"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
– А зона аномалии – обитель бессмертия после смерти, – задумчиво произнес правитель. – Вы сами все это раскопали?
– Я сопоставил факты и подтвердил свои умозаключения, просканировав сознание ряда бунтовщиков во время рейда на Марс, – ответил Попов. – Вопрос с олимпийцами и их «гекатонхейрами» лично для меня теперь предельно ясен. Какие-то весьма образованные потомки проигравших в войне Семнадцати Спутников земных коллаборационистов пытаются отомстить за поражение предков и свергнуть Диктатуру титанов. Имея такое солидное преимущество в научно-техническом обеспечении, они вправе надеяться на успех начатой кампании. Их координационный центр, видимо, Для большей патетики, расположился внутри марсианского Олимпа. Предводитель, Зевс, скорее всего, титан, иначе ему не удалось бы заполучить в свое распоряжение приличную команду ученых. Остается понять, какая связь существует между ними и некой третьей силой, которая очень внимательно следит за развитием конфликта.
– Той силой, что захватила «Разрушитель» и обстреляла нашу флотилию? – предположил Диктатор.
– А также постоянно вмешивается в развитие событий и подстегивает нас к эскалации военных действий, – подтвердил сыщик. – Неизвестные враги делают это очень грамотно и незаметно. Я склонен предположить, что за их плечами имеется немалый профессиональный опыт.
– Бывшие спецагенты? – правитель скривился. – Вряд ли. Таких у нас просто нет. Секретные сотрудники не покидают своих постов до последнего вздоха.
– Согласен, – Попов кивнул. – Зато есть отставные Воины.
– Они все прошли через полный «ластик», – возразил Диктатор. – А впрочем, не все…
– Громов, – согласился с невысказанными сомнениями правителя Попов. – Ведь Аврелий Маркович принадлежит даже не предыдущему поколению Воинов, а ещё более ранней генерации.
– Потому его и зовут «дедом», – подтвердил Диктатор. – Он единственный из ордена, кто помнит войну.
– Возможно, он не только помнит, но и до сих пор живет по её законам? – прозрачно намекнул сыщик.
Диктатор взглянул на Попова, как на пустое место, и пробормотал:
– Вряд ли. Ведь Аврелий слишком хорошо устроился в этой жизни, чтобы желать кардинальных перемен. Хотя Громов – это весьма изворотливый сукин сын и вполне может знать даже то, о чем не известно ни одному разумному существу во Вселенной…
– Если вы дадите разрешение…
– Нет, – перебил сыщика правитель. – Громов сразу обнаружит слежку.
– Мне вполне по силам сделать это незаметно, – настойчиво заявил Попов.
– Никакого скрытого наблюдения, – отчеканил Диктатор. – Я сам разберусь с Аврелием. Если он что-то скрывает, это будет последней ошибкой в его долгой жизни…
Аврелий Маркович Громов не доверял никому. Это была именно та причина, по которой он до сих пор не расстался с креслом главы Совета и памятью о долгих годах службы в ордене Абсолютных Воинов. Бурный поток бытия обтекал его, как мелкая речка большой валун, постепенно подтачивая железное здоровье и старя Воина, но в целом не причиняя ему заметных неудобств или неприятностей. По той же причине и жил Громов почти всегда один. Он давно привык к своему одиночеству и совершенно не помнил, как можно делить судьбу с кем бы то ни было. Очень давно, когда ему только исполнилось сто лет, Аврелий пытался создать семью, но его невеста была из промежуточного селекционного поколения, и ученые уничтожили её вместе со всеми ровесницами, как только она произвела на свет пятерых отпрысков. Детей Громов семьей не считал, поскольку все они после полного «ластика» были зачислены в Службу освоения планет под вымышленной фамилией и даже не подозревали, что в их жилах течет славная кровь самого знаменитого Воина ордена. Следующая попытка пришлась на беспокойное время войны с землянами. Аврелий уже достиг возраста «бес-в-ребро», двухсот пяти полных лет, и считал свою симпатию к юной лаборантке биоцентра вполне закономерным чувством. Этакой лебединой песней. Устоять под натиском пожилого, но неотразимого Воина Девушка, конечно, не смогла, но и на этот раз обрести семейное счастье Громову помешало происхождение возлюбленной. Когда руководством титанов было принято решение избавиться от Воинов Олимпа, а также их коварной наследственности, Аврелий был вынужден забыть о нежных чувствах и поступить так, как требовал устав ордена. Он лично уничтожил загородное отделение биоцентра, в котором работала подруга, и расстрелял весь персонал. Невеста приняла смерть спокойно, и это произвело на Громова очень сильное впечатление. Настолько сильное, что он даже немного растерялся и не стал убивать последнего из обладателей олимпийских генов. Это была минутная слабость, однако впоследствии оказалось, что именно она заложила под прочнейший фундамент положения и авторитета Воина мегатонную мину замедленного действия. Аврелий пока не имел полного представления о масштабах последствий своего малодушия, но отчетливо ощущал, что момент истины уже очень близко. Все, что происходило в последние дни на Титане, да и во всей Солнечной системе, было Воину хорошо знакомо. В свое время примерно так же начинались и война Семнадцати Спутников, и давно забытая Пятая Космическая, в которой Аврелий участвовал ещё в качестве бойца экспериментальной роты титанов. В те далекие времена физически совершенным, но неопытным олимпийцам и титанам пришлось очень долго учиться у врага, но в результате, ценой огромных потерь, они одолели мощную армию Абсолютных Воинов Земли, которые защищали обычное, не прошедшее процедуры генетического отбора, человечество. Победившие в Пятой войне Воины Олимпа навсегда стерли из памяти людей упоминания об истинных причинах войны и заново переписали историю ордена Абсолютных Воинов. С того момента, по замыслу олимпийцев, слово «Воин» становилось синонимом сверхчеловека, а не названием одной из наиболее почитаемых, но все-таки обычных древнейших профессий. Экспериментальная рота титанов за проявленную в боях доблесть была в полном составе принята в Академию и со временем разрослась сначала до полкового ордена, а затем и до