Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
— Я думал, здесь никто не живёт, — удивился Джулиано.
— Отчего же не жить — живут. Люди, как тараканы, ко всему привыкают. Думаю, когда наступит конец света и архангел Гавриил призовёт всех грешников на страшный суд, некоторые индивидуумы переживут даже его, счастливо переждав апокалипсис в какой-нибудь вонючей дыре, — сказал Лукка, кидая нищему мелкий рамес.
Бродяга ловко поймал монетку, потёр о засаленный рукав и спрятал за пазухой.
— Храни вас бог, благодетели! Достатка вам всякого и вспомоществования в делах ваших многотрудных, — загнусавил нищий, расплывшись в щербатой улыбке. — Мож до какой могилки вас проводить, или древний храм посмотреть желаете?
— Покажи нам святилище Феба, милейший, — попросил Лукка.
— Пожалуйте за мной, сеньоры, — мужчина быстро вскочил и, кланяясь, захромал по боковой дороге, припадая на обмотанный тряпьём деревянный костыль. — Недалече он, за теми домами будет.
Лукка направил заупрямившуюся было лошадь вслед шустрому калеке.
— Только, добренькие сеньоры, туточки мало что от него осталось: одна стеночка да балкончик с идиотами.
— Чего ты несёшь, какие идиоты? — прикрикнул на нищего викарий.
— Так известно какие — болваны каменные с улыбками до ушей, — пробормотал мужчина.
— А, ты про куросы[166], — голос Лукки смягчился.
— Не, курей мы тута не держим, — дурацки улыбаясь, сообщил колченогий, — всё-таки храм как-никак, хоть и одного из отверженных.
Выложенная квадратными плитами базальта дорожка вильнула за угол заросшего вьюнками и лозой здания. Под рассыпавшимися оконными перекрытиями и провалившейся крышей щебетали немолчные ласточки. Братья с отцом Бернаром спокойно миновали строение и очутились на маленькой площадке, заваленной осколками мрамора. Сквозь щели в нём пробивались молодые лавровые деревца. Сразу за площадкой к небу тянулись тонкие белые колонны с остатками фронтона. Его треугольная мраморная громада покоилась на фризе, украшенном полустёршимися рельефами сцен из жизни богов и героев. Слева к колоннаде примыкал изящный портик со статуями мраморных куросов. Всё остальное пространство заполняла более поздняя ветхая базилика, встроенная в древнее святилище.
— Вот, сеньоры, как уговаривались, — с поклоном сообщил нищий.
Викарий кинул мужчине ещё одну монетку и жестом велел проваливать. Нищий рассыпался в благодарностях и не спеша похромал назад.
— Что мы тут ищем? — спросил Джулиано, когда костлявый хребет бродяги, просвечивавший сквозь прорехи в рубище, скрылся за углом дома.
— Ответы на некоторые вопросы, — сказал Лукка, с трудом удерживая танцующую под ним кобылу. — В древних летописях упоминается, что первый император Истардии был сыном Феба, и его прах покоится под плитами этого храма.
— Первый император — это ж такая седая древность, ваше преосвященство! Почти легенда, — удивился монах. — Сколько веков-то минуло? Он, наверное, истлел давно. Чего мы тут отыщем? Всё, что можно, до нас уже нашли. Вон и скотина нервничает. Сдались вам эти тайны? К добру ли тревожить мёртвых?
Лукка неопределённо хмыкнул и слез с лошадиной спины.
— Не ворчите, отче, подайте лучше Джулиано лопаты и постерегите животных.
С любопытством оглядываясь по сторонам, юноша забрал мешок с инструментом и поспешил за братом под арку базилики. Отец Бернар перекрестил его на прощанье и занялся нервно всхрапывающей лошадью. Серый ослик озабоченно тыкался бархатной мордой в бок монаха, прядая ушами.
Площадка перед покосившимися дверями была завалена ветками и осколками камня. Искорёженная лоза оплела правую створку, намертво застопорив её в портале. Лукка толкнул левую, и та с чудовищным скрипом распахнулась внутрь. Пыль, сухие листья, мелкий мусор лёгким облачком взвились из-под ног вошедших, сверкая в лучах света, пронизывающих храм. Свет лился сквозь два ряда узких окон и неровные дыры в разрушающейся кровле. Тенёта и истлевшие занавеси шевельнулись в колоннадах нефов и на низких хорах. Гулкое эхо сдвоенных шагов разогнало тишину запустения.
Споро перешагивая через обвалившиеся фрагменты потолка, упавшие балки перекрытий и разбитые мраморные скамьи, Лукка проследовал до полукруглой аспиды[167], где некогда находился алтарь. Купол над ним почти полностью раскрошился, и его обломки обильно выстилали заросшие сухой осокой плиты. Старший де Грассо забрал у Джулиано заступ и прошёлся вдоль границы алтаря, постукивая им об пол. Постепенно сужающиеся круги поиска привели викария к алтарному камню, расколотому куском обвалившейся кровли. Внимательно присмотревшись к образовавшейся в нём щели, Лукка поманил Джулиано к себе:
— Бери кирку и помоги мне.
В четыре руки де Грассо быстро раздвинули осколки красноватого алтарного мрамора, расчистили квадратную плиту и, вогнав под её край заступ, сдвинули камень. В лица братьям пахнуло застоявшимся духом и затхлостью древнего склепа. Они налегли на инструмент. Плита с грохотом отвалилась вбок, провожаемая неодобрительными взглядами суровых святых с облупившихся фресок.
— Ого, какая тут дырища, — обрадовался Джулиано, склонившись над чёрным провалом в полу. — Как думаешь, первый император был богат?
— Вероятно.
Лукка поджог восковую свечу в фонаре и, привязав его к длинной верёвке, протянул брату:
— Держи.
Юноша стал медленно опускать фонарь в чернильный лаз. Его тусклый свет постепенно выхватывал древние, покрытые пылью и паутиной каменные блоки колодца. На глубине примерно в четыре с половиной человеческих роста фонарь достиг дна.
— Тебе придётся спуститься, Ультимо, — сказал Лукка. — Боюсь, у меня этого не получится.
С виноватой улыбкой викарий пошевелил скрюченными пальцами правой руки перед лицом брата.
— Хорошо, — легко согласился Джулиано, — только не забудь потом меня оттуда вытащить.
Он быстро завязал толстую верёвку узлом вокруг ближайшей колонны, скинул свободный конец в найденную шахту и полез в дыру.
Опустившись на пол, запорошённый слоем многовековой пыли, Джулиано присвистнул от восторга.
— Что ты видишь? — спросил Лукка, склоняясь над колодцем.
— Здесь всё разрисовано весёлыми картинками: кони, лебеди, колесницы, женщины, мужчины, дети — и они все голые! Вот умора.
— Ищи плиту или саркофаг с письменами.
— Таких полно. Тут огромный погреб с кучей гробов.
— Читай, что на них написано?
— Га-ай Сул-пи-ций Ав-густ, Ти-тус Клав-дий Ок-та-ви-ан, Лу-ций Ней-рон А-ген-бар, — с трудом, сбиваясь на каждом слоге, прочитал Джулиано.
— Вскрой ближайшую могилу.
— Ладно, кинь мне кирку.
Лукка бросил инструмент в тускло светящуюся дыру. На миг в ней показалось иссечённое тенями лицо Джулиано. Брат помахал Лукке рукой, подобрал кирку и снова скрылся в