Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП)

Амалия покинула лабораториум единого слова. Серые Рыцари продолжали уничтожать дело всей ее жизни. Менее через час, по всему судну заревели сигналы тревоги.

Штейр присоединился к Фурии на мостике. Поверхностное ауспик-сканирование выявило его худшие опасения: к ним приближался целый рой орочьих кораблей. Монтгелас побледнел и отвернулся, ища Амалию, его щеки дрожали.

— Где инквизитор Орбиана? — спросил Штейр.

— Я думал, она была с вами, — ответил капитан.

— Была.

Ее отсутствие беспокоило юстикара. Изолирование лабораториума прошло легко, и ему это не нравилось.

— Корабли аналогичного ударному крейсеру класса?

— Нет, лорд. Только огромное количество небольших судов.

Словно отвратительные птицы, суда-развалюхи ксеносов неслись на них, оторвавшись от резни на планете. Разрушение монстра привлекало их, словно свет — мотыльков. Бегство было невозможно. Таким образом, они оставляли сильно поврежденный ”Тиндарис” — оставаться под прикрытием его огневой мощи было безопаснее.

— Сблизься с ударным крейсером.

— Как долго мы можем сражаться с ними? — спросил Монтгелас?

Вопрос остался без ответа.

— Я найду Амалию, — сказала Фуриа.

Повысив голос, так чтобы мог слышать весь мостик, она произнесла:

— Если инквизитор вернется, вы не будете исполнять ее приказы. Судно находится под командованием Ордо Маллеус. Это понятно?

Через секунду капитан ответил.

— Да, инквизитор.

— Полный поиск, цель — инквизитор Орбиана. Докладывать мне.

— Есть.

Хадриана пристально посмотрела на него и вышла, это заняло ровно в два раза больше времени, чем Монтгелас колебался, прежде чем ответить.

Штейр открыл вокс-канал с Гаредом.

— Каков статус лабораториума?

— Запечатан. Работа в нем невозможна. Губительные Силы не смогут воплотиться там.

— Считаешь ли ты миссию завершенной, брат-юстикар?

— Нет.

— Я тоже.

Демоническая угроза на планете уничтожена. Еще одна заблокирована на судне. Тем не менее, он так и не убедился в точности предсказания, а зеленокожие твари все прибывали. Теперь он сомневался даже в своих ранних предположениях. Ему пришлось принимать тяжелые условия, исходя из поступающих данных. И хотя в данной ситуации они были правильными, это больше походило на катастрофу, чем на победу.

Братья, — произнес он в вокс-канал отделения. — Орки приближаются, у нас очень мало времени. Возьмите все, что можно с ”Тиндариса”

— Ты ожидаешь абордажа? — спросил Борсам.

— Я в этом уверен. Но приготовьтесь к худшему, словно мы уже опоздали в лабораториум.

Из вокс-передатчиков по всему кораблю раздавался голос Монтгеласа. Как Фуриа и приказала, он сообщал об аресте инквизитора, ее воины-аколиты выглядели ошеломленными. ”Пречистый свет” не был большим кораблем, тем не менее, на нем легко можно было спрятаться одному человеку. Хадриана не могла найти и следа Орбианы. Уровнем ниже мостика активный поиск не проводили — это было многолюдное место, и Амалия не стала бы прятаться там. Серые Рыцари вскрыли все запечатанные помещения, вспомогательная лаборатория также была очищена, несмотря на то, что не содержала экземпляров ксеносов.

”Думай”, - говорила себе Фуриа. Она не собиралась сдаваться, но уже сейчас полностью исчерпала свои идеи по поводу мест, где могла укрыться радикал или ее ученый. Она бежала. Бионическая рука точно, словно часы, гнала ее по коридорам и лестницам, все дальше от мостика. Инквизитор обратила свое предположение в веру. Не было никаких сомнений в чистоте юстикара или его преданности Богу-Императору, но, тем не менее, он сомневался в предсказаниях прогностикаров, нуждаясь в рациональных доказательствах. Тем не менее, необходимо было действовать. Сейчас Хадриана мчалась туда, куда сама бы направилась, будь на месте радикала. Скорей всего ксантит направилась в недра судна, ближе к носовой части. Туда, где проходы внезапно заканчиваются тупиками, потолки обрушиваются, практически неиспользуемая часть судна — идеальное место, чтобы спрятаться. Носовая часть сторожевика была двести метров в длину и около пятидесяти в ширину в самой широкой ее части. Там была всего одна палуба, но один широкий проход и множество разбегающихся от него, более узких и возможно оканчивающихся тупиками, делали какое-либо ориентирование здесь невозможным. Инквизитор заметила небольшой туннель, уводящий во тьму. Люминосферы, висевшие на протяжении всего пути, там были сняты, но аугментированный глаз с легкостью пронзал темноту. Через дюжину метров она вновь свернула в очередное ответвление. Вокруг была тьма, улучшенные уши улавливали только стоны и поскрипывания корпуса судна. Но слева от нее не раздавалось никаких звуков, словно кораблю зажали глотку, чтобы заставить замолчать. Завороженная, инквизитор пошла дальше. Коридор свернул и закончился металлической дверью, покрытой гексаметрическими символами, на стенах вокруг переплетались электронные узоры.

”Это обескураживает”, - подумала инквизитор. Никто бы и не подумал так далеко забираться вглубь судна, здесь можно было спокойно укрыться, не заботясь о том, что творится вокруг.

Фуриа размотала невральный кнут, обмотанный вокруг ее талии и начала хлестать схемы на стенах. Оружие было разработано, чтобы наносить вред биологическим существам, но и здесь он отлично сработал. Обратная связь выжгла электро-интерфейс и вывела из строя демпферы. Голубые молнии заплясали вокруг, коридор наполнился дымом и запахом жженой проводки.

Инквизитор позволила обнаружить себя и стала ждать.

Внезапно дверь открылась и в ней показалась Амалия Орбиана. В руках она держала какое-то оружие ксеносов, на талии висел электро-цеп.

— Пусть твой ученый выйдет, — сказала Хадриана.

— Нет.

— Ваша власть на этом корабле аннулирована.

— Мне не нужна власть, когда у меня есть сила. Наше исследование будет закончено, Эртуо на грани прорыва.

— Скорее я, прикончу вас.

— Очень в этом сомневаюсь.

Фуриа посмотрела на открытую дверь. Отчаяние заставило ее забыть о рисках. Теперь радикал словно искала катастрофы. Хадриана не удивилась. Ее ранние предположения о ксантитах оправдались, все они уже перешли черту.

— Во имя Бога-Императора, остановитесь! В течение часа орки высадятся на корабль.