Игорь Черный - Никого над нами

Иар Эльтеррус, автор многотомных эпопей о звездных войнах, в рассказе «Музыка забытых дорог», обозначенном писателем как «грустная сказка», лишний раз подтвердил реноме мастера психологической прозы. Его рассказ во многом перекликается с дилогией «Мы — были!», где также звучит некая музыка горних сфер, получившая название «Песнь призыва». Почти такая же манит за собой вечного скитальца Даена, заставляя бесцельно (?) скитаться по различным мирам в поисках чего-то такого, чего сам герой постичь не может. То ли это привычка, то ли бегство от самого себя, от мук душевных, вызванных разочарованием в Любви? Конечно, довольно спорна позиция, занятая Даеном в отношении любимых женщин. Два раза он бросает возлюбленных, навоображав себе бог весть что. Два раза наступает на одни и те же грабли. И неожиданна реакция обеих дам его сердца, по странному стечению обстоятельств бабушки и внучки. И та, и другая прощают недотепу и остаются верными ему до конца своих дней в надежде, что когда-нибудь он еще вернется. Поистине мужчины и женщины слеплены из разного теста.

Наконец, еще одна Песнь торжествующей Любви, представленная рассказом Ольги Громыко «Листопад». Здесь лирическое начало явно преобладает над героическим, а психологизм — над «экшеном» (хотя и он присутствует в достаточной мере, чтобы считать данное произведение «боевиком»). Хоть главным героем и является мужчина, сельский ведьмарь, но чувствуется, что автор — женщина. Так тонко и замечательно писать о материях нежных сейчас могут лишь представительницы прекрасного пола. Чувствуется несомненное влияние русской классики, в особенности творчества Александра Куприна. А еще писательнице удалось показать неразрывную связь человека и природы. Ведь главное свойство ведьмаря не в том, что он сражается с оборотнями и прочей нечистой силой, а в том, что умеет слушать и видеть, ощущая себя частью великого целого.

Таким образом, перед нами «собранье пестрых глав», связанных не только наличием в них элементов боевика и тем, что авторы их издавались в знаменитой «боевой» серии, отмечающей ныне пятнадцатилетний юбилей. Если бы было так, то формирование сборника можно было бы счесть чисто механическим. Мало ли кто и где печатался. На самом деле, и это становится очевидным по прочтении уже всех произведений, данные повести и рассказы составляют некое целое, проникнутое атмосферой человеколюбия, тревоги за людей, надежды на лучшее, стремлением заглянуть в душу и разобраться в ее тайнах, то есть тем, что всегда и было главным отличительным признаком русской литературы, ее изюминкой. А значит, не все так плохо в отечественной фантастике, если даже фантбоевик пытается идти магистральной дорогой, проложенной великими предшественниками. И не правы лжепророки, вещующие рагнарек и проливающие слезы по поводу кончины «литературы крылатой мечты». Думается, их ламентации преждевременны.

Игорь Черный

Оскар Уайльд. Идеальный муж.

Умкову — свирепое чудовище, похожее на гигантского паука, которое некромант призывает себе на помощь, создавая из костей недавно умерших людей.

Эрин — древнее название Ирландии.

Пуб — ирландское название паба (кабака).

Слова древнего героя, Аморгена Глуингела, впервые ступившего на землю Ирландии.

Маг Мелл — Равнина Блаженства.

Га-Болг — угорь Копье, принадлежавшее легендарному герою Ирландии — Кухулину.

Песня Мидхира, древнего ирландского бога.

Тир-на-Ог — «Страна молодости». Xай-Брезал — «Остров Брезала», в мифологии Ирландии — волшебный остров, не доступный никому, кроме редких избранных.

Скел — «повесть». Так ирландцы называют саги.

Лютеция — древнее название Парижа.

Ранневаллийская поэма «Битва деревьев», приписываемая знаменитому барду Талесину.

Святой Колумба (или Колум Килле) — третий «столп» ирландской ранней церкви наравне со святым Патриком и святой Бригиттой. Потомок знаменитого мифического короля по имени Ниалл-девять-заложников. Один из самых почитаемых в Ирландии святых.