Зеб Шилликот - Порошок жизни

Джагу совсем не хотелось спорить, и он пошел вперед, а разведчик был вынужден двинуться за ним. При этом он бормотал проклятья, ругая все на свете: свои сапоги, которые стали слишком узкими для его отекших ног, неровности дороги, солнце, жару и сумасшедшую скорость передвижения, которую ему навязывал его бестолковый попутчик.

Они быстро вернулись туда, где им пришлось свернуть, и снова оказались под сводом густой листвы в своеобразном тоннеле из деревьев с отравленными колючками. Тропа была усеяна камнями разных размеров, и Кавендиш с трудом шел по ней, постоянно спотыкаясь. Джаг, привыкший к гораздо более тяжелым нагрузкам, легко продвигался вперед и, казалось, совсем не чувствовал тяжести мальчика и седельных сумок, набитых золотыми трубами.

Лучи солнца никогда не проникали под густой свод листвы деревьев, поэтому воздух там был влажным и насыщенным какими-то кислотными испарениями, что делало его весьма своеобразным. На кончике каждой колючки дрожала капелька странного желеобразного сока. Падая, эти капли протачивали в земле неглубокие выемки.

– Когда я был здесь в прошлый раз, по тропе легко могли пройти рядом два человека, – пробормотал Кавендиш. – Теперь ясно, что когда-нибудь эти чертовы заросли совсем сомкнутся и до плато уже не доберешься.

Капельки густой росы на листьях переливались всеми цветами радуги, отчего на лицах обоих путешественников постоянно возникали и исчезали странные цветовые пятна.

– Нам нужно попасть в город до того, как стемнеет, – сказал вдруг Кавендиш.

– А он далеко? – спросил Джаг, замедлив шаг, чтобы разведчику было проще догнать его.

– Да нет, уже близко!

– А что это за город и как он называется?

Кавендиш ненадолго задумался.

– Некоторые называют его Эдемом, – произнес он наконец. – Но уверяю тебя, что ничего райского в нем нет. Для очень многих этот город – настоящий ад. Правда, Властелины всего мира буквально расталкивают друг друга, чтобы попасть туда.

– А почему только Властелины?

– В этом городе рады только богатым людям. Даже для того, чтобы войти в Эдем, нужно много денег. А ты думаешь, зачем я тащу с собой весь этот хлам?

– Ну сейчас его тащу я!

– Ты или я – какая разница? К тому же, ты сейчас зарабатываешь на входной билет: без золота тебя не впустят в город. Там все стоит страшно дорого, и только за воздух, которым ты дышишь, не надо платить. Там очень быстро просаживаются огромные состояния, и каждый день туда стремятся новые люди, а Эдем выплевывает из себя столько же неудачников. Это очень жестокий город. Ничего более варварского ты еще не видел. Джаг встряхнул головой и сказал:

– Ничего не понимаю. Зачем же люди рвутся туда, если этот город пожирает их, словно чудовище?

Голубые глаза разведчика затуманились и приобрели серо-стальной оттенок.

– Эдем – это самая древняя мечта человечества, – прошептал он.

Секунду помолчав, Кавендиш хрипло добавил:

– Бессмертие!

Густой туман, висевший над долиной, был ни чем иным, как испарениями, которые вырывались из-под купола, воздвигнутого над городом. Это и было дыхание Эдема, огромного города, построенного под прозрачной полусферой, напоминавшей шляпку гигантского гриба. Город был окружен болотами, поросшими чахлыми деревцами и кустарниками.

Наружная десятиметровая стена служила для защиты города. По всей ее длине тянулись переплетения из черных труб, а с четырех сторон, соответствующих сторонам света, имелись огромные ворота.

По всему периметру городская стена была окружена рвом со стоячей водой. Все ворота были снабжены большими подъемными мостами, по которым можно было пересечь ров.

О болотистой равнине, на которой был выстроен город, ходило множество самых неправдоподобных слухов. Впрочем, в смутные времена любые легенды могут оказаться реальностью, а мифы превратиться в традицию.

По всей поверхности болота, больше похожего на грязную клоаку, располагались десятки грузовых платформ из толстых, изъеденных червями деревянных брусьев. Над болотом постоянно роились тучи насекомых, а в мутной жиже копошились змеи.

У южных ворот располагался огромный костер, на котором сжигали людей, изгнанных из Эдема. Костер горел постоянно, распространяя черный едкий дым и запах жженого мяса. Этот страшный символ вполне мог считаться гербом города, возвышающегося над затхлой водой.

По вечерам Стражи Эдема собирались у подъемных мостов со стороны болот, где жарили шашлыки из змеиного мяса, передавая друг другу бурдюки с вином. Некоторые раздевались до пояса, ложились на обломки брусьев и, ковыряя в вонючей тине лезвиями ножей, выуживали оттуда маленьких, очень вкусных моллюсков, которых поедали тут же, запивая лавовым вином.

Умирали в Эдеме, в основном, либо на костре, либо в пасти Белых Гигантов. Белые Гиганты жили в мутных водах болот и реки. Внешне они были похожи на акул или на сомов, но в действительности это был совершенно новый вид мутантов – уродливые млекопитающие, белого, словно крыса-альбинос, цвета, лишенные конечностей и глаз. Они достигали в длину от четырех до пяти метров, и самое маленькое такое животное весило около трехсот килограммов.

Страшные плотоядные хищники были лишены органов зрения, но имели длинные, тонкие усы – своеобразные осязательные антенны, которыми пользовались как радаром, и, к тому же, у них было великолепное обоняние. Поведение Белых Гигантов было непредсказуемым: их невозможно было приручить и, следовательно, проконтролировать. Говорили, что когда они голодны, то способны разрушить все подземные коммуникации города, и поэтому Стражи каждый день бросали в болото много тонн мяса, которое Белые Гиганты с удовольствием пожирали.

Увидеть этих хищников было довольно трудно. Правда, иногда в водах реки, словно призрак, мелькало огромное белое тело, но, не поднимаясь на поверхность, оно тут же уходило в глубину мрачного потока.

Джагу и Кавендишу повезло – они подошли к городу как раз во время кормления, улеглись в траву и принялись с интересом наблюдать за этим захватывающим зрелищем.

На один из подъемных мостов въехал самосвал, при появлении которого Стражи почтительно расступились и образовали вокруг машины нечто вроде шумного и нестройного почетного караула. Самосвал задом подъехал к краю понтона. Медленно поднял кузов и стал вываливать в ров груды окровавленного мяса.

Грязь сразу же забурлила мощными водоворотами: щелканье челюстей и удары хвостов взболтали тину, и вода в болоте окрасилась в мутно-алый цвет.

Джаг заметил, как из кузова соскользнул вниз труп целой лошади с торчащими ногами и успевшей одеревенеть спиной. На нее сразу же набросилась адская свора, разорвала труп на части и буквально за несколько секунд сожрала под прибаутки Стражей.