Виктор Зайцев - Спасти веру предков, или вынужденные язычники

Ярослав побагровел от таких обещаний, а у Судислава едва заметно затряслись руки, в предвкушении великих свершений и обретения новой паствы. Такие предложения вызвали серьёзную корректировку планов, их обсуждение затянулось на два дня. Уже потом, в последний день за прощальным обедом, Лосев и попросил своих приятелей помочь в выборе достойной партии для своего человека. Не просто подопечного, подчеркнул он, а лучшего стрелка и десятника отборных стрелков, что в будущем станет хорошим воином и, вполне возможно, воеводой. При этом капитан показал набор стеклянных изделий, выбранных для подарка невесте и её родителям. Князь, со слов торговцев, имел представление о рыночной стоимости подарков и оценил их достойно. Переглянувшись с Судиславом, он улыбнулся и предложил достойную партию, старшую дочь Бранко, которой недавно исполнилось четырнадцать лет. Учитывая, что все три дочери Ярослава моложе восьми лет, а Судислав не женат, эта кандидатура была самой лучшей в Прикамье.

– Согласится ли отец невесты? – выразил сомнение капитан, сразу оценивший всю пользу такого предложения. Он помнил эту девушку, симпатичная, русоволосая, со строгим изучающим взглядом, выдававшим ум и характер, действительно, хорошая пара Ёжику. Родство с Бранко даст возможность найма мастеров и большого количества рекрутов, снизит вероятность возможных провокаций со стороны ближайшего подручного князя, и даст перспективу поддержки многих селений.

– Согласится, – уверенно подтвердил Судислав, – мы с князем его хорошо попросим.

Действительно, сватовство провели в деловой манере, совершенно не похожей на многочасовые обряды, что представлял себе капитан по рассказам аборигенов. Судислав, заметив его удивление, успокоил, что свадьба будет сыграна достойно, в полном соответствии с устоями и традициями. Пока же всех троих высоких гостей Бранко принимал один, в просторной горнице на втором этаже роскошного терема. Сказать, что он был рад предложению подобного родства, было бы сильным преувеличением. Но, отказать князю и верховному волхву, да ещё в присутствии постороннего человека, чужака, чьё появление уже окутано легендами, он не смог. Недоверчиво глядя в глаза Ярославу и Судиславу, помощник князя не увидел в них шутки, и вынужден был согласиться с предложением. Всё ещё ожидая подвоха, Бранко смотрел на стеклянные фигурки и посуду, выложенные перед ним, подсчитывая их стоимость. И только, когда все трое гостей встали, обозначая окончание переговоров, хозяин понял всю реальность происшедшего сватовства.

Бросив оценивающий взгляд на разложенные подарки, Бранко отправился за невестой, провожая гостей к накрытому столу. Там уже ждал смущённый Ёжик, поспешно вскочивший при появлении старших. Вместе с ним поднялись все родичи хозяина, развлекавшие гостя разговорами, не смея прикоснуться к яствам, выставленным на угощение. Дальше всё пошло в полном соответствии с ожиданиями капитана, типичное провинциальное застолье, с грубоватыми шутками и рассказами об урожае, случаях на охоте и обсуждении родственников. Глядя на искренне улыбавшихся Судислава с князем, Сергей тоже расслабился и вспомнил подобные семейные торжества своего детства. Когда за большим столом собирались не только родные, двоюродные и троюродные родственники, при символической выпивке и, по меркам конца девяностых годов двадцатого века, такой же символической еде. Когда рыбный пирог из леща и окуня считался украшением стола, а копчёная колбаса была деликатесом.

Бедно жили, но, именно тогда люди были искренними в своих суждениях и оценке, в своём осуждении негодяев и желании помочь попавшему в беду. Сергей с детства запомнил, как ценил добрые слова родных и боялся поступить недостойно, чтобы не опозориться в их глазах. Чтобы никто не мог за таким столом сказать его матери или отцу, как плохо поступил их сын, попрекнуть плохим воспитанием. Как он не любил подобные посиделки в детстве, как он избегал их позже, когда учился в университете, затем, когда работал. Порой, в праздники, специально задерживался на работе, чтобы с чистой совестью сообщить родным, что работал. Последние лет десять или больше он не бывал на таких семейных обедах, а сейчас, почему-то почувствовал себя, как дома. И понял, что именно эта трапеза перекинула мост его памяти через века, своей старинной традицией соединила два мира, расположенные в одиннадцатом и двадцатом веках. Неожиданно для себя Сергей едва не прослезился, удивившись своей непонятной сентиментальности, это в тридцать три года то, да при его тяжёлом милицейском прошлом.

– Видимо, такая здесь экология, – нашёл в себе остатки юмора капитан, пробурчав непонятную соседям фразу.

Возвращались обратно на Выселки в сумерках, вдоль реки, молча, размышляли о своём. Судя по горящим глазам Ёжика, тот уже планировал свою жизнь после женитьбы и обдумывал подарки новобрачной, так понравилась ему будущая жена. На душе Сергея было легко и грустно. Легко от понимания, встреченного у князя и волхва, от быстрого и положительного решения мучавших его вопросов о припасах, о сватовстве Ёжика, прочих трудностях. А грустил капитан по причине ностальгической, навеянной посещением большой дружной семьи. Захотелось также собраться с родными людьми в своём тёплом и уютном доме, где на полу лежат ковры, в углу стоит телевизор, а за окном гудят машины. Сесть за стол, поговорить, посмеяться, обсудить домашние и семейные вопросы. Как на грех, что в двадцатом веке не было семьи, квартиры, что здесь та же самая картина.

– Обидно, – прошептал под нос Лосев и насторожился от звука ритмичных всплесков на реке. Тёплым майским вечером дружные шлепки вёсел далеко разносились вдоль реки.

– Ровно идут купцы, – остановился послушать, куда направляется лодка капитан, звук начал удаляться в сторону Выселков, – наверно, булгары с товаром спешат. Ёжик, подтянись, надо догнать торговцев, судя по всему, к нам едут гости.

Оба путника прибавили хода и вскоре выехали на открытый участок берега, откуда стали заметны две большие лодки и лодьи, как их здесь называли. В каждой лодье сидели до тридцати гребцов, дружно работавших вёслами. Постепенно догоняя торговцев, Сергей машинально рассматривал их и рассуждал, какой товар они могут привезти. Его предположения быстро уткнулись в одну странность, на лодках не было свободного места между рядами гребцов. Нигде не виднелись мешки или корзины с товаром, нигде на лодках не было стоявших торговцев. Предчувствие опасности возникло у обоих выселковцев одновременно.

– Это ушкуйники, – шепнул Сергею паренёк, поравнявшись, – с Вятки спустились.

– Похоже на то, – кивнул капитан, оценивая обстановку, потом решился, – скачи на Выселки, собирай свой десяток и два десятка самых опытных стрелков, бегом возвращайтесь на берег. Ильдей пусть останется в крепости, организует оборону. Они высадятся у одинокого дуба, я буду там ждать, быстро!