Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени
Британский сектор на трибунах оцепенел на три секунды, а затем взорвался диким, яростным ревом. К барьеру четвертого квадрата уже бежали секунданты О’Коннелла, размахивая руками и срывая глотки:
— Протест! Дисквалификация! Это преднамеренное убийство! Русский применил запрещенное плетение высшего ранга! О’Коннелл шел в обычный захват, не было никакой нужды ломать ему шею! Это грязное, немотивированное убийство! Под трибунал его!
Кирилл спокойно и повернул голову к надрывающимся англичанам.
— Он пытался меня убить, — ровным, будничным тоном произнес Строганов.
В чаше арены его спокойный голос прозвучал громче любых криков.
— Чушь собачья! — заорал багровый от ярости старший секундант британца, переваливаясь через каменный бортик сектора. — Дешевая, дебильная попытка оправдать собственное зверство! Гарольд дрался голыми руками по правилам федерации, его осматривали судьи перед выходом!
— Плохо осматривали, — холодно заметил Кирилл. — У вашего покойного чемпиона внутри правого предплечья вживлен скрытый артефактный эжектор. Тонкий клинок в форме длинной иглы, который выбрасывается вперед при характерном изгибе кисти в момент удара в голову.
Секундант мгновенно закрыл рот, его лицо пошло некрасивыми белыми пятнами. Строганов не удостоил его даже взглядом. Он неспешно подошел к распластанному телу О’Коннелла, наклонился, взял обмякшую правую руку британца за запястье и поднял ее вверх, демонстрируя трибунам и подлетевшим вплотную сферическим камерам трансляции.
Затем большой палец графа с силой надавил на малозаметный старый шрам чуть ниже запястья. Раздался отчетливый металлический щелчок. На глазах семидесяти тысяч зрителей и миллионов людей у экранов кожа между средним и безымянным пальцами мертвого британца разошлась, и из скрытой био-металлической полости выскочила игла, покрытая маслянистым налетом концентрированного нейротоксина.
Стадион ахнул. В ложе дома Эскобар Мартина с силой ударила кулаком по ладони:
— Гнида! Вот как эта тварь уложила в могилу брата герцога де Мединасели в прошлом году! На медосмотре списали на разрыв сосудов мозга от удара!..
На трибунах поднялся такой негодующий крик, что английским секундантам пришлось спешно пятиться к туннелю под градом летящих с ярусов пустых бутылок, вееров и огрызков фруктов. Испанцы, французы и итальянцы, чьи родственники и друзья за последние годы калечились и гибли от рук «непобедимого» ливерпульского Мясника, готовы были разорвать британскую делегацию прямо на месте. А в чате прямой трансляции неслось настоящее цунами проклятий на всех европейских языках, поверх которых «Кот-директор» заботливо вывел крупным планом рентгеновский снимок руки О’Коннелла со всеми параметрами спрятанного оружия и химическим составом яда.
Кирилл брезгливо выпустил руку, вытер ладонь о платок и вышел за пределы квадрата, забрав свою трость.
И в этот самый момент гигантские проекционные табло под куполом арены мигнули, сбрасывая турнирную сетку, и вспыхнули ослепительными золотыми цифрами официального хронометража:
«ПОБЕДИТЕЛЬ: ГРАФ К. СТРОГАНОВ. ВРЕМЯ БОЯ: 1,4 СЕКУНДЫ. АБСОЛЮТНЫЙ РЕКОРД КОРОЛЕВСКОГО ТУРНИРА ЗА СТО ВОСЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ».
Едва трибуны успели осознать эту цифру, как ниже на экранах развернулась бегущая строка от Генерального синдиката букмекеров Мадрида:
«Внимание! Официальное уведомление тотализатора! Сыграла ставка в один миллион золотых реалов с особым условием: „Чистая победа графа Строганова в первом отборочном бою менее чем за три секунды“. Выплата по коэффициенту 30 к 1 составляет тридцать миллионов золотых реалов!»
В королевской ложе инфант Фернандо медленно повернул голову к сидящей рядом княгине Анастасии Юсуповой. Та с самым невинным видом обмахивалась кружевным веером, глядя на арену, где санитары грузили на носилки тело британца.
— Анастасия… — тихо произнес испанский принц, вспоминая, как вчера вечером личный поверенный юсуповского торгового дома просил у него рекомендательное письмо к старшему нотариусу Мадрида. — Скажите мне, что заместитель министра финансов моей страны сейчас не получит обширный инфаркт по вашей вине.
Анастасия скосила на принца прекрасные темные глаза, в глубине которых плясали черти, и тихо шепнула ему из-за веера:
— Что вы, Ваше Высочество… Мой скромный взнос в этой ставке составлял всего десять процентов. Остальное просили поставить две очаровательные дамы из Санкт-Петербурга, потратив все средства, что были им выданы на карманные расходы….
Глава 13
Гул трибун, переваривающих полуторасекундный разгром британского чемпиона и выплату в тридцать миллионов реалов, медленно оседал над чашей Колизея. Но в закрытой VIP-ложе дома Эскобар, отсеченной от внешнего мира плотным звуковым пологом, страсти кипели почище, чем у букмекерских касс.
Когда Кирилл, обойдя суетящихся в коридорах секундантов, бесшумно приоткрыл тяжелую дверь ложи, внутри как раз разворачивалось генеральное сражение местного масштаба. Четыре дамы разделились на два непримиримых лагеря и выясняли отношения на повышенных тонах, совершенно не обращая внимания на вход.
— Даже слышать ничего не желаю! — чеканила Инес Эскобар, возвышаясь посреди ложи неприступной скалой. Ее тонкие пальцы с силой сжимали край мраморного парапета. — Завтра утром мой поверенный отзовет заявку! После того, что этот устроил Строганов, и после того, как вчера ночью в сетки записалась полусотня отборных головорезов со всей Европы, соваться туда — чистое безумие!
— Мама, ну при чем тут моя сетка⁈ — яростно отбивалась Мартина, шагая из угла в угол. — Наемники записывались под Строганова! В наш командный зачет никто не добавился, я лично сверяла списки у секретаря десять минут назад! Там все те же напыщенные индюки из мадридских семейств и пара групп из Лиона! Ничего не изменилось!
— Изменился градус крови, девочка моя, — веско вступила Кармен Фернандес, полулежа в кресле, но глядя на племянницу без привычной ленцы. — О’Коннелл мертв. Британцы обтекают при всем честном народе. Думаешь, их союзники среди наших грандов упустят шанс отыграться на тех, кто вчера обедал со Строгановым в одном ресторане?
— Вот именно, тетя Кармен! — неожиданно поддержала кузину Валерия, захлопнув свой планшет и поднимаясь с дивана. — Если мы сейчас трусливо снимем команду, все решат, что дом Эскобар испугался косых взглядов! Нас сожрут на бирже еще до закрытия выставки! Это же идеальный шанс официально и по закону попинать людей де Сильва на глазах у всей публики!
— Попинать конкурентов вы успеете в портах, а здесь вам кости переломают! — отрезала Инес.
Спор пошел по третьему кругу. Молодые виконтессы с горящими глазами давили на престиж, упущенную выгоду и прекрасную возможность проредить ряды конкурентов в рамках правил, тогда как старая гвардия в лице матерей стояла за осторожность, слишком хорошо зная цену засадам на дороге.
Кирилл не стал мешать этой увлекательной дискуссии.