Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

С высоты как никогда хорошо ощущалась чума, коей были культисты Принца Чумы. Пока высший демон Проклятой суки казался отвратительно сладкой смесью всех чувств, которые можно представить, а Комус был источником мучений, ломающих сознание слабых, то от последователей Нургла шло просто невозможный зловонный смрад, которому нет конца. Подобно гнойнику он вызывал отвращение одним своим видом. Но сейчас моя сила отражать психическое воздействие лишь ухудшало моё восприятие.

Я буквально слышал, как мир кричал. Океан душ волновался, пока воплощение распада медленно, но верно пожирало его. Пока что поражение было ещё небольшим, но с каждой секундой всё больше ядовитых газов отравляли воздух, а невозможные бактерии с одинаковой успешностью разъедали как плоть, так и сталь. Вся материя поддавалась неостановимому разложению. Даже сам Имматериум, казалось, становился всё более изуродованным и испорченным.

Я чувствовал Тифуса. Подобно центру ужасающего урагана, он стоял в центр воронки, из которой распространялась чума и разрушительная сила проклятого бога. И было очевидно — всё происходящее является лишь подготовка к тому, когда поток зелёной слизи и смрада покроет собой всю планету.

Нельзя также было не услышать бесконечные крики погибающих каждую секунду. Больше трети верхнего улья уже было потеряно, и с высоты даже можно было увидеть оцепленные районы, где велись боевые действия. Сотни умирали и тысячи сразу же вставали на их место, желая если не остановить, то хотя бы просто задержать врага. Пока не настанет чудо и к ним не придёт помощь.

Вот только даже всего моего могущества не хватит, чтобы прекратить эту бойню. Один Ариман в состоянии расправиться со мной, не говоря уже про Тифуса и его армию проклятых Астартес с ордами ужасающих демонов. Они превосходят меня по опыту, даже если учитывать несколько моих прожитых жизней. Даже всех бесчисленных знаний Януса не хватит, чтобы сравниться с ними.

И если враг превосходит в численности, опыте и подготовке, то нужно использовать приёмы, которые они просто не в состоянии использовать. Трюки, которые исключительны лишь для меня. Ведь что Ариман, что Тифус, может и обладают огромным опытом, но всё ещё есть вещи, которые даже они не способны предсказать.

Сделав последний рывок, я оказался у самих панелей. Я видел стыки между экранами, за пределами которых едва заметно выделялись тонкие серые полоски. Подлетев поближе к ним, мне стали видны запылившееся грязное стекло, за которым практически ничего не было видно. Ну и ничего, у меня есть особый способ справиться с грязью.

Глубокий вздох и мой разум начинает преображаться. Имматериум и реальность являются двумя отдельными измерениями и единственное, что связывает их — это разум. Поэтому стоит только изменить его, как измениться и сама реальность.

Одна мысль, одно желание и реальность исказились, практически расплавилась, оставив небольшое отверстие в куполе, через который я сразу же направился наружу. Хоть и пришлось сильно сжаться, чтобы пролезть, однако тратить время или силы на создание большей дырки мне не хотелось. И так каждая секунда на исходе.

Выбравшись наружу, я сразу же встретил серо-коричневую песчаную бурю, ударившую мне в лицо. Телекинезом мгновенно создаю вокруг меня купол, защищающий от окружающей среды и позволяющий осмотреться. Ожидаемое, передо мной предстала не самая радужная картина.

Мальфи за пределами улья казался мёртвым миром. Первым я увидел бесконечную серую пустыню и далёкие горные хребты, закрывающие собой горизонт. Лишённый растительности и всякой живности, лишь суровые мощные ветра подсказывали, что жизнь здесь вообще возможна. Главное, что дышать здесь было трудно, но возможно.

Однако становилось предельно ясно, почему все люди на планете собрались под один гигантский купол, спрятавшись от окружающей среды. Такова судьба любого промышленного и шахтёрского мира, на который вступает нога человека. Честно говоря, в таком случае лучше бы просто всё в сталь покрыли, как делали Механикусы, чем создавали антиутопию в миниатюре…

Несмотря на все трудности, я продолжил свой полёт. Песчаная буря мешала мне видеть, куда лечу, однако это было и не так уж важно. Ведь я сейчас полагался не на глаза, а на куда более точное средство восприятия. Я летел к одному конкретному скоплению душ, которые искал последнюю неделю.

Чтобы обыграть манипуляторов, просчитывающих всё на десять шагов вперёд, нужно искать неожиданные решения, ломающие всю игру. Делать то, что никто не в состоянии предсказать. Поэтому первый способ обыграть такого врага — просто перевернуть доску.

Чем дальше я летел, тем большую скорость набирал. Впервые в жизни вытворял такой трюк с настолько долгим и тяжким подъёмом с помощью телекинеза, однако навыки Магнуса сейчас выручали как никогда раньше. Хотя даже для него это был бы странный и необычный опыт.

Я летел к станции, которая находилась на орбите планеты. В место, где находились люди, отвечающие не за планету, а за всю звёздную систему. Там я искал одного конкретного человека — губернатора мальфийского субсектора, Джендрус Каффика… Ну или его заместителя, если столь важный человек занят… Или просто человека, отвечающего за Имперские вооружённые силы в этой части космоса.

Над каждой более-менее важной планетой в Империуме находиться специальная станция, где расположено руководство над космическими силами, войсками с прочих планет и просто системы, которые защищают воздушное пространство планеты. Представители Имперского флота всегда предпочитали космическую пустоту уютных домам на поверхности планет.

Самое забавное, что когда-то я пролетал мимо такой станции, обороняющей более важный мир в системе Лехайд. А то наша планетка даже для добычи ресурсов бесполезна, так что её даже не защищали. И лишь по словам Чёрных Храмовников мне известно, что она обратилась в кучу мусора.

Но теперь пора навести визит людям, которые могут помочь мне провернуть одно авантюру, чтобы спасти этот мир. Потому что только там я смогу найти людей, способных противиться приказам инквизиторши и, возможно, не вовлечённых в интриги Аримана. И пока я наверху, Мелиса выполнит свою часть плана.

Вице-адмирал Чэнь глубоко закурил откуда-то найденную самокрутку лхо, продолжая сурово смотреть на меня. Несмотря на кажущее азиатское имя, он скорее походил на немца или англичанина лет сорока-пятидесяти, пусть и с очень усталыми зелёными глазами, а также лёгкой сединой.

Спустя десятки тысяч лет смешивания, часто можно встретить людей самой разной национальности и цвета