Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Я понимал, что мы ничем не сможем помочь Жарову. Что самое ужасное, он тоже это осознавал, а потому даже не пытался привести себя в порядок и не хватался за утекающую жизнь. Просто делал всё возможное, чтобы поддержать меня. Думаю, он понял, что я все силы отдам Насте, а потому забуду о себе.

Водитель… К тому времени, как я потянулся к нему даром, он был мёртв. Огнестрельные ранения головы и грудной клетки, сломанные рёбра от удара о руль — он был мёртв ещё до того, как машина улетела в кювет и пропахала борозду в земле.

Только сейчас я понял, что прошло уже несколько минут с момента аварии, но виновники случившегося не торопятся заявлять о себе. Я открыл дверь и выбрался из машины, порезав руку об осколки стекла, а затем помог выбраться Насте. К тому времени Жаров уже не дышал.

Я направил все силы, чтобы стабилизировать жизненные процессы в организме девушки и успокоить её — сейчас не столько физические повреждения могут помешать беременности, сколько сильнейшее потрясение.

Дальний свет фар мелькнул над оврагом и исчез вдалеке. Я на мгновение замер, подумав, что наши преследователи решили вернуться, но быстро понял, что машина ехала со стороны Срубино.

— Настя, идём! — прохрипел я, помогая девушке убраться подальше от машины. Конечно, далеко нам не уйти, но хотя бы выиграем немного времени на тот случай, если с автомобилем что-то случится.

От потери крови заложил уши, и я осел на землю. Настя села рядом и пыталась привести меня в чувство, но я её остановил.

— Со мной всё хорошо, подумай о ребёнке.

Машина резко затормозила у края оврага, а затем я услышал знакомый голос. Кто-то уже спускался к нам.

— Ник! Настя! Афанасий Ильич! Вы целы?

Это кричал Шеншин. Он бросился к машине, но понял, что там его помощь уже не нужна, а затем благодаря поиску жизни обнаружил нас.

— Не двигайтесь, я сейчас помогу! — скомандовал Юрий Александрович. — Светлана Ефимовна, вызовите бригаду «скорой», у нас два пострадавших, которых срочно нужно доставить в больницу.

Всё это время я был в сознании. На помощь приехала бригада Лыкова, которая оперативно доставила нас в больницу и обеспечила безопасность. Нас поместили в разные палаты, а Шеншин, несмотря на позднее время, остался, чтобы лично осмотреть нас в более подходящих условиях.

— Как Настя? — задал я волнующий меня вопрос, когда он вошёл в палату.

— Не волнуйся, — произнёс мужчина, будто это могло подействовать. — На этом сроке эмбрион хорошо защищён. Матка сама по себе выступает чудесным амортизатором, плюс амниотическая жидкость, обволакивающая плод. К тому же, кости таза защитили от удара. Что касается пулевых ранений, девушка быстро получила помощь и потеряла совсем немного крови. Вы с Жаровым хорошо поработали. В Анастасии Владимировне столько целительной энергии, что нам ничего не пришлось делать, только поддержать организм и успокоить. Кстати, о спокойствии. В этой ситуации наибольшую опасность для беременности представляет стресс, а не физическое состояние. Мы сделали всё возможное со своей стороны, но вашей супруге придётся взять себя в руки и подчинить эмоции.

— Настя справится, она сильная, — с уверенностью произнёс я. — Я могу пойти к ней?

— Да, так будет даже лучше. Да и вообще, я бы вас отпустил домой, но сюда едут люди из имперской безопасности. Чтобы не подвергать дополнительному стрессу будущую мать, я запрещу им общаться с вашей супругой, но вам избежать беседы не удастся, поэтому пока придётся побыть в этой палате, а затем ваше присутствие и поддержка понадобятся будущей матери.

— Жаров умер из-за меня, — произнёс я, пытаясь побороть застрявший ком в горле. — Если бы не наши раны, он смог бы продержаться до прибытия «скорой». И вообще, скорее всего это всё произошло только потому, что он сел с нами в машину.

— Ты ошибаешься в формулировке, — произнёс Юрий Александрович. — Он умер не из-за тебя, а ради тебя. Жаров отдал все свои силы, чтобы сохранить жизнь тебе, Анастасии и дать шанс вашему будущему ребёнку. Уверен, он понимал что для него это означает конец, но сознательно пошёл на этот шаг. Знаешь, я его понимаю. Когда проживаешь целую жизнь и понимаешь, что твой век вот-вот оборвётся, а Смерть уже протянула руку к молодым, которые могут ещё многое успеть в этой жизни, сделаешь выбор не в свою пользу. Да, это невероятно сложно — осознанно жертвовать своей жизнью, на это способен только сильный духом.

Да, Жаров — герой. Вот я не такой. Нет, на его месте я поступил бы также, но случая такого не представилось. Моя прошлая жизнь закончилась тем, что я умер, помогая другу. В этой жизни, как и в прошлой, я вылечил сотни людей, спас десятки жизней, но это работа, моё призвание, а не героизм. Хотя… Рассуждать можно бесконечно долго, но Жарова это не вернёт.

В комнату вошёл лично Мадьяров, а Шеншин поспешил удалиться, чтобы не мешать работе начальника имперских ищеек.

Надо же, какая птица пожаловала! Я думал, приедет Коротков, а тут Кирилл Витальевич из Яра примчался. А ведь совсем недавно он утверждал, что полностью контролирует ситуацию. После такого я бы вообще на пороге не появлялся, но Мадьяров явно решил разобраться в ситуации, поэтому явился лично. Интересно, дело в моей семье, или в предполагаемой вине врагов государства? Что-то мне подсказывает, что несмотря на признательность, он бы и пальцем не пошевелил ради меня. Скорее, он всерьёз рассчитывает, что кто-то прикрывается именем Любимова и боится, что после меня возьмутся за более приоритетные цели.

— Вы говорили, что Любимов ликвидирован, — ухватился я за ниточку. — Выходит, он подготовил наёмников ещё до своей смерти?

— Я уже думал об этом, — признался Мадьяров. — Организация подобных операций действительно требует времени, поэтому Любимов мог сделать заказ, но я уверен, что за покушением на вас стоят другие люди, потому как новость о смерти Любимова облетела всю страну. Её не могли не услышать наёмники. А стали бы они рисковать и выполнять заказ, за который они не получат денег? Нет! Они бы оставили себе предоплату и умыли бы руки. По