Руслан Ароматов - Объектный подход. (Дилогия)

— Ну, не томи, скажи, большие попались? — глаза Кириэль азартно загорелись, а щеки порозовели — смотреть на нее было одно удовольствие.

Гном выдержал театральную паузу и небрежно ответил:

— Да не очень, примерно по восемьдесят корн каждый.

— Ничего себе! — восхитилась девушка.

— Это сколько? — немедленно спросил я. По объяснениям Тэсса выходило, что гномы обзавелись тогда почти центнером мяса.

— Целый день потом коптили, — в заключение сказал гном. — Но это еще что! Вот позапрошлым летом…

— Уважаемый рыбак, — иронично обратился к нему Тэсс, — давайте отложим все захватывающие рассказы на будущее. А сейчас не мешало бы поспать, не находите?

— Ладно, — неожиданно легко согласился гном. Или тоже умаялся за день? У меня так после сытного ужина уже слипались глаза. — Любые дома в вашем распоряжении, — он обвел рукой вокруг. Только на площади «домов» находилось около десятка.

Пожелав друг другу приятных сновидений, мы разошлись по приглянувшимся домам. Я выбрал дом по соседству с Кириэль. Специально.

Бесшумно ступил на порог жилища гномов. Не потому, что старался тихо ступать, просто повсюду пол усыпан ковром из мертвых светящихся лишайников. Ничего необычного в планировке — прихожая, кухня, гостиная и спальня. Даже санузел обыкновенный — это и удивило — вполне цивилизованные удобства. Ванны только нет — наверно, где–то должны быть общественные. Бани?

Широкое и низкое каменное ложе в спальне. Правда, для меня несколько коротковато, но терпимо. Я осторожно смахнул с него труху и положил коврик, поверх — спальник. Будет не очень мягко, но мне не привыкать — остальным еще хуже.

Последняя мысль перед сном — жаль, что нельзя выключить свет.

— Бедный Тэсик, — хихикнули над самой головой, и Тэсс моментально проснулся, — совсем замаялся играть, да?

— Лизка… — удивленно воскликнул Тэсс, и вдруг почему–то спросил, — я что, правда, заснул? А как я сюда… — начал он и сам удивился, когда вспомнил. Ну, конечно, они играли в прятки — он, его сестренка Лиза, совсем еще мелкий Дорри и дети замковой прислуги. А он остался водить и уснул. Вот теперь засмеют. Он строго посмотрел на младшую сестру:

— Ты ведь никому не расскажешь, правда?

— Конечно, — прыснула Лизка и выбежала из комнаты. Из коридора донесся ее голос, — мы прячемся!

Тэсс по всем правилам зажмурил глаза:

Стоит стражник у ворот — проходи скорей, народ.

Если добрый человек — будет здесь тебе обед,

Если ты везешь товар — не забудь забрать навар,

Ну, а если пришел вор — пробуй спрятаться во двор! —

торопливо закончил он и побежал искать.

Ага, вон они куда побежали, конечно, в тот коридор!

Запыхавшись, Тэсс вбежал в небольшой зал, заваленный камнями:

— Ау, кто не спрятался, я не виноват! — радостно закричал он и начал заглядывать за камни.

За одним из камней он увидел Лизку, сидящую на корточках спиной к нему. Он присел, чтобы хлопнуть ее по плечу, но она вдруг сама повернулась к нему и неуловимо быстро положила ладонь на лоб.

Вмиг чехол с посылкой в Эннол на груди Тэсса разогрелся и осыпался черным пеплом. А на его месте остался висеть на цепочке обыкновенный кусок белого металла. Он успел лишь достать правой рукой меч, а левой схватился за горячий медальон. Возможно, именно он помог Тэссу рассеять иллюзию и оставаться в сознании, но не защитил полностью…

Я проснулся оттого, что услышал смех снаружи. Легкий и веселый девичий смех. И еще от духоты, что стояла в комнате. Да, пожалуй, скорее даже от нее, а смех лишь окончательно вернул меня в реальность.

Провел рукой по лицу, размазывая капли пота. Что ж это такое, кондиционер барахлит?

Встал и пошел к выходу из дома. Почему–то движение давалось с трудом, будто я шел по дну бассейна, а воздух плавно затекал в нос и рот, а потом также вытекал. Патока — вспомнилось слово. И еще — тишина. Ватная, обволакивающая, она цеплялась за руки, лезла в уши и рот — чуть ли не до тошноты.

Сначала я хотел пойти к чаше с водой, чтобы умыться, но, выйдя на порог дома, увидел ее. Она стояла у входа в один из коридоров, ведущих из зала. Легкое белое платье чуть выше колен. Босиком. Волосы свободно падают на плечи. На лице тень улыбки.

Сначала у меня отрубилась возможность соображать — я просто стоял и смотрел. Не знаю, сколько это продолжалось. Даже приблизительно. Только меня потихоньку начинало трясти, а спина покрывалась холодным потом.

А потом она медленно перевела взгляд на меня. И улыбнулась.

Уровень гормонов в крови подскочил, кажется, до бровей. Меня уже не трясло — колбасило по полной программе — столько откровенного призыва чудилось в этой улыбке.

Если бы не странная заторможенность, я бы, наверно, одним прыжком достиг ее… Но меня хватило только на то, чтобы рывками переставлять ноги в ту сторону. А сопротивление воздуха еще больше усилилось. По телу катились противные холодные маслянистые капли, волосы на голове слиплись.

В тот момент мне было на все плевать — единственной целью оставалась она. И чтобы ее достичь, я готов был на все.

Она обрадованно–удивленно взмахнула ресницами, и по подземелью разнесся ее чистый звонкий смех — единственный звук среди абсолютной тишины вокруг. Затем она повернулась и, легко и бесшумно ступая босыми ногами, пошла по коридору.

Я судорожно сглотнул и пошел следом — бежать не получалось при всем желании. Пару раз я падал, спотыкаясь на неровностях пола, но не обращал на это внимания — некоторое время полз на коленях, потом снова вставал.

Постоянно видел мелькающее впереди платье, но, сколько ни пытался прибавить шаг, никак не мог приблизиться. Это приводило в бешенство, и, кроме этой, в голове не осталось ни одной мысли. Идти становилось все легче, и вскоре я уже пытался бежать. Со стороны, видимо, это напоминало ломку наркомана, но меня это не волновало.

Выбежав в небольшой тупиковый зал, с покрытым камнями полом и оканчивающийся завалом, я резко остановился. Она стояла на небольшой расчищенной площадке и смотрела на меня.

Я стал медленно подходить, почему–то сопротивление появилось снова. Но меня этим не остановить. Шаг. Я ее хочу. Шаг. Здесь. Шаг. Сейчас. Краем глаза я увидел Дранга, сидящего на полу с абсолютно стеклянными глазами, но не придал этому значения. Шаг. Я. Шаг. ЕЕ. Шаг. ХОЧУ! Шаг. А вот сидит Тэсс — левая рука что–то сжимает на груди, в правой меч. Едва успев увидеть, я тут же забыл эту картину. Шаг. ЗДЕСЬ! Шаг. СЕЙЧАС! Она уже протянула ко мне руки. Последняя слабая мысль — пережиток морали — мы будем делать это в их присутствии? В чьем — я не помнил.