"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин
— Да-да, дорогая, конечно. Садитесь быстрее в машину, и мы поедем домой.
Роскошная машина, своим кузовом и внутренней отделкой больше походившая на дорогую карету, называлась на гасконский манер «Ландоле». Она приняла в себя новых пассажиров, водитель тронул ногой сцепление, передвинул рычаг с нейтрали на первую скорость, и дал газу. Машина, оснащённая небольшим эфирным мотором, слегка рыкнула и, не оставляя после себя ни копоти, как всякие паромобили, ни пар с копотью, как ещё худшие паровозы, покатила вперёд, постепенно увеличивая скорость.
Подобных машин выпускалось ещё критически мало, но новейшие достижения в сфере добычи и переработки эфира сулили бурное развитие этой отрасли. Конечно, вытеснить паромобили и другие машины, работающие на паре, у них бы не получилось, потому как слишком дорого, но определённый прорыв, несомненно, ожидался. Так думал и сам граф Васильев, и многие другие, в тех кругах, где он вращался.
Да что уж тут говорить, весь просвещённый мир так думал, и лихорадочно готовился к новой эпохе, отдавая все силы на подготовку и создание научной базы, а в связи с этим и подготовке новых инженерных кадров. Кадры решают всё! — этот призыв оказывался совсем не пустым пропагандистским лозунгом.
Автомобиль довольно быстро выкатился за пределы лётного поля, миновал здание небольшого, но уютного аэропорта, и покатил по бетонной дороге, шурша по ней мягкими каучуковыми шинами. Мимо неслись деревья густого леса, что начинался сразу за зданием аэропорта, чуть позже деревья сменили различные хозяйственные постройки, которые, в свою очередь, уступили место домам пригорода Великого Новгорода.
Примерно через час, миновав пригороды, роскошный автомобиль въехал на улицы города и покатил к одному из его центральных проспектов. Вывернув на него, он промчался мимо многоэтажных доходных домов, тянущихся вперемешку с частными особняками и официальными учреждениями, и вкатил в небольшой проулок, что начинался сразу за зданием главпочтамта.
Здесь ехать пришлось меньше минуты, и вскоре автомобиль, взвизгнув тормозами, остановился перед воротами особняка графа Васильева. Бело-розовый двухэтажный особняк прятался за узорчатой решёткой, состоящей из двухметровых железных кольев.
В просвете между ними виднелась ведущая к нему дорожка, усыпанная мелким гравием, а сразу за воротами находилась большая площадка, устланная крепким булыжником. Заиграл автомобильный клаксон, услышав который, услужливый дворецкий быстро отправил прислугу открывать ворота.
Ворота распахнулись, машина въехала, и вся семья стала выгружаться из неё, спеша укрыться в доме от всех невзгод и перипетий, произшедших в поездке.
— Фух, наконец-то я дома! — войдя в свою комнату, сказала Женевьева и плюхнулась на диван.
Этот день она провела, как ей хотелось, никто её не трогал и не беспокоил, а вот на следующий предстояло подумать о будущем.
«Да, а мне ещё выбрать нужно, в какие учебные заведения поступать», — сказала она сама себе после завтрака, где наслушалась прозрачных намёков отца. Это дело она решила отложить на потом, уезжая на воды вместе с матерью. Да, в Кисловодске им обоим понравилось, а вот дорога обратно — совсем нет.
Мысли девушки внезапно перескочили на мальчишку, что держал перед собой живой экран, по которому другой мальчишка практически разрывал вагон, помогая тем самым спасать людей. Перед глазами всплыло из памяти его лицо, сосредоточенное, окаменевшее, ярко-зелёные глаза, что смотрели в точку, которую мог видеть только он. Юные, ещё мальчишеские черты у него тогда исказились, давая прорваться тому, что лежало в его душе, обнажая уже настоящую мужскую волю и решимость. Вот именно этим он ей и понравился. Волей и решимостью, которая не у каждого-то взрослого способна проявиться в нужный момент.
Женевьева вздохнула, отогнав ненужные воспоминания. Все приключениязакончились, и теперь приходится думать о насущных событиях. Нужно всё-таки определиться, куда же лучше поступать. Её родители могли обеспечить обучение в любом учебном заведении. Её знания и их положение это позволяли, кроме того, она обладала весьма специфическим даром, который, к сожалению, не везде и далеко не всегда можно использовать. Самое смешное, что он больше подошёл бы мальчишке, а не девушке, но природа распорядилась по-своему, и вот теперь у неё имелся совсем небольшой выбор.
Скоро приедет её дядя, преподаватель одной из академий, где обучают юношей и девушек, имеющих дар, он и поможет принять правильное решение на их семейном совете. Надо просто подождать, и всё решится, а пока Женевьева расслаблялась, окунувшись в привычную домашнюю атмосферу.
Через несколько дней, одетая в красивое светлое платье, она сидела за круглым столом, где поместилась вся их семья, приготовившись выбирать подходящую ей академию. Присутствовали её отец, мать, старший брат и тот самый приехавший дядя, родственник матери, преподающий в юридической академии Великого Новгорода.
Дядя, небольшого роста, лысоватый, одетый в старомодный сюртук, казался прямой противоположностью её отца, имел лёгкий характер и полное отсутствие чопорности, за что она его и любила. Он не чурался своей племянницы, всегда казался весел, находчив и очень умён, так что, к его совету стоило прислушаться.
— Ну что, дорогие мои, вот мы и собрались в узком семейном кругу ради одного ооочень важного вопроса, — тут дядя, которого звали Иннокентий Петрович, скосил глаза на Женевьеву и улыбнулся ей. — Ну-с, уважаемые родители, слушаю вас⁈ Кто хочет высказаться по поводу будущего дочери?
— Сначала мы бы хотели узнать, куда возьмут нашу дочь с такого рода даром, ведь он весьма необычен, и где она сможет научиться им владеть, с пользой для себя? — первым высказался граф Васильев.
— Я вас понял, Ваше сиятельство.
— Прекрати, Иннокентий, мы не на официальном приёме, ты тоже дворянин, а поэтому, давай оставим все эти условности за порогом нашего дома.
— Хорошо, а что скажет моя дражайшая сестрёнка?
— Мы специально не отдали Женевьеву в институт благородных барышень, чтобы не испортить ей жизнь. Пусть она не ведает того, через что пришлось пройти мне. Поэтому я готова отправить её в любую академию, даже в ту, где учатся вместе и благородные юноши, и благородные девицы.
— К сожалению, Наталья, благородных юношей не так уж и много, особенно, если учитывать, что