Александр Конторович - Черный бушлат

Вот и дорога. Попрыгаем на ней, руками по бокам похлопаем. Холодно же, а человек замерз. Вон и на вышке пулеметчик притоптывает, тоже продрог? Ну, где же немцы-то, долго я их тут ждать буду? Только бы с ними кого-нибудь из полицаев еще не отправили. Хотя, вроде бы не должны. Кто живой – тот либо в карауле, либо подменный, остальных уже отправили с предыдущими фрицами.

Ну, наконец-то! И полгода не прошло… Появились. Группа немцев бодро вырулила из-за построек и двинулась в мою сторону. Значит, обстрелянное место они просмотрели и ничего там не нашли. Да и с чего бы это, вдруг, там что-то обнаружилось бы? Кто у них старший? Тот, что впереди? Или нет? Ладно, рискнем.

– Герр офицер!– обратился я к переднему. Здоровенный немец, не снижая темпа, кивнул головой вправо. Ага, вот он – командир группы.

– Вас?

– Герр офицер! Их бин … проводник! Маршрут!

– Вас? Генрих!

Из середины строя выдвинулся еще один немец, копия первого. Такой же здоровенный.

– Кто вы есть?

– Их бин полицай! – я выставил вперед руку с повязкой. Ну, а кого же вы тут ожидали встретить? Санта-Клауса? Пулеметчик на меня внимания не обратил. Лица он на такой дистанции не видит, шинель знакомая, стою я на дороге, куда только что ушла парочка таких же полицаев. Значит – что? Значит – свой. Чужой под пулемет, да еще днем, не пойдет. И для этих немцев я свой – стою практически в расположении части, форма им знакома, а в лицо тутошних полицаев они не знают.

– Что вы хотеть нам сказать?

– Их бин проводник. Показать герр офицер дорога в лес.

– Гут, – немец обратился к офицеру и перевел ему сказанное. Тот кивнул головой и что-то ему сказал.

– Вы идете вперед, показывать дорога.

– Да-да, конечно. Мы бодро потопали в лес.

Так, вот и поле. По натоптанным тропкам было видно – куда направились предыдущие группы. Так, вот и граница поля, смотрим. Ага! Я повернулся к немцам.

– Герр офицер!

– Что вы хотите сказать? – нарисовался переводчик.

– Предыдущие группы направились туда и вон туда. Нам надо идти в ту сторону.

– Почему? Там нет след, никто не ходил.

– А зачем нам идти туда, куда уже все пошли? Там, куда я показываю, тропинки были, мы там ходили раньше.

– Где был задержанный бандит?

– Который, господин офицер? Их тут много было.

– Последний. Тот, которого поймали позавчера.

– Там и был, куда я показываю.

– Почему туда не пошел никто?

– Никто, кроме меня и еще троих не знает место. А они еще в патруле, как вечером ушли, так и не вернулись еще. А я тут в секрете был, меня и предупредили те, кто раньше вас прошел.

– Так есть, нам говорили – мы можем их встретить.

– Вот вы меня и встретили. Они дальше в лес ушли, я их не видел. Меня тут оставили, а сами ушли дальше.

– Почему?

– Не знаю. Они сами вместе ходят, всегда рядом, с нами не говорят особо.

– Почему никто не пошел туда с вами?

– Не знаю. Мне приказали встретить вас.

– Именно нашу группу?

Умный немец! Палец в рот не клади! Говорит, а руки около автомата держит. Да и другие встали так, чтобы на линии огня не маячить. Недоверчивые какие! Им тут честно проводника дали, чтобы впустую по лесу не ходить, а они…

– Мне сказали – первую группу, которая пойдет в эту сторону.

– Кто сказал?

– Наш старший, который вместе с вашими солдатами в лес пошел.

Съел!? Откуда этому немцу знать – кто из полицаев, пошедших в лес, старший? И какое он получил конкретное указание? То, что в лесу есть еще полицаи, кроме пошедших с немцами – они знают. А вот их имена и приметы никто и не удосужился сообщить немцам.

– Почему небрит?

– Что?

– Почему вы не бритый? Лицо грязное – почему?

– Так мы ж еще вчера в лес ушли, где там умываться было? Я думал – вернусь, так и поспать сумею и поесть. А тут говорят – иди в лес. Может быть, мы тогда за остальными группами пойдем, там старший есть, он все и скажет подробно. А я тогда в лагерь вернусь, поем…

– Нет. Идти туда, где вы сказали. Есть – потом.

Мы снова зашагали по полю. Пересекли засыпанный противотанковый ров. Прошли мимо памятного мне танка. Вдали, на поле виднелась группа немцев. Они что-то делали около места, куда я свалил вчерашних полицаев. Ищите ребята, ищите. Трое точно там, а вот четвертый…

– Вот тут, герр офицер, тропа была. Сейчас не вижу, наверное, снегом замело.

– Куда идти?

– Вон к тем деревьям и от них – налево.

Откровенно говоря, снег был не совсем виноват. Я еще вчера поработал тут сломанными ветками, вон они в сторонке лежат. Ну, а нападавший за ночь снежок еще и слегка это припорошил.

– Стоять тут. Никуда не ходить, быть рядом.

Немцы сноровисто развернулись в цепь. Пулеметчики залегли на флангах, минометчики остались на месте, только отошли под прикрытие поваленного дерева. Вперед выдвинулась парочка солдат. Они внимательно осмотрели место, прошлись метров 50 и один из них призывно махнул рукой. Тропу нашел? Похоже, что так. Остальные немцы быстро продвинулись вперед и снова остановились. Так, перебежками мы прошли еще метров пятьсот, и я снова подошел к немцу.

– Герр офицер!

– Да?

– Вон там, слева, разбитый дзот. Там его и поймали.

– Где точно?

– Вон два больших дерева, метров двадцать справа от них.

Немец повернулся к офицеру и перевел ему сказанное. Тот кивнул головой и отдал команду. Солдаты рассыпались по кустам, а минометчики развернули свой миномет. Осторожно, прикрывая друг друга, солдаты приблизились к дзоту. Двое передних быстро заняли позиции по бокам от входа. На снегу ясно прорисовывалась цепочка следов, ведущая внутрь дзота (не зря я вчера ногами топал!). Один из немцев, стоящих у входа, взмахнул рукой. Бух!

Амбразуры дзота окутались дымом. Немцы скользнули внутрь. Через пару минут они появились на улице. Один из них вынес из дзота немецкий карабин с испачканным кровью ложем и прикладом (отобранный мною у одного из вчерашних полицаев) и несколько окровавленных бинтов (имевших то же самое происхождение). Офицер подошел к нему и осмотрел находки, заглянул в дзот. Обернулся, нашел меня глазами и повелительно взмахнул рукой. Торопясь и поскальзываясь на неровностях, я подбежал к нему.

– Вы указали правильно, тут кто-то вчера был, – возник рядом переводчик.

– Не знаю, как вчера, а позавчера именно тут его и поймали, спал он здесь.

– Здесь есть тропа, – показал немец рукой. – Что там?

– Лес там, больше ничего нет.

– Идите вперед, мы будем сзади. Будем вас прикрыть.

– Прикрывать, господин офицер.

– Неважно. Идите вперед.