Константин Калбанов - Росич ч 1(Концерн)

— Шхуну-то кто ни будь осматривал, или так голословно: 'в хорошем состоянии'?

— Обижаешь. — Довольно улыбнулся Сергей. — Машину посмотрели наши инженера, само судно от киля, до клотика облазил наш новоявленный судостроитель. Я тебе озвучил их оценку, ну а если быть более точным, то звучало это как: 'хоть завтра в кругосветку'.

— Без дураков?

— …

— Все, понял. Больше дурацких вопросов задавать не буду. Надеюсь билет мне еще не взяли?

— Да какой билет. Судно ожидается со дня на день, но пока не переживай, посадим тебя на пароход ив путь дорожку.

— Отставить, пароход.

— Не понял.

— У нас имеется великолепная шхуна, так чего еще желать.

— Ты серьезно.

— Абсолютно. Ну, подумай Сережа. Во-первых, ни от кого не завишу. Во-вторых, несмотря на то, что скорость получается ниже, на круг доберусь я до Одессы куда быстрее. В-третьих, у шхуны имеется трюм, в который я вполне смогу затолкать все ваши заказы. Ну и наконец в четвертых, возьму на борт наших горе старателей, содрав за билеты по сто пятьдесят рубликов, чистой прибыли тысячи четыре не меньше, так что все путешествие окупится.

— Игорь Иванович?

Мужчина средних лет, и такого же телосложения, в лейтенантском мундире Императорского Российского флота, поднял взгляд на неожиданно подошедшего штатского. Довольно приятная наружность, загорелое, обветренное лицо, что характерно для людей долгое время находившихся в довольно суровых условиях или для моряков. Одним словом тот тип, который импонировал ему. Поэтому несмотря на бесцеремонность незнакомца, офицер отложил вилку с ножом и промокнув салфеткой губы, ответил.

— Лейтенант Назаров Игорь Иванович. С кем имею честь?

— Песчанин Антон Сергеевич, промышленник из Владивостока. Позволите присоединиться? — Указав на свободное место, поинтересовался незнакомец. Правда, он только что представился. Впрочем, это только имя.

— Я так понимаю, у вас ко мне какое-то дело?

— Хотелось бы совместить приятное с полезным. Я еще не обедал.

— Извольте.

Едва Антон опустился на стул, как официант поспешил принести заказ, о котором посетитель позаботился заранее. Так что не прошло и минуты, как он смог присоединиться к обедающему офицеру. Тот только ухмыльнулся, подобной оперативности.

— Однако. Я гляжу, вы предпочитаете сразу брать быка за рога. Сразу видна деловая хватка.

— Есть такой грешок, Игорь Иванович. Но что поделать, жизнь коротка, а успеть хочется очень много. Так что, уж не обессудьте, но я сразу к делу. Насколько мне известно, вы минер по специальности?

— Интересно. А что вам еще известно?

— То что вы прекрасный специалист в своей области. Что вами разработано принципиальное усовершенствование двигателя самодвижущейся мины Уайтхеда, состоящей на вооружении нашего флота, которое позволяет увеличить как дальность хода, так и скорость мины.

По мере того, как Антон говорил, активно поглощая обед, его собеседник вовсе позабыл о еде и внимательно рассматривал Песчанина. Конечно особой тайны из своих исследований он не делал, но вот так, ни с того ни с сего, в ресторанчике, где он любил иногда пообедать, к нему подходит неизвестный человек и начинает настораживающие разговоры. Кто он? Что ему нужно? Вопросы, вопросы.

— Кто вы на самом деле?

— Я вас умоляю. Уж не за шпиона ли вы меня приняли? Уверяю вас, я именно тот, кем назвался. Многие офицеры не стесняясь обсуждают ваши достижения, одни из таких рассуждений я случайно и услышал, меня это заинтересовало. Причина же, по которой я появился здесь, банальна. Деньги. Если удастся разработать усовершенствования самодвижущейся мины и добиться хороших результатов, то на этом можно хорошо заработать. Я и мои компаньоны вообще падки на все новое. В этом году во Владивостоке открылось два института. Первый, Восточный. Второй, наш, который мы обозвали научно исследовательским. Правда в нем сотрудников раз два и обчелся, и он никак пока не зарегистрирован, но это только пока. Планы у нас грандиозные. Вижу недоверие в ваших глазах. Хорошо. Слышали ли вы что ни будь, об отбойных молотках, которые позволяют со значительно меньшими трудозатратами производить клепку.

— Кое-что подобное слышал.

— Это работа наших инженеров. Более того, хочу заметить, что это только первая ласточка. Есть еще несколько изобретений, которые мы пока не озвучиваем.

— Отчего же так?

— Шутите? Мы не имеем производственной базы, пока не имеем, так к чему нам выдавать на гора, то с чего нам не удастся получить большую прибыль. Вот к примеру, производство отбойных молотков нами уже налажено и никому патент продавать мы не собираемся, есть желание, заказывайте готовую продукцию.

— И как?

— Должен признать, что пока посредственно, но с другой стороны уже есть солидный заказ от японцев. Скоро подтянутся и американцы, они пока только входят во вкус, но когда распробуют…

— А что же наши?

— Небольшую партию закупила эскадра Тихого океана, но у них пока нет как таковой инфраструктуры. Вот привез опытный образец в Севастополь, на четверг назначены показательные испытания. Кстати можете посетить.

— Благодарю за приглашение.

— Так вот, я к вам с деловым предложением. Если вы изъявите желание перевестись на Дальний Восток, то во Владивостоке вас ждет радушный прием, оборудование, финансирование и любимое дело. Сможете довести вашу идею до ума и дать в руки флота усовершенствованное, грозное оружие, или изобрести свое. Как вам такое предложение?

— Даже не знаю, что и ответить.

— А вы подумайте хорошенько. Ну, дадут вам премию, ну, признают ваше изобретение, которое, к слову сказать, скорее всего, в сыром состоянии и требует доработки, но никто не станет финансировать дальнейшую работу, в этом направлении. Я же не предлагаю ничего непотребного. Вы по-прежнему будете служить во флоте, но свободное от службы время сможете посвятить интересной работе, на благо родины. Ну и себя грешного не забудете.

— Я подумаю.

— Вот и хорошо.

***

На все про все у Антона было только два месяца. Предстоял еще переход обратно на Дальний Восток, а это занимало не так мало времени. Понятное дело, что этот переход его шхуна совершала гораздо быстрее пассажирского парохода. В порты они заходили крайне редко, только для пополнения угля, иногда приходилось подключать машину, так как случались полные штили, или пополнения воды и продовольствия. Иных причин не было, лишнее это все. У него была определенная цель и он неуклонно к ней двигался. Понятное дело, что Антона раздирало любопытство, так как он никогда не был заграницей, но они пребывал в жутком цейтноте, а потому задвинул все свои желания на дальнюю полку, сосредоточившись только на своей цели.