Фантастика 2026-188 - Харальд Хорф
Со стороны коридора раздался натужный выдох, скрип, и ко мне в комнатку через узкую щель проскользнул тот самый моложавый парень в белом халате, который в прошлый раз требовал меня усыпить, дабы не мучился. Тот ещё доктор, как вы понимаете.
– Привет-привет, приятель Александр, – он открыто протянул мне ладонь. – Я Лёха! Вы ведь помните меня?
– Такое не забудешь…
– Уже приятно, что ж, быть может, болезнь ещё не поглотила вас. Откройте рот и покажите зубы. Следите за рукой моей глазами, сочтите пальцы на ногах все десять, потрогайте себя за мочку уха. Присядьте, встаньте, не хрустит колено? Как «стул» сегодня? Чешется вот тут?
Почему я послушно исполнял все его дурацкие требования, сам не знаю. Но видимо, Алексей Херонович вполне удовлетворился поверхностным осмотром.
– Земнов, вы можете открыть нам двери! Ваш друг здоров как кимерийский бык! И кстати… – врач неожиданно быстро и точно щёлкнул меня пальцем по кончику носа.
– Больно же, морда ты эскулапская!
– И кстати, вот, друзья мои, с ума он не сошёл, – Лёха расплылся в самодовольной ухмылке. – Но если будет бушевать и впредь, рекомендую клизму! Очистит организм, кишку прямую, а также глупости, тревожащие мозг, отправит в надлежащее им место.
Двери распахнулись, и наш великан, красный от смущения, первым шагнул в комнату.
– Прости меня, – он от души обнял меня до хруста в костях. – Я позволил себе сомнения.
– Да что случилось-то уже?
– Ты не помнишь…
Вообще-то, я немножко начал припоминать. Блуждание по тёмным коридорам, странная девушка, удар табуреткой по голове, погоня, равнодушная корова с выразительными глазами, мои эмоциональные попытки достучаться до всех криками «Ио, Ио!», после чего Диня налил мне бокал вина с невероятно успокоительными свойствами. Короче, я вырубился в минуту.
Походу наши меня сочли психом. И если посмотреть на всё это со стороны, то должен признать, что их подозрения были вполне себе справедливы. Но если доктор (а так называемый Лёха Херонович хоть и выглядел великовозрастным шалопаем, однако врачебную практику вёл) признал меня здоровым, то надежда есть. А врач тем временем рассыпался в советах по лечению, которые Светлана Гребнева, не сводя с меня глаз, тем не менее аккуратно записывала в блокнотик:
– Ему же рекомендован будет отдых, ибо герой ваш утомлён сверх меры. Вино сухое, но в разумных дозах. Конечно, мёд, орехи и вино! А, я уже про это говорил? Так вот, ещё побольше мяса! Говядина, баранина, свинина, в неделю раз ему и рыбу можно. Из овощей – зелёное и красное, без меры! Побольше перца, он всегда бодрит. Но меньше кофеина, и мучное тоже, пожалуй, стоит исключить. И сон! Целительный, без женских ласк, без книг и без смартфона. Не будь я ученик великого Херона, коль на ноги не встанет грозный Грин, историей искусств врага сражать готовый!
Потом к нам присоединился Денисыч, сначала пустивший слезу при виде абсолютно здорового меня, а потом исполнивший часть рекомендаций лопоухого врача, причём всем и сразу. Алексей Херонович тоже не отказался. Светлана увела меня в сад, где был накрыт поздний обед или ранний ужин, а здоровяк Земнов кряхтя уносил на склад здоровенную мраморную копию скульптуры «Лаокоон и сыновья». После чего присоединился к нам за столом. Никакой коровы, понятное дело, нигде и близко не было.
Хотя я же помню. В памяти всплыло целое стихотворение о ней…
Она не тёлка, но прекраснейшая из коров.
Её имя Ио. Родственное библейскому Иов.
Эта длинная история, и в ней так много слов.
Ио не искала приключений, но мощный Зевс
Был так же хорош в деталях, как в целом весь,
А уж как любил или не любил – это бог весть…
Жена его была в курсе, не дура, если чего.
Он врал ей: типа не выдумывай себе ничего,
А эта милашка-бурёнка идёт себе лесом – го!
У нас семья, отношения, да мало ли коров?
Cам укутывал девушку в облачных снов покров,
Но Ио его прощала, верховнейшего из богов.
Но Ио его любила всем сердцем, душой – всем!
Она на него не вешала ни горечи, ни проблем
И не звала пророчествами в строящийся Вифлеем.
Но, кстати, не так уж плохо заканчивался рассказ:
Гермес убил того сторожа, который с десятком глаз,
А нашу корову где-то на Ниле расколдовали на раз.
И вот уже все цари Египта, все потомки или телята
Её дружно обожествляли так же, как и она когда-то
Того, единственного, которого, может быть, и не надо,
Не стоило так уж, но если твой внук сам Персей!
Не какой-нибудь Моня Шлиман и не Петров Евсей.
Тебе поклоняются даже реки Рейн, Волга и Енисей,
И тот же герой Геракл, по сути, твоей коровьей крови.
Да, он покорял быков, но он также сдавался любви,
Вот тут уже бога или богов, по совести, не гневи.
И старая Ио всегда смеётся, красивая как никогда,
Поскольку любви настоящей без разницы все года,
С щеки её не слезинка катится, а звезда…
Гребнева дважды хлопнула в ладони, когда я закончил читать, а появившийся из-под земли старик Сосо, склонив голову, выслушал её требования, и уже через пару минут на столе парило огромное блюдо отварной баранины, томлённой с крымскими травами, солью и перцем.
– Александр, это вам!
– То, что доктор прописал, – согласился я и широко развёл руки: – Налетай, угощаю всех!
Просить два раза никого не пришлось. Герман и Денисыч кинулись ко мне, хватая баранину. Даже наша специалистка по красно– и чёрнофигурной росписи, будучи в принципе убеждённой вегетарианкой, всё равно цапнула пару кусочков ароматного мяса.
Примерно через полчаса к нашему застолью присоединилась Мила Эдуардовна. Её доберманы как раз бросились наперерез хромому сторожу, уносящему блюдо с костями и ломтями жира. Они его почти поймали, взяв в клещи справа и слева, но Церберидзе что-то негромко проворчал, показывая зубы, и доберманы сделали вид, что он им даже близко не интересен, а на самом деле они просто гоняются за бабочками, вот!
– Я рада, что вы все в порядке, – холодно кивнув мне, сестра