Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Я вытянул очередную купюру и передал лидеру компании, а ребятня с радостными воплями умчалась покупать угощение. Для меня всё стало понятно — Софию мне не найти. Либо Ягудин помог ей с переездом, в чём я очень сомневаюсь, либо к ней успели наведаться люди Вельского, чтобы замести следы. Так или иначе, мой противник находится впереди меня, и я должен найти способ, чтобы переломить ситуацию и взять инициативу в свои руки.

Сегодня я приехал в больницу пораньше. Не потому, что пришлось добираться на работу на трамвае, спрыгивать в одной остановке от больницы и проделывать оставшийся путь пешком. Да, без водителя теперь сложнее, но меня вела совсем иная цель. Мне нужно было переговорить со слугой Митрофановых, который пришёл в себя и оправился после свалившейся на него беды.

— Вера, доброе утро! Будь добра, дай мне карточку пациента с отравлением из второй палаты.

— Здравствуйте, Николай Александрович! Вы сегодня рано, — поприветствовала меня женщина. — Карточку сейчас найду. Афанасий Ильич сказал, что если всё будет в порядке, то сегодня его выпишем.

— Отлично!

Я забрал карточку пациента и погрузился в изучение. Савелий Коренев, тридцать два года. Работает у Митрофановых уже семь лет, ранее за помощью целителей обращался всего дважды, и то когда получал раны на рабочем месте из-за разбившейся посуды и ожога. По всему выходит, что крепкий мужчина, который едва не слёг от действия яда. Я заглянул во вторую палату и убедился, что Коренев на месте.

— Как ваше самочувствие?

— Благодарю, господин целитель, у меня всё великолепно. Мне господин Жаров поведал, что это благодаря вашей инициативе меня удалось спасти.

Ох уж этот Ильич! Везде успел отметиться! И когда он только успевает? Такое впечатление, что мужчина живёт в отделении на пару с Тихоновной и успевает всунуть свой нос везде, где только можно.

— Пустое, это моя работа, — отмахнулся я от благодарностей. — Вы лучше скажите как вас угораздило заполучить такую неприятность.

Коренев заметно занервничал, но решил признаться.

— Понимаете, на важных мероприятиях я работаю разносчиком угощений и напитков. Но часто бывает так, что еда и другие угощения остаются. И тогда мы можем взять кое-что домой. Это не воровство, не подумайте! Так принято везде. Не доедать же знати заветрившиеся салаты и допивать откупоренные напитки. Вот я и забрал домой немного еды и пару начатых бутылок шампанского. Вот только одна из них оказалась отравлена. Хорошо, что я первый попробовал, иначе вся семья могла бы слечь.

— Да, всю семью мы бы не вытянули с того света, — согласился я. — А вы не видели кто находился рядом с этой бутылкой?

— Да откуда мне знать? — рассмеялся Савелий. — Этих бутылок было столько, что глаза разбегаются, и все одинаковые. Она прошла большой путь от магазина до хозяйской кухни и гостей, и к ней могли прикасаться десятки людей.

Да, Митрофановым стоит подумать о безопасности, потому как в такой ситуации злоумышленник абсолютно раскован. А ведь какая гениальная задумка: алкоголь расширяет сосуды и ускоряет распространение яда в организме. Через пару минут его следы уже и не найти. Я почти уверен, что Валерия Николаевича попытались отравить целенаправленно, но почему тогда не пострадал никто другой? Если была отравлена вся бутылка, то непременно кто-то ещё должен был пострадать. Или по счастливой случайности просто не успел?

— Выздоравливайте и больше не попадайте в такие передряги! — произнёс я и вышел из палаты.

— Николаша, ты как? — заволновался Жаров, увидев меня в коридоре больницы. — Уверен, что в состоянии работать? Может, возьмёшь хотя бы денёчек отдохнуть после такого потрясения? Поверь, тебя за это никто не осудит, а с пациентами мы и сами разберёмся.

— Благодарю, Афанасий Ильич, но мне тяжело находиться дома. Уж лучше погрузиться с головой в работу, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, — признался я.

— Понимаю. Когда моя супруга скончалась, я тоже торчал в больнице целые дни напролёт. Ты только не загоняй себя, а то недолго надорваться и самому записаться в ряды пациентов.

Пообещав Жарову не переусердствовать. Я поплёлся в ординаторскую, но по дороге меня перехватил Анненков.

— Ник, братишка, выручай! У меня уже голова кругом идёт от этих пациентов. Давай с тобой поменяемся хоть на день? Ты посидишь на приёме, а я подежурю в отделении.

— Если Леонова не против, я согласен, — ответил я, понимая, что Тихоновна может не обрадоваться такому повороту событий. Не зря же она усадила Ярика с Дёмой в приёмную до конца недели.

Но мне действительно нужно было отвлечься, а заодно прикинуть как бы совладать с Вельским, который явно не успокоится после смерти отца. Пришлось тащиться обратно в приёмное, где меня дожидался Афанасий Ильич в компании Завьялова.

— Ну что, орлы? Заступаете на приём граждан, — произнёс Жаров, осмотрев нас оценивающим взглядом. — Не забывайте чему вас учили в академии и помните, что целитель смотрит на человека, а заглядывает прямо в душу.

После напутственных слов мы с Дементием прошли каждый в свой кабинет. В первом принимала Леонова, Завьялов выбрал второй, а я расположился в третьем. Нравится мне эта цифра, потому я и не стал бодаться, уступив ближний ко входу кабинет напарнику.

Первым моим пациентом стал мужчина лет шестидесяти на вид. Он беспокойно озирался по сторонам и далеко не сразу принял моё предложение сесть на кушетку.

— Какие у вас жалобы? — поинтересовался я, скорее, чтобы установить контакт и начать диалог. Проблемы я и сам обнаружу во время диагностики. Зря я теперь что ли ходячий томограф?

— Да вот, что-то с желудком беда, — посетовал мужчина. — В последнее время сильные боли при каждом приёме пищи. Только что-то съем, сразу как скрутит!

Я приложил руку к животу и закрыл глаза, чтобы сконцентрироваться на энергетическом уровне. И с удивлением обнаружил, что энергетические узлы заблокированы. Стоило переключиться на физический план, как тут меня тоже поджидал сюрприз: желудок был покрыт серой слизью, а концентрация желудочного сока оставляла желать лучшего. Подобного я ещё не встречал в своей практике.

— Что-то употребляли необычное в последнее время? Может, какую-то экзотическую пищу, привезённую из других стран, или еду, которая могла испортиться?

— Да что у нас в Дубровске может быть экзотического? — рассмеялся мужчина. — Разве что у