Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Он не говорил, кто он? — заинтригованно спросил Узээриш.

— Он называл себя Господином. Я часто слышала, как в Хоёторе обращаются так к высшим силам. Если честно, я думаю, что там, за плитой, дух.

— С чего такая уверенность?

— Когда у меня были душевные проблемы, я была убеждена, что во мне сидит кто-то помимо меня, и господин Руахаш давал мне много книг про духов, чтобы я, прочитав, убедилась, что со мной всё в порядке.

— Специалистов по духам довольно мало…

— Ну я не специалист, — смутилась женщина. — На заставе у меня уже не было возможности продолжить изучение. Голос жаловался, что он заперт в своём мире, и страстно желал вернуться в мир смертных. Так и говорил, мир смертных. Из чего я заключила, что он сам может быть бессмертным. Речь его была бессвязна, он скакал с темы на тему, то угрожал, то упрашивал, то рассказывал о каких-то давних событиях… Откровенно говоря, очень походил на сумасшедшего. Безумного. Он часто упоминал Древние войны и ненавидел богов. Поэтому и решила, что сам он не бог. Я поняла, что он не может выбраться в мир смертных, потому что его личная дверь в Арван-Ё больше не открывается из-за того, что Хоётор утерял город.

— Разве духам нужны двери? — удивился Риш.

— Я читала, что не нужны, — повела плечами Лирка, — но, может, он наказан или ещё какие-то причины. Мы, собственно, мало знаем о духах и их возможностях.

— Что ещё он говорил?

— Говорил, что Хоётор отдан им, они его Господа, и каждая его часть неотделима. Уверен, что Салея украла Арван-Ё и земли, что лежат к югу от него, — Лирка лихорадочно соображала, что ещё полезного можно рассказать и не вызвать подозрений больше тех, что уже вызвала. — Мне он показался безумным. И жрецы во время ритуала тоже вели себя как безумные. Третий раз пошла в Арван-Ё из-за девочки, которую принесла из Хоётора. Хотела понять, может ли она быть проклятым ребёнком, но хозяин храма не отвечает на вопросы, они его безумно злят и… с ним очень сложно находиться рядом. Поэтому я быстро ушла.

— С духами я ещё не боролся… — озадаченно протянул хайнес.

— Но вы же участвовали в битве за Арван-Ё. Значит, боролись.

— Больше ничего не хочешь сказать? — Узээриш пристально посмотрел на магичку. Чувствовал, что та не всё рассказала, но женщина с самым несчастным и виноватым видом смотрела на него и внешне уличить её во лжи не получалось.

— Да вроде нечего больше… — неуверенно протянула Лирка. — То, что видели в самом Хоёторе, должно быть отражено в отчётах. А за его пределами я только по Арван-Ё и могу рассказать.

— Понимаешь, что скорее всего именно этот дух пытался сегодня проникнуть в твою голову?

Женщин кивнула.

— И что мне с тобой делать? — Риш глухо застонал и мрачно уставился на стену. — Наверняка же что-то ещё утаила!

— Н-нет. Но если что-то вспомню, обязательно расскажу.

Иррес сожрёт её уже за ту малость, что она поведала. Хайнес наверняка теперь будет следить за ней бдительнее прежнего.

— Отчаянная ты девушка, — протянул Узээриш. — Во время мятежа влезла в самый эпицентр вслед за Майяри, хотя могла остаться среди других пленных учеников. Потом связалась с опальным наследником семьи Шиндый. Беременная укатила в приграничные с Хоётором земли, поступила на военную службу. Шлялась по самым опасным местам, совала нос куда не надо. Устраиваешь слежку за теми, кто следит за тобой, а потом влезаешь в чужие дома… И да, дружишь с Майяри!

— А с Майяри-то что не так?

— А что с ней так? — изумлённо округлил глаза Сильнейший. — Твою двинутую подругу уже пол-Салеи знает. И слышала бы ты, что о ней говорят. Хотя остальные твои друзья не лучше. Прав Саврий, все вы одного поля ягоды.

— Ну вы точно всех нас переплюнули, — сказала и пожалела, что язык не прикусила.

Но хайнес только насмешливо вскинул брови.

— Тебе идёт быть смелой.

Язвительный комплимент заставил Лирку смутиться до горящих щёк, и она, плюхнувшись на подушку, натянула одеяло до подбородка, закрываясь от светящегося взгляда мужчины.

— Думаю, нам стоит поспать, — прошептала женщина. — Если что-то вспомню, обязательно расскажу.

— Эх, — Риш тоже улёгся. — Лучше бы рассказала то, что утаила.

— Вы опять меня в чём-то подозреваете, — Лирка устало вздохнула.

— Я неправильно делаю? Припомни-ка, сколько раз ты уже говорила, что рассказать больше нечего? Кто утаил, что вместе с печатью вынес ребёнка из Хоётора? Нет тебе веры!

Послышалось раздосадованное сопение, но защищаться и оправдываться женщина не стала. Заворочалась с боку на бок, легла на спину, тихо выдохнула и сверкнула глазами на лежащего рядом хайнеса.

— Я… это… кхм-м-м… иногда во сне разговариваю, — призналась Лирка. — Заранее извините, если побеспокою.

— Тайны разбалтываешь? — осклабился Риш.

— Не знаю. Знаю только, что иногда говорю.

А иногда говорит невовремя вылезший Иррес. Ёрих до сих пор припоминал случай, когда он на привале пришёл будить Лирку, а та его отправила в дальний путь за извращёнными удовольствиями.

Риш ждал, что встревоженная его присутствием женщина будет ворочаться до самого утра, но уже через пару минут она затихла, а дыхание её выровнялось. Риш даже приподнялся, чтобы посмотреть, и с удивлением убедился, что та безмятежно спит, раскинув руки и выпростав из-под одеяла правую ногу. Чёрные кудри падали на закрытые веки, губы были приоткрыты, а ветвистый шрам в темноте казался страшнее чем на самом деле. Захотелось подгрести её под бок как тряпичного медвежонка, но Узээриш опять устроился на подушке и закрыл глаза. Он продолжал прислушиваться к тихому дыханию, вяло надеясь, что дух или кто он там всё же явится и устроит весёлую ночь, но уже чувствовал, что ничего, кроме сна, ему не светит. Широко зевнув, Риш ещё раз посмотрел на Лирку и задержал на ней взгляд.

Сперва он даже не понял, что привлекло его внимание. Над лицом Лирки