Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Лукка, проходя мимо брата, склонился к его уху и быстро прошептал:

— Через четверть часа жду тебя в саду у фонтана.

Джулиано коротко кивнул и продолжил смотреть постановку.

— О, что за схватки я терплю сейчас! Какие рези! Как на дыбе рвут меня! Сойди ко мне, жена моя прекрасная! Сойди скорей и ложе раздели со мной! — несчастный муж с огромным накладным фаллосом упал на колени под стенами Акрополя.

— Зачем зовёшь меня, коль променял давно на меч тепло любви и рук моих объятия? — гордо ответила «женщина» с выставленной напоказ накладной левой грудью, выглядывая через бойницу крепостной стены.

— Меня не жаль, так пожалей ребёночка! — трагически воскликнул актёр. — Он без пригляда женского — шестой уж день не мытый и не кормленный! Зови, сыночек, мать свою безумную!

Тот же актёр, мгновенно сменив голос на детский писк:

— Ай, мама, мама, к нам спустись скорей!

— Уже бегу! — «женщина» торопливо сбежала вниз по ступеням приставной лестницы. — Вот сердце материнское!

Обрадованный муж мгновенно заключил её в объятья и покрыл горячими поцелуями мягкие белые плечи.

— Не уступлю, покуда не помиритесь с троянцами и войн не прекратите вы, — «женщина» плотно скрестила руки под пышной бутафорской грудью, обтянутой мягкими складками белой туники.

— Ну, коли так, то, может, и помиримся, — отвечает ей актёр, жадно косясь на приподнятые прелести жены, — а ты пока приляг со мною, милая.

«Женщина» измерила его возмущённым взором и упёрла руки в бока:

— Вот рассмешил, а как же наш ребёночек? Неужто юный взор смущать пристало нам своею похотливою забавою?

— Он убежал уже. Сверкают пяточки, — актёр отвернулся в сторону и помахал кому-то невидимому рукой. — Приляг же поскорей со мной, прелестница.

— На что же нам прилечь? Ведь нет простынки тут!

— Я на земле готов, иди ж ко мне, любимая!

— Нет, погоди, схожу я за простынкою, — «актриса» быстро умчалась в крепость.

— Ай-ай, как сладко! Возвращайся же!

— Ну вот, простынка есть. Нужна подушечка! — «женщина» кинула к ногам разочарованного мужа мятый свёрток и снова убежала.

— Оставь уже все тряпки и приди ко мне! — кричит он ей вслед, потрясая накладным фаллосом.

— Уже лечу, бегу к тебе, любимый мой, — вернувшаяся «актриса» присела и начала устраивать на полу любовное гнёздышко. — Ложись сюда, теперь привстань, мой миленький.

— Уже привстало всё!

Джулиано с сожалением поднялся из-за стола и вышел в сад. Он никогда не бывал в Папском дворце и даже не представлял, где среди высоких кустов аккуратно подстриженного самшита может находиться фонтан. Вечерние сумерки быстро опускались на ухоженный дворцовый парк. Масляные фонари на дорожках уже зажглись, и под молодыми пиниями лежали густые колючие тени.

Из-за зелёной стены раздался лёгкий женский смешок. Джулиано поспешил на звук, чтобы разузнать дорогу.

Продравшись напрямую через кусты, юноша вывалился к туфовой беседке, чью ажурную крышу поддерживали выщербленные временем мраморные кариатиды. В ротонде находилось несколько щегольски разодетых мужчин с клинками у бёдер и парочка улыбающихся кокеток, а также маленький раб-асиман, прислуживающий собравшимся за накрытым столиком.

От неожиданности слуга пискнул, попятился и уронил поднос. Все гости мгновенно развернулись на шум.

— Добрый вечер, сеньоры. Не будете ли вы так любезны указать, в какой стороне находится фонтан? — сдержанно поинтересовался Джулиано, уже понимая, что зашёл неудачно.

— А я-то думаю, отчего так навозом потянуло? — воскликнул Валентино Томассо ди Лацио, прикладывая вышитый батистовый платочек к тонкому носу.

— Зачем вам фонтан, желаете помыться? — спросил второй щёголь, оказавшийся Джованни Боргезе.

Собравшиеся засмеялись. Джулиано оскалился и сделал быстрый шаг веред, кладя правую руку на эфес меча.

— Не надо, сеньоры, прошу. Не портите праздник Селестии. Папа вам этого не простит! — женщина в тёмно-голубом платье мгновенно поднялась со скамьи и решительно встала между грубиянами и де Грассо. В её изящной фигурке и чарующем бархатном голосе Джулиано с восторгом узнал прекрасную Кармину.

— Только потому, что недавно вы спасли мне жизнь, сегодня я прощу этих наглецов, — гордо заявил Джулиано, убирая ладонь с эфеса.

— Спасла вам жизнь… — повторила Кармина. Мимолётная тень удивления скользнула по лицу молодой кокетки, тут же сменившись холодным королевским достоинством. — Ах, ну да, конечно.

— О чём бредит этот грязный босяк, сестра? — насмешливо поинтересовался Валентино, небрежно отряхивая синий рукав своего дублета.

— Моя благодарность поистине велика, сеньора, — пробормотал Джулиано, медленно подступая к беседке, — но если ваш брат скажет ещё хоть слово… Я за себя не ручаюсь!

Кармина легко и грациозно подошла к краю ротонды, чуть перегнулась через балюстраду, одновременно изящным жестом поправляя причёску.

— Уходите немедленно! — негромко, но настойчиво произнесла герцогиня. — Валентино пьян и несёт чудовищные глупости, о которых завтра пожалеет.

— Ваше слово для меня закон, сеньора! — Джулиано коротко кивнул и, с трудом повернувшись спиной к молодой женщине, зашагал прочь.

— Узнаю эту дурацкую улыбочку на твоём лице — опять красотка дорогу перешла? — ехидно заметил Лукка, поднимаясь с края мраморного фонтана навстречу Джулиано. — Права бабуля — пора тебя женить, пока не натворил глупостей.

Брат уже где-то успел сменить парадное церковное облачение на удобный серый дублет и неприметные бриджи.

— Сам разберусь! — юноша мгновенно ощерился, перестав улыбаться.

— Идём, время поджимает. Нам надо всё успеть до смены караула в старом замке, — викарий бросил в брата холщовый мешок, лязгнувший металлом, и поманил за собой.

К удивлению Джулиано, Лукка повёл его не через ворота, выходящие на улицу, а куда-то в недостроенный флигель левого крыла. Оглядевшись по сторонам, брат снял с шеи серебряную цепочку с неприметным ключом и отпер свежеструганную сосновую дверь. Пока Джулиано осматривался, Лукка забрал из мешка потайной фонарь и огниво. Трепещущее пламя восковой свечи вскоре озарило голые сводчатые стены, пустые оконные проёмы и каменные перекрытия новенького флигеля.

— Чего мы тут забыли? — удивился младший де Грассо.

— Хочу проверить одну старую легенду об императоре Адриане, — Лукка прикрыл фонарь заслонкой, оставив лишь узкую щёлочку света, едва прорезавшую тьму, и направился вглубь анфилады полых комнат.

— Папа хранит здесь свой архив? — полюбопытствовал Джулиано, высоко задрав кучерявую голову.

— Хив-ив, — повторило за ним слабое эхо.

— Лучше, — викарий лукаво потёр ямочку на подбородке, — здесь начинается подземный ход в старый Папский замок. Он вырыт под ложем Тибра и выведет нас прямиком к библиотечной башне, в которой почивают мощи покойного императора.

— Я бы предпочёл обойти эту дыру поверху, — неуверенно пробормотал Джулиано, оглядывая широкую лестницу из желтоватого туфа, уходящую