецепт бумаги из древесины с добавлением отваров трав Иномирья, но Макс умудрился упростить его, когда решил делать из древесины Иномирья не бумагу, а картон, используя как основное сырье измельченную в пыль древесину, как в оригинальном варианте, а в качестве адгезионной добавки оставив только сок часто встречающегося там же растения, похожего на одуванчик. Он выкинул все этапы дополнительного измельчения и тройной варки древесного порошка, убрал стадию отбеливания, в которой использовался многокомпонентный алхимический состав, по заметкам ван Либенхоффа, увеличивающий проводимость духовной силы. Из-за того, что конечный продукт был более толстый и менее гибкий, чем бумага, был выкинут этап двойной пропитки. Многое Макс подсократил, просто не желая возиться с качеством продукта, который планировался одноразовым. Фактически получился картон из сорняка и палок. Технология была примитивна донельзя, даже древние китайцы делали качественнее, так по крайней мере думал Максим, просушивая и снимая с сетки свои первые творения. Однако такой картон оказался отличной основой для нанесения схем до середины второго круга включительно. Двухслойными он эти карты стал делать, чтобы скрыть вид схемы и увеличить прочность самого изделия.

Больше ничего столь же светлого в его голову еще не пришло, однако хватило и такой идеи. Карты начали разлетаться уверенно и быстро. Восстановление, помимо оздоравливающего, оказывало еще и тонизирующий эффект. Предложение было невелико, Макс поднимал цены трижды, потом вспомнил о методе штамповки, искал составы полимера, которые бы можно было плавить в домашних условиях, чтобы изготовить штамп, тренировался в выжигании схем на доске, все, чтобы не вычерчивать их вручную. Итогом недельного мозгового штурма стал массивный деревянный штамп с полимерной накладкой, которым можно было наносить сотни однотипных схем на картон в час. Рынок получил вливание товара, ценник перестал расти, но стабильный спрос все так же был чуть выше предложения.

На этой-то волне прямо на сайте на Максима вышел Харитон, опознавший в том владельца дара Жизни и предложивший передать опыт за денежку малую. Харитон оказался персонажем интересным, держал свой кабинет иглоукалывания, имел силу середины третьего круга и ранг Мастера. Казалось бы, вполне состоявшийся чародей, медленно, но верно достигающий своих высот и имеющий единственный редкий дар Жизни. Владел он большинством заклинаний своего направления на уровне Воли, то есть не составлял их, как положено, из рун, объединяя в конструкты, наполняя духовной энергией и активируя туда, куда нужно, а просто творил, доли секунды концентрации, р-раз! И у тебя реактивный понос. Маги Жизни — это далеко не только про лечение, это фактически про любые манипуляции с организмом. Лет Харитону было явно за пару сотен, проскакивали порой в речи специфические словечки, да и ввернуть что-нибудь по-французски в середину фразы он также любил.

Однако, чем лекарь выделялся, так это каким-то вселенским спокойствием, странно сочетающимся с весьма деятельной натурой, и не угасшим за годы жизни интересом ко всему вокруг. Он довольно живо, и в то же время спокойно и неторопливо, расспросил Макса про то, что он знает, что хочет узнать, куда планирует развиваться, как пришел к своему изобретению и планирует ли углублять это направление. Невзначай поинтересовался жизненными обстоятельствами парня, вскользь дал пару весьма ценных, как уже Максим понял потом, рекомендаций. Заронил в процессе беседы в голову новоиспеченного одаренного несколько интересных идей, требующих осмысления. В целом — повел себя как довольно опытный наставник, которому в целом наплевать, кого учить, лишь бы учились и толк был.

Харитон предложил вполне вменяемый обмен: я тебе знания и практику, ты мне либо денег, либо, что куда более желательно, готовый материал под карточки. На том и договорились: Максим снабжал Харитона десятком листов картона формата А2 в месяц, а Харитон учил того премудростям использования целительских конструктов, параллельно натренировывая волевое создание хотя бы самых простых. Максим был благодарным учеником, запоминал все влет, досконально повторял и тихо радовался, что Харитон не спешил расспрашивать его про прошлое. Если задуматься, обмен был абсолютно неравноценный. Те знания, которые Макс получал в огромном объеме, стоили куда больше, чем пусть и уникальный, но расходный материал. Чуть позднее парень смог убедиться, что часть полученной информации по дару Жизни он бы не нашел нигде, ни в Коллегии, ни в Гильдии, ни в закромах Башни. Единственное, что приходило Максиму на ум — это то, что Харитон давно искал того, кто сможет быстро и качественно воспринять его опыт, а для этих целей одаренный новичок с высоким начальным потенциалом и идеальной памятью подходил как нельзя лучше.

На сегодня у них было запланировано изучение конструкта Мультипотоковая стимуляция, к которому Максим подбирался уже вторую неделю. Шутка ли: не только создать и запустить конструкт из семнадцати символов, но еще и потом поддерживать и направлять Волей потоки энергии до окончания его работы. В стандартном варианте потоков было три, в варианте Харитона — двадцать один, вообще-то все варьировалось от ситуации, но Харитону на это было плевать. Вот и мучался Макс, стимулируя то сразу двадцать один участок кровеносной системы крысы, то двадцать один мускул белки, то двадцать одно кольцо снулого дождевого червя, заставляя его сокращаться и ползти.

За массивным деревянным столом, стоящим в центре большой, квадратов на сорок, комнаты, сидел крупный плечистый мужик лет сорока. Недлинные волосы, когда-то черные, но нынче сильно тронутые сединой, такая же наполовину седая аккуратная борода, наставник выглядел как былинный богатырь,