Гимн шута 24 - Антон Сергеевич Федотов

Сергей кивнул молча. Впрочем, и комментировать тут было нечего. Трон принял решение. Его задача — подчиниться. Тем более яркие эмоции уже «отгорели».

— Итак, господин Петров, вам слово.

К счастью, Калас не стал выражать сочувствие или оправдываться. Сейчас это вызвало бы лишь волну негатива со стороны Сергея. Свободовец же выбрал наилучший вариант — сухой доклад без лишних подробностей.

— На данный момент положение дел таково, что Совет «Свободы воли» решил, что я достоин занять место главы приуральского отдела Ордена, — ровно произнёс он.

Цесаревич едва заметно кивнул на эти слова, словно бы подчёркивая, что трон подобное развитие событий вполне устраивает. Павел еще раз покосился на брата. Специально для него никто не стал рассказывать предысторию. Следовательно, придется провести для курсанта короткий ликбез в части касающейся именно его.

— В течение месяца я должен принять под свой контроль все структуры Ордена на означенной территории, — продолжил Калас.

«Что ж, первый шаг сделан», — оценил Павел.

Насколько он понимал, главная задача магистра — возглавить всю структуру на территории Империи. И да, взгляды Каласа отличались от верований радикалов типа Пито. Он уже давно пытался донести до соратников простую мысль: эксперименты с Кровью и вербовка одарённых едва ли не со школьной скамьи, а также их привязка к структуре путем жертвоприношений и оргий на территории, где ты ещё собираешься жить, — плохая идея. И эти традиции придётся ломать — где-то через колено, а иных, «укрепившихся в вере», и вовсе вырывать с корнем, как сорняки. Конечно, моментально перестроить курс такой огромной сети просто невозможно. Однако Калас был готов работать.

Императорская семья, прекрасно понимая, во что обойдётся полное выжигание огнём и мечом Ордена на территории страны, готова была принять в качестве альтернативы умеренного руководителя. Уж больно глубоко «Свобода воли» пустила корни. В некоторых известных Семьях до сих пор считается норма отдать младшего сына «в послушание». Не говоря уже об огромной разведывательной сети информаторов и «спящих» агентов пусть и не на самых высоких должностях, но вокруг них.

Калас сделал секундную паузу, чтобы продолжить свою речь. Павел же использовал короткую заминку для встречного вопроса:

— Так понимаю, ожидается противодействие новому курсу?

Магистр не расстроился, тут же переключившись на ответ:

— Это вполне возможный вариант развития событий, — чуть уклончиво сформулировал свою мысль господин Петров.

А вот цесаревич увиливать от ответа не стал:

— Да, мы ожидаем, что не все примут новый курс. И сопротивление предполагается жестокое.

Лицо Сергея скривилось. Для него секта была злом. Необсуждаемым. Но он был готов исполнить приказ. Однако никто не мешал ему в глубине души надеяться, что рано или поздно ситуация сложится так, что ему еще доведется поучаствовать в полной зачистке сектантов на территории страны.

Но вот вопрос по делу у него был:

— Так почему мы тогда отпустили почти полторы сотни боевиков, которые завтра же будут стрелять нам в спины?

На миг курсант даже задержал дыхание. Ему было действительно важно услышать ответ.

— Вы хотели бы убить их собственными руками? — поинтересовался цесаревич.

Волконский смутился. Честно говоря, он слабо представлял, как именно решил бы этот вопрос, если бы ему действительно пришлось «зачищать» всех. Он просто знал, что отпускать замазавшихся в крови боевиков — неправильно. Возможно, в моменте Сергей и был готов отдать приказ пулеметным расчётам. Но сейчас, когда эмоции улеглись, однозначного ответа курсант сформулировать не мог.

— Если бы получил соответствующий приказ, — нашелся курсант.

— Не волнуйтесь, Сергей Анатольевич, — ловко справился со сложным для его языка отчеством Калас. — Все отпущенные вами люди сфотографированы и занесены в специальную базу. Много ли у них теперь возможностей? Полагаю, что Анна и сама примет решение избавиться от них. Для меня важно не замараться в большой крови по политическим причинам. Незачем давать будущим противникам такой мощный аргумент. Да и слава убийцы своих же братьев мой переговорную позицию не укрепит.

Павел мысленно. Эту ситуацию он примерно просчитывал, и слова Каласа не слишком расходились с его собственным прогнозом. Почему парень сразу об этом не сказал Сергею? Да потому что брату необходимо было дать понять: детство кончилось. Если отдан приказ — он должен быть выполнен. Неукоснительно. Сегодня курсант едва не сорвался. Такого повториться не должно никогда.

— Не понимаю, — покачал головой Сергей, — Зачем тогда было огород городить с вывозом боевиков из «котла»? Если бы эта… сестра не вмешалась, мы бы их на ноль помножили.

Павел прикинул обстановку. Да, в тот момент все были на взводе. Достаточно было небольшой искры для начала полноценной зачистки. И организовать «повод» со стороны было не так сложно, как могло бы показаться человеку неискушенному.

— Она сама не понимает, что теперь ее «актив» засвечен?

Магистр Калас внимательно посмотрел на курсанта.

— Понимает, господин Волконский, — ровно ответил он. — И все равно пошла на этот шаг.

— Так зачем же тогда?.. — перебил Сергей.

Но недоговорил. Только рукой махнул.

— Я предполагаю, что ей нужны были отдельные люди, ради которых имеет смысл тратить ресурсы организации для сокрытия их от «всевидящего ока». — пожал плечами Калас.

Его этот вопрос не особо волновал, потому что от ответа на него желаемый конечный результат не зависел никак.

— То есть вы полагаете, что ради нескольких человек эта Анна готова взять на себя зачистку всех остальных?

Трое мужчин одновременно кивнули. Сергей же возмущённо уставился на брата взглядом: «Так ты всё знал?».

— Предполагал, — спокойно ответил Павел на невысказанный вопрос.

Сергей открыл было рот и снова закрыл. Многозначительно так. С таким видом обычно обещают нечто неприятное вроде «Поговорим потом!».

— Итак, перейдём к цели моего визита, — объявил цесаревич, протягивая Сергею официального вида конверт. — Ваша учебная группа приписывается к Седьмому отделу Канцелярии. Дальнейшее обучение будет проходить без отрыва от прохождения службы под началом воеводы Приуралья Красноуральска Павла Анатольевича Волконского.

Сергей встал и принял пакет.

— Так есть, — обозначил готовность выполнить приказ.

В следующую секунду курсант невольно покосился на собственное запястье, ожидая вибрации от поступившего подтверждения. Однако коммуникатор его попросили сдать на входе.

— Павел Анатольевич, — обернулся тем временем цесаревич к Шуту. — Твоя задача — обеспечить силовое сопровождение перехвата управления господином Каласом над структурами «Свободы воли» в регионе.

— Так есть, — обозначил понимание задачи Павел.