Во славу Империи - Сергей Васильевич Лысак
Судя по всему, до переворота остались считаные дни. Мое предложение использовать нашу службу безопасности для охраны воспринято Николаем Павловичем скептически. А это значит, что скоро в Российской империи появится новый император. Сейчас февраль 1855 года. С наступлением весны наш Черноморский флот начнет активные действия, которые могут закончиться взятием Босфора и Константинополя. Все к этому идет. Турецкая армия фактически разгромлена и отступает по всему фронту. Англия и Франция ничего не могут сделать, поскольку больше не располагают достаточными силами в регионе. А доставить подкрепления – для этого нужно время. И флот, который у них сильно поубавился в ходе недавних событий. Поэтому Лондону и Парижу нужно приложить все силы, чтобы закончить войну как можно скорее, причем на выгодных для себя условиях. И поскольку Николай Павлович на это никогда не пойдет… Вот теперь стали понятны слова лейтенант-коммандера, оказавшегося агентом английской разведки, сказанные адмиралу Дандасу: «Война еще не закончена». Неужели еще тогда была задумана ликвидация российского императора с целью заменить его на более сговорчивого приверженца «европейских ценностей»? Очень похоже…
Как оказалось, об этом думали и Ганс с Ванькой.
– Командир, как говорят в Одессе, мы находимся на пороге грандиозного шухера?
– Увы, Ганс… И самое плохое, что мы не можем предотвратить переворот. Николай надеется на верность охраняющей его гвардии, и не воспринял мое предложение всерьез.
– Ну и черт с ним. Если он такой упертый, то кто же ему доктор? Будем с Александром Николаевичем, который Второй, работать. Свято место пусто не бывает.
– Не все так просто. Как бы Александр не прогнулся под Европу. В нашем мире он особой твердостью не отличался.
– А мы на что?! Командир, если мы это затеяли, то надо идти до конца. Если Александр начнет все сливать ради «справедливого мира», придется тебе корону надеть. А Ваньку в твою тушку, чтобы ничего не заподозрили.
– Кстати об этом. Ваня, моя задумка предложить тебе занять место моего братца Феденьки приказала долго жить. Раз на него положили глаз жандармы, то значит, дело швах. Его тушка для тебя не подходит. А другой на примете пока нет.
– Ничего, подожду. Ваше превосходительство, я вот что подумал. Тушка твоего брата и в самом деле не подходит. Не только потому, что он работает на англичан, и об этом знают жандармы. Федор сам по себе для англичан никто. Так, мелкая сошка на побегушках. А если подвернется фигура рангом повыше?
– Хм-м, а это интересно… Ваня, ты знаешь, может и получится! Думаю, в ходе переворота кто-то из высокопоставленных заговорщиков все равно выйдет из тени, да и англичане здесь засветятся. Тогда и выберем подходящую кандидатуру. Не боишься?
– Не боюсь! В Константинополе, Севастополе и Балаклаве справился, а в Петербурге тем более справлюсь!
То, что Ваня справится, не сомневаюсь. У него оказался настоящий талант разведчика. Вселение в чужую тушку воспринимается им без комплексов и душевных метаний. И если подвернется перспективная кандидатура для проникновения в стан противника, то грех ее упускать. Будет «сюрпрайз» господам европейцам. Но англичане и французы сейчас не могут появиться в Петербурге открыто. Поэтому сюда зачастили разные пруссаки, австрияки, датчане и всякие прочие шведы. То, что какая-то часть из них действует в интересах англичан и французов, даже сомневаться не стоит. Но вышвырнуть их за пределы Российской империи нельзя. Не поймут-с… Время сейчас такое. Бенкендорф высказывал свое недовольство, но даже жандармы ничего не могут сделать. И как прикажете обеспечивать безопасность государства? Ладно, тут я все равно бессилен чем-либо помочь. Придется ждать переворота, а потом смотреть, как начнут развиваться события. По крайней мере, какая-то информация о ближайших перспективах выяснится. Быстро здесь ничего не делается. Поэтому даже если допустить наихудших вариант – Александр Второй прогнется под Европу, то заключению мирного договора будет предшествовать длительная торговля по каждому пункту договора. Ну а я эту торговлю господам европейцам обломаю. Хе-хе…
В Петербурге наступило затишье, как перед бурей. Никаких серьезных явлений на политическом небосводе не происходило. Великосветские скандалы не в счет. Это дело обычное, и было бы странно, если они вдруг исчезли. Вокруг меня тоже не было никакой возни, а вот это настораживало. Насчет того, что неизвестный недоброжелатель отказался от своих намерений извести Юрия Давыдова, я не обольщался. Значит, чего-то ждет. Но чего? Я вернулся в столицу и ни от кого не прячусь. Условия для очередного покушения на мою персону практически идеальные. Может быть, он связан с заговорщиками и решил пока что не отвлекаться на личную вендетту? Такое возможно, хотя и маловероятно. Где я и где заговорщики? Там должны быть задействованы такие фигуры, что Юрий Давыдов и рядом не стоял. Но если этот неизвестный недоброжелатель не из руководителей? Ведь в заговоре принимают участие не только аристократы. Не будут же графья и князья сами грязную работу делать. Для этого есть персоны попроще. Как из желающих выслужиться обер-офицеров гвардии или мелких чиновников, так и вообще из «подлого сословия». Не является ли наш неизвестный лицом из «второго эшелона» заговорщиков? Такое вполне может быть. Моя агентура в Петербурге как ни старалась, так и не смогла обнаружить ни одной ниточки, ведущей к нему. Оставалось ждать, когда он сделает следующий ход.
Параллельно сбором сведений и анализом ситуации в Петербурге занималась Циля… То есть Елена. И ее выводы были аналогичны моим. Смена власти должна произойти в ближайшее время. Николай Павлович с упорством, достойным лучшего применения, продолжает игнорировать возникшую угрозу переворота, считая ее несущественной. Ну, что поделаешь… Есть хорошая поговорка «На аркане в рай не затянешь».
Меня интересовало, как именно будут действовать заговорщики. На ум приходили только варианты устранения Петра Третьего и Павла Первого. До оголтелого терроризма с метанием бомб на многолюдной улице местные пока что не доросли. Но действительность превзошла все