Да, товарищ лидер фракции - Роман Феликсович Путилов
Женщина задергалась и попыталась снова что-то написать, но я выдернул из ее руки авторучку.
— Надоело мне с вами общаться, Софья Павловна, толку все равно никакого нет. Давайте последний раз проговорим, что мы с вами решили. Вы согласны чистосердечно признаться в том, что совершили?
Женщина отчаянно замотала головой.
— То есть выбираете возможность остаться в этом кресле на несколько суток? Чтобы до среды та пакость, что скрывается в сиденье или спинке кресла отравила всю вашу тазовую область, запустив необратимые процессы, от которых сейчас мучается наш мэр?
Теперь женщина просто смотрела на меня с лютой ненавистью, а я завис от внезапной мысли.
— Господа, а знаете, что мне напоминает эта сцена? Помните казнь миледи из «Трех мушкетеров»?
Мои соратники смотрели на меня с величайшим изумлением, а я продолжил:
— И знаете, кого нам очень не хватает? Палача из Лилля, и я кажется знаю, кто эту роль сыграет. Так, парни, вы сейчас собираете весь свои реквизиты и валите отсюда тем путем, который мы с вами оговорили. Не надо вам быть замешанными в этой истории. Не получается у меня сделать из вас героев. Женщина не верит, что я ее здесь оставлю умирать на несколько дней, и она, наверное, пользуется моими гуманистическими убеждениями…
— Так мы ее что, отпускаем, что ли? — Брагин даже шагнул к креслу, видимо, чтобы срезать скотч с рук Софьи Павловны, но я его остановил.
— Нет, парни, никто ее отпускать не собирается. Я же сказал, что сейчас приедет палач из Лилля. — я подтянул к себе телефонный справочник мэрии, открыл первую страницу и начал набирать номер телефона.
Трубку подняли после шестого звонка, видимо, звонкий в том доме телефонный аппарат.
— Добрый ночи, господин мэр, это вас депутат Громов беспокоит. Вам необходимо приехать в мэрию, мы вас ждем в кабинете управления по обеспечению деятельности мэрии, который занимает Софья Павловна Булгакова…- тут меня посетила еще одна свежая мысль: — Да, да, которая самый скромный начальник управления, который отказалась переезжать в кабинет своего умершего предшественника. И да, если есть возможность, прихватите по дороге счетчик Гейгера. Только приезжайте один, не надо тащить в мэрию посторонних.
— Громов, вы знаете, что вы идиот⁈ — взревел на той стороне трубки мэр: — Какой, нах, счетчик Гейгера⁈ Какой кабинет⁈
— А что, я неправильно название счетчика назвал? — удивился я: — Тогда прощение просим. Неважно, как этот счетчик называется, но он очень нужен. И постарайтесь приехать побыстрее.
— Громов, вы пьяный? — внезапно успокоился мэр: — Так слушайте меня внимательно. Никуда я не поеду, а сейчас позвоню охране, и они вас выведут из здания мэрии под белые руки, а завтра я соберу всех депутатов. И не пожалею ничего, чтобы они приняли решение о снятии с вас неприкосновенности, и вот тогда…
— Давайте так…- прервал я мечты градоначальника о моих будущих карах: — Вы приезжаете сюда с счетчиком, который регистрирует разные виды излучения, и если после этого вы скажете. Что я зря вам позвонил, то я вам просто отдам свой депутатский мандат и напишу заявление об отставке. Договорились?
— Жди меня Громов, я ради такого важного дела уже выезжаю. — мэр бросил трубку, а я повернулся к Софье Павловне, кожа которой была белее мела, а нижняя челюсть мелко дрожала, так что было слышно, как стучат ее ровные белые зубы.
— Вот видите, как получилось Софья Павловна? — я положил телефонную трубку на рычаг: — Вы считали, что вы красивая, а я вас просто пугаю? Сейчас приедет наш душка –мэр и пусть он с вами дальше разбирается.
Город. Сердце Города. Здание мэрии. Кабинет управления по обеспечению деятельности мэрии.
Мэр заявился примерно через пару часов. Когда за окном уже начало сереть небо. Сначала из коридора донеслись уверенные шаги, затем входная дверь распахнулась и в кабинет шагнули «двое из ларца» — парочка личных охранников мэра. Один из них держал в руках пистолет «Стечкина», ствол которого тут-же уставился на меня, а у второго на груди висела металлическая коробка военно-утилитарного вида и цвета, из которого выходил обрезиненный шнур с металлической блямбой на конце.
— Не шевелись! — крикнул первый, а второй, не перекрывая сектор стрельбы своему товарищу, пошел по периметру кабинета. Держа перед собой свою блямбу, мужчина повернул в нашу сторону, когда щелчки, издаваемые прибором резко участились, и охранник мэра непроизвольно отпрянул назад и медленно начал отступать в сторону коридора. Когда он вышел из кабинета, из коридора донесся отрывистый шум нервного разговора, после чего на пороге кабинета появился и наш душка-мэр.
— Громов, объясни мне какого хрена в этом кабинете фонит, как в Чернобыле⁈ — наш мэр был в зоне отчуждения взорвавшейся АЭС, возил подарки Городским спасателям и всегда любил вставлять в любом разговоре упоминание о своим «подвигом».
Глава 3
Глава третья.
На все руки мастер.
Апрель 1996 года. Город. Сердце Города. Мэрия. Коридор.
На изложение фактов мэру мне хватило десяти минут. С моих слов выходило, что Софья Павловна Булгакова очень хотела занять место своего любовника и очень боялась, что покойный Климчук Альберт Степанович в скором времени даст ей отставку в самом широком смысле. Относительно перемещения кресла в председателю нашей фракции я тоже сказал чистую правду, которую, как известно, говорить легко и приятно, а вот относительно попадания кресла под афедрон мэра я пожал плечами, сообщив, что обратив внимание на симптомы состояния здоровья мэра и их схожесть с симптомами нашего партийного шефа, я и влез в кабинет мэра, изъял оттуда злополучное кресло и подсунул Софье Павловне, которое эта кресло явно узнала и попыталась от него избавиться, весьма странно транспортируя его с помощью швабры.
Конечно, в моем рассказе были определенные смысловые разрывы и лакуны и если бы мэр хотел зацепиться… Но человека явно сейчас интересовали совсем другие вопросы, и он просто кивнул мне со словами «Буду должен», и вошел в кабинет, а охранник просто закрыл перед моим носом входную дверь.
Я прошел через коридор и вышел на лестницу. Внизу охрана здания тихонько обсуждала «сработку» сигнализации в туалете первого этажа, и что надо заставить хозяйственный отдел намертво заколотить шпингалеты окон,