"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
– Не похожи что-то их методы на акции наших «зеленых», – заметил Павел.
– Звери, – соглашаясь с критикой, ответил шпион. – Для них мы все – что с Немезиды, что с Земли – враги.
– А твои подручные от нас отстанут? – спросил я.
– Моим теперь на два фронта воевать придется, но их этим не напугаешь, – с гордостью ответил Григорий.
В ствол ближайшего к моей голове дерева вдруг ударила пуля. Я бросился на землю, больно ударив при этом раненую ногу, и замер. Стажеры и Григорий немедленно последовали моему примеру, а Паша лишь присел, высматривая среди берез какое-нибудь движение. Его спецназовцы разделились на две группы еще до того момента, когда начали сооружать плоты, и те, кто связывал бревна, продолжили работу как ни в чем не бывало, а спрятавшиеся дозорные тут же определили, откуда был сделан выстрел, и включили тепловые прицелы специальных винтовок. «Кукушке» не повезло. Его не скрывала листва, да и лес был редким. Стоило горе-снайперу сместиться из своего укрытия чуть в сторону, как ему тут же досталось сразу из двух стволов.
Других свидетельств присутствия поблизости того или другого противника наши наблюдатели не обнаружили.
– По методам борьбы с партизанами мои парни просто профессора и доценты, – сказал Паша. – Но «котелки» свои пригибайте все-таки пониже…
Я задумчиво взглянул на лежащий перед носом фрагмент чьей-то отрубленной конечности и, невольно задержав дыхание, встал. Кузьменко повезло меньше, чем мне, – он упал в обширную лужу крови, и теперь его рвало. Ира, мужественно сдерживая аналогичные позывы, поднялась на ноги и небрежно стряхнула с куртки несколько прилипших листьев. Но все же хладнокровие ей сохранить не удалось. Вставая, девушка оперлась о березу и запачкала ладонь. Теперь она тщательно вытирала уже очищенную руку о ствол другого, относительно не тронутого следами резни дерева.
– Не понимаю, – прополоскав рот водой из фляжки, сказал Алексей, – зачем резать врагов на куски?
– Для устрашения, – ответил Григорий.
– Только время тратят, – спокойно произнес Паша.
– Ты бы видел, какие у них тесаки… – Агент поежился. – Один взмах – и башка с плеч. Тут больше секунды не требуется.
Я обвел взглядом притихшую компанию и незаметно для других указал Паше на Иру и Алексея. Он в ответ кивнул и, откашлявшись, сказал:
– Дальше придется периодически падать на землю и вообще – воевать на пределе возможностей, так что, ребята, поймите меня правильно…
Ира удрученно вздохнула и развела руками. Кузьменко хотел что-то возразить, но взглянул на меня и почему-то передумал…
26
Проследив, как «обоз» переправился на противоположный берег и скрылся в перелеске, за которым располагалась заветная избушка, мы вышли на едва заметную тропу и двинулись на восток. По утверждению Григория, база группировки и штаб седьмого разведуправления находились в том самом фальшивом городе, на окраине которого я встречался с собственным двойником во время предыдущего посещения этой гостеприимной планеты.
– Послушай, подполковник, – обратился я к пленнику. – Я не понимаю, как вам удается контролировать переходный канал, если «точка» смещается соответственно вращению планеты. Ведь ты утверждал, что зона ограничена площадью в сотню квадратных километров.
– В том-то и фокус, что за все светлое время суток непосредственно «точка» пробегает лишь несколько километров с востока на запад. Появляется с восходом Солнца у одной границы зоны и к вечеру успевает добраться до другой, словно приклеен переходный канал к нашему участку местности. Некоторые говорят, что под землей залегает какой-то особый минерал, а другие про магнитную аномалию твердят. Но то, что дольше всего, примерно с полудня и до раннего вечера, центр феномена стоит над Матрениной избушкой – доказанный факт, – ответил Григорий. – Так что часов через пять, как начнет смеркаться, переход исчезнет вовсе, а появится вновь лишь утром и снова над Севостьяновкой, если говорить о той части канала, что касается Земли…
– Занятно. – Я почесал кончик носа. – А оружие у вас обычно какого калибра делают?
– Ну ты и «почемучка»! – Агент поморщился. – Восемь и три десятых, десять и тридцать четыре сотых, специальное – пять и девять десятых, но это если все в миллиметрах обозначать, у нас меры длины немного другие…
Я отметил про себя вторую из названных шпионом величин и на некоторое время погрузился в размышления. Большая часть моих выводов получала подтверждение, но главного я понять не мог. Кто же все-таки подбрасывал улики, помогая нам пробиться к истине, если немезидские разведчики вели не столь замысловатую игру, как я предположил перед отправкой нашего отряда в этот опасный рейд? «Дикие»? Судя по их странному поведению – не они. Тогда кто?
– Город, – вытягивая вперед руку, объявил Григорий. – Видишь?
Я с удивлением взглянул в ту сторону, куда показал шпион, но ничего не обнаружил. Только пока не покрытое зеленью поле и редкие деревья. В нашем, земном, варианте мы находились бы от Севостьяновки километрах в десяти, то есть до окраины города оставалось еще около сотни.
– Что ты несешь? – грубовато спросил я. – Мы же в глуши…
– Мы в лесопарковой зоне, – возразил Григорий. – Я же тебе говорил, что «дикие» живут в метро. Откуда подземка в деревне? Не понимаешь?
– Нет, – честно признался я.
– Вся эта чертова переходная зона умещается в границах любимого нашими горожанами парка на западной окраине мегаполиса. Так уж случилось, что наш городишко раз в десять побольше вашего будет…
– А как же равновесие? – прищурясь, спросил я.
– Ну как, как, – шпион пожал плечами, – не знаю я. Видимо – никак… Сам же видишь… Граждане уже шестьдесят лет не могут простить военным, что те оккупировали такой обширный участок, когда город задыхается от нехватки жизненного пространства. Но против охранных систем никто ничего поделать не может, хотя «дикие», например, постоянно пытаются