Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)

Очередной удар швырнул Астартес через всю комнату. Космодесантник врезался в толстое армированное стекло окна. От силы столкновения по нему побежали трещины. Противник Астартес выпрямился, и от стен отразился его издевательский смех.

— Братец-десантник! — проклекотал жуткий голос. — Твой наряд не подходит для вечеринки! Где же твой голубой костюмчик, Темный Охотник? Неужели ты не видишь, что ошибся адресом? Этот мир теперь наш!

Говоривший был облачен в силовую броню, похожую на ту, что носил Астартес, но цвета выбеленной временем кости, а поверх пластин выступала эбеновая инкрустация — черный скелет. На голове его был шлем, увенчанный двумя гигантскими рогами. Из глазниц шлема сочился тошнотворный зеленый свет. На нагруднике чудовищного воина красовалась многолучевая звезда Хаоса, а в руке он сжимал мономолекулярный клинок, обагренный кровью.

— Сколько вас здесь осталось, еретик? — выплюнул Астартес. — Мои братья сотрут вас с лица этого мира, как человек стирает дерьмо с подошвы ботинка.

— Продолжай похваляться, калека, — рявкнул воин Хаоса.

Вытащив из кобуры болтер, он прицелился в голову Астартес.

В ту же секунду отец и сын вскинули лазганы и открыли огонь. Мужчина промахнулся, но выстрел мальчишки угодил в бок космодесантнику Хаоса, чуть ниже подмышки. Жуткая тварь взвыла от боли и ярости и выронила клинок. Болтер развернулся в их сторону.

— Что это такое, брат, — твои ручные зверьки? Им надо преподать урок.

Он нажал на спуск. Пистолет дернулся от отдачи, и удар тяжелого снаряда швырнул фермера на стену. Из его развороченной груди хлынула кровь. Воитель Хаоса шагнул вперед, продолжая стрелять. В стене появилась цепочка пробоин — Каратель пытался достать мальчика, который выронил лазган и на четвереньках заполз за стенд с консолями. Опустевший магазин сухо щелкнул. Воин отбросил пустую обойму и потянулся за следующей на поясе.

— Этот мир кишит паразитами. Следует истребить их — до последнего вонючего пискуна.

— Согласен, — сказал Астартес.

Воин Хаоса крутанулся на месте, и сила удара заставила его пошатнуться. Он грохнулся на спину. Пистолет выпал из рук космодесантника Хаоса, а ладони зашарили по груди, из которой торчала рукоять его собственного ножа. Клинок пробил нагрудник и продолжал тонко, чуть слышно гудеть, вибрируя глубоко в грудной полости.

Астартес с разбитым, покрытым кровью лицом упал на колени рядом с поверженным врагом.

— У каждого из нас по два сердца, у тебя и у меня, — сказал он. — Такими мы были созданы. Нас сотворили во благо человечеству, чтобы принести в эту галактику мир и порядок.

Отбросив руки противника, он взялся за черенок ножа и вытащил лезвие наружу. Из раны брызнула тонкая струя крови, и воин Хаоса замычал от боли.

— Посмотрим, сумею ли я найти твое второе сердце, — сказал Астартес и вновь погрузил клинок в грудь врага.

Парнишка выполз из укрытия и присел перед изувеченными останками своего отца. Расширившиеся глаза мальчика бессмысленно смотрели с грязного, заляпанного кровью лица. Он прикрыл отцу веки и сжал зубы, пытаясь подавить всхлип. Затем паренек встал и подобрал лазган.

Астартес лежал у стены в луже собственной крови. Рядом с ним распростерся мертвый противник. Тело космодесантника стало прозрачно-бледным, а кровь текла из ран ленивыми струйками. Единственным глазом он взглянул на мальчика. Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

— Помоги мне подняться, — в конце концов сказал Астартес.

Мальчишка протиснулся за спину космодесантника и, поднажав, усадил его.

— Твой отец… — начал Астартес, но в этот момент снизу раздался глухой взрыв.

— Граната, — тупо сказал мальчик. — Они на лестнице.

— Брось туда еще одну и запри дверь, — велел Астартес. — Когда закончишь, подай мне болтерный пистолет.

— А в чем смысл? — угрюмо спросил паренек.

Глаза его были красными и налились кровью. Он казался миниатюрным старичком, ссохшимся и покорным судьбе.

— Делай то, что я говорю, — сердито бросил Астартес и наградил мальчишку яростным взглядом. — Пока мы живы, еще ничего не кончилось. Ни для нас, ни для твоего мира. А теперь бросай гранату!

Мальчик выглянул за дверь.

— Кто-то поднимается по лестнице, — сообщил он.

Голос его теперь звучал спокойнее. Нажав красную кнопку, он швырнул гранату вниз. Та, зазвенев, запрыгала по ступенькам. Мальчик захлопнул тяжелую металлическую дверь и задвинул засов. Раздался еще один взрыв, на этот раз ближе. Снизу послышались крики, пол затрясся. Мальчик протянул Астартес болтерный пистолет. Гигант сорвал патронташ с мертвого десантника Хаоса, вставил новую обойму и передернул затвор.

— Я нашел коммуникаторы, — крикнул парнишка с другого конца комнаты.

Он дернул вверх и вниз несколько переключателей.

— По крайней мере, я так думаю — это похоже на комм, но не работает. Нет электричества.

Астартес на четвереньках подполз к мальчику. Изо рта, носа и ушей космодесантника текла кровь, а голос звучал так, словно доносился из-под воды.

— Да, это комм. Старая модель. Но без электричества все равно не работает. — Воин глубоко вздохнул. — Что ж, тогда это все.

Мальчишка, нахмурившись, пристально разглядывал мертвые лампочки консоли. Он даже не вздрогнул, когда в дверь диспетчерской замолотили, а за стальной створкой раздались неразборчивые вопли и рычание, словно там бесновалась звериная стая.

— Электричество, — пробормотал паренек. — Но у меня… у меня есть электричество. — Его лицо оживилось. — Мой фонарик!

Мальчик вытащил фонарик из сумки со всякой всячиной у него на поясе.

— Я могу подсоединить его… подключить и заставить эту штуку работать!

Астартес подтянулся и сел в скрипнувшее кресло перед консолью.

— Неплохая идея, но ты никогда не выдавишь достаточно мощности из своей ручной динамо-машины.

— Должно быть что-то!

Они уставились на ряд потухших ламп и неработающих переключателей. Коммуникатор был старой рухлядью — такие использовали лишь на самых отдаленных пограничных мирах. Уцелевший глаз Астартес сощурился.

— Подключи свой фонарик и начни заводить.

— Но…

— Просто сделай это!

Астартес дернул на себя деревянный ящик, размещавшийся под консолью. В это время на дверь за их спинами обрушивался удар за ударом. Железный засов прогнулся. С лестничной площадки донесся хор смешков и взрыкиваний — какофония, словно вырвавшаяся из горячечного кошмара.