Павел Судоплатов - попаданец из будущего - Вадим Владимирович Чинцов

Павла Анатольевича, чье тело и разум теперь принадлежит мне, я объяснил ей, что к сожалению любовь к ней уже прошла и я подаю на развод. Да, квартиру конечно же придется ей освободить, так как дом принадлежит МВД, но ей и детям, до совершеннолетия которых я буду выплачивать алименты, уже выделили квартиру из трех комнат. Я предложил супруге Судоплатова вернуться на службу, пообещав в этом случае увеличить жилплощадь на одну спальню. Однако Эмма Каганова отказалась, так как неплохая пенсия ее вполне устраивала. Я пытался привести убедительные доводы о улучшении жилищных условий, для чего всего-то и нужно отработать хотя бы год. Но получил отказ и махнул рукой.

Став неженатым человеком, я перестал проводить ночи на работе, хотя огромная пустая квартира немного первое время давила на меня тишиной. Частыми гостями стали Наум вместе со своей третьей супругой Музой Григорьевной Малиновской, парашютисткой-рекордсменкой и разведчицей, Василием Зарубиным и его супругой Елизаветой Зарубиной, моей бывшей подчиненной, продолжавшей и сейчас служить в Девятом отделе, а также сыном Наума Владимиром. После получения должности министра МГБ (вновь созданное министерство пять дней назад, пока числилось только на бумаге, причем управление, отвечающее за охрану Кремля и всех высших руководителей государства, Берия оставил в составе МВД) Эйтингон вернул своего старшего сына, работавшего после ареста отца по сфабрикованному 'делу о сионистском заговоре в МГБ с прошлого года экономистом на машиностроительном заводе имени В. И. Ленина, расположенного в Воронеже, обратно в органы госбезопасности на должность начальника Управления по обеспечению экономической контрразведки и промышленной безопасности (В его задачи входило: выявление и пресечение подрывной деятельности иностранных спецслужб и разведок других стран в экономической сфере (шпионаж, сбор секретной информации, вредительство); защита стратегических отраслей промышленности, ключевых предприятий и объектов инфраструктуры от диверсий и иных угроз; противодействие коррупции, хищениям, спекуляции, другим действиям, которые могли дестабилизировать экономику. Благодаря мне это управление стало отвечать еще и за массовое изготовление фальшивых долларов и за их сбыт за рубеж).

Владимир в 1941–1952 годах служил в армии и органах НКГБ, был участником Великой Отечественной войны. С октября 1950 по ноябрь 1951 года служил начальником отделения 2-го отдела Управления МГБ Воронежской области.

Иногда с ними заглядывала приемная дочь Эйтингона Зоя Зарубина, которая в 1943–1946 годах участвовала в качестве переводчика и оперативного сотрудника в Тегеранской конференции, Ялтинской конференции, Потсдамской конференции, Нюрнбергском процессе. Так, в частности, в Тегеране отвечала за взаимодействие между отдельными специальными службами советской и американской делегаций. После 1945 года работала над переводом на русский язык материалов по технологии создания атомной бомбы. В 1946 году поступила на вечернее отделение МГПИИЯ на английское отделение. Окончила с отличием в 1949 году, за 3 года освоив пятилетнюю программу. В октябре 1951 была уволена из МГБ СССР после ареста отчима Наума Эйтингона из-за отказа официально от него отречься и до настоящего времени работала преподавателем английского языка вечернего отделения МГПИИЯ. Вот уже пару дней назад Наум назначил падчерицу начальником отдела, отвечающего за технический шпионаж. Ее отца, Василия Зарубина Наум вернул на должность начальника Девятого отдела, отвечающего за проведение диверсионных операций и актов индивидуального террора за границей.

Муза же получила назначение на должность начальника отдела в Первое Главное Управление, отвечающее за разведку. Так же к нашей компании присоединялась и Зоя Воскресенская-Рыбкина, которая получила должность начальника Службы оперативного анализа и информации, в которую стекалась информация со всех отделов разведки и контрразведки. Зоя после странной, можно даже сказать подозрительной гибели мужа-разведчика Бориса Рыбкина, который погиб в автокатастрофе под Прагой, немного оттаивала на наших дружеских посиделках, которые мы постоянно проводили по выходным дням на природе. Зоя Воскресенская не верила в случайность гибели мужа, но провести самостоятельное расследование ей тогда не разрешили.

А после моего разговора с Наумом тот пообещал провести расследование, так как спускать смерть сотрудника госбезопасности Советского Союза кому бы то ни было просто преступление. Жаль, что прошло шесть лет, но следователи МГБ несмотря на процесс формирования Следственного Управления, уже начали работу в Чехословакии.

Я же после назначения на должность заместителя Председателя Совмина курировал МГБ и армию. Сразу после ареста Маленкова и Булганина Берия внес предложение ввести меня и Жукова в состав Президиума ЦК, а Эйтингон стал кандидатом. Я получил депутатский мандат, который потерял Маленков. Для увеличения моей популярности среди граждан СССР Берия предоставил мне карт-бланш. Первым делом я опубликовал в «Правде» несколько статей, в которых я отразил все свои предложения, предоставленные Берии, раскрывая гражданам плюсы проектов предлагаемых мною законопроектов, которые позволят населению улучшить свою жизнь. Кроме этого я два раза в неделю выступал по радио и один раз в субботу вечером на телевидении, разъясняя радиослушателям подробно все, что я излагал в главном печатном органе страны. Благодаря этому я стал медийным лицом. За две недели до открытия сессии Верховного Совета в кинотеатрах на вечерних сеансах перед началом фильмов начали вместо киножурнала крутить ролики обо мне.

Снять такой ролик я предложил Берии для увеличения охвата избирателей. В этом ролике я рассказывал о паре операций, которые я разработал и о том, какой я вижу будущую жизнь советского народа и что я намерен предпринять как депутат Верховного Совета. В начале этого ролике были кадры как я возлагаю венок к мавзолею и как я отдал дань памяти Сталину и Ленину внутри мавзолея.

За день до начала сессии мы с Берией подвели итоги по лишению депутатства секретарей райкомов, обкомов и крайкомов. Нам к сожалению удалось завести уголовные дела не на всех, лишив лишь половину партийных бонз.

На последнем совещании Президиума Ворошилов подозрительно косился то на меня, то на Берию. Жуков же с усмешкой смотрел на всех как бы со стороны. А вот Молотов и Микоян смотрели на Берию как на врага народа. Источники сообщили, что оба провели переговоры с секретарями. Большей частью по телефону, а вот Микоян лично посетил Кавказ, побывав практически во всех районах Армении, Грузии и Азербайджана. В Средней Азии же побывали сотрудники МИДа.

По окончании заседания я решил переговорить по душам с Ворошиловым, посетив того в его кабинете в Кремле. Я сознательно решил не привлекать Берию к этому разговору, так как тот не мог терпеть семидесяти двух летнего маршала. С одной стороны Ворошилов после смерти Сталина занял высший государственный пост, который соответствовал президентскому в зарубежных странах, а с другой стороны пост был церемониальным, все решалось в Совете Министров и Центральном Комитете партии. И Ворошилов похоже