Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
— Цунаде-сама, почему мы не можем просто взять эту миссию как ирьенины? — Грустно улыбнувшись, принцесса слизней посмотрела на неё.
"Нет, я не хочу отправляться на чужую войну, да еще и с тобой. Ни за что не прощу себя, если ты умрёшь". Но сказать, насколько она дорога ей, не позволяла гордость.
— Ладно, оставим всё на завтра, призови Кацую, пусть она последит за ним. И давай уже спать. — Уставшая от всего, она завалилась на кровать прямо в одежде.
— Мне расстелить футон?
— Что такое? Уже выросла? А ведь когда-то мы спали в одной кровати.
— Я уже давно не ребёнок, Цунаде-сама.
Призвав белого слизня, женщины попросили проследить за их соседом. А сама Кацуя взяла и разделилась на много маленьких слизней, размером с маленьких гусениц, после чего поползла в соседний номер гостиницы. Ученице ничего не оставалось, как прилечь рядом на кровать, слишком настойчива была наставница. И она нехотя все же признала, что так будет безопаснее.
<tab>*<tab>*<tab>*<tab>
Размышлять о брюнетке я перестал лишь глубокой ночью, когда из туманных мечтаний она пришла ко мне во сне. Я и не заметил, как уснул. Проведя ночь с ласковой брюнеткой, мне было очень неприятно просыпаться. Её нежные руки, гладкая кожа и многое другое, все казалось мне волшебным и идеальным.
Шум с улицы выдернул меня из сновидений, и я снова оказался в жестокой реальности.
Проснувшись, осматриваю комнату, что заливалась светом из окна. Ранмару был на месте, как и прочие бытовые мелочи. Мальчик по-прежнему спал, а я от сильного недосыпа чувствовал головную боль.
Помассировав виски, создаю зеркальце. После небольших манипуляций с ледяным зеркалом я смог достать из него подходящие лекарства вместе с военной пилюлей. Еще принял на всякий случай успокоительное, может, сможет помочь.
Заинтересовавшись, чем заняты мои соседки, складываю нужные печати, используя сенсорное дзюцу.
В моём разуме четко вырисовывалась картина всего дома, а после и всего города. Сенсорные способности весьма полезны. Я уже знал, кто где находится, в каком положении, спит ли бодрствует. Я чувствовал, как трудится Шизуне, и ленится её наставница. Они уже проснулись и, скорей всего, обсуждали меня. Также я узнал и о других людях в гостинице, коих оказалось не много, и большая часть все еще спала. А вот дальше моё восприятие размывалось, я все еще мог понять, где находятся люди, но уже не так четко.
По улице, тем временем, ходили люди, спешащие на работу, разговаривая между собой на самые различные темы. Пускай я не мог услышать, о чем они разговаривали, но примерно понимал их эмоции. Мои сенсорные способности позволяли почувствовать большую часть квартала. Чакра есть у всех живых существ, в отличии от системы циркуляции. Несколько детей уже вовсю бегали по улице, играя в какую-то игру.
Но все это было мне не особо интересно. Проверив, нет других шиноби в городе, я прекратил сканировать окружение. Благо, чакра шиноби светится ярким солнышком среди огромной массы обычных людей.
Вот-вот должна прийти Шизуне.
Я достиг немало успехов в этой технике, ведь раньше мог почувствовать только относительное расположение чакры. Слышал, для некоторых эта способность вполне может заменить зрение. Если часто её использовать, то, со временем, замечаешь то, чего раньше не мог увидеть. Просто мозг и сознание привыкают, и ты получаешь всё больше и больше информации об окружающем мире. Пускай техника не идет ни в какое сравнение с Бьякуганом или глазами Ранмару...
Послышался легкий скрип двери, совсем тихонько, но я услышал, как она идет ко мне в комнату. Этого не услышал бы неподготовленный человек, да даже не всякий шиноби смог бы услышать её тихую походку. Но мой слух порой улавливал чужое сердцебиение. Хотя, все же стоит отдать ей должное, она неплохо обучена для медика, пускай я еще не видел её в бою.
Хорошо, нужные лекарства стали помогать, и я уже не трясся от одной мысли её присутствия, моя голова наполнилась нужными мыслями, а не розовыми соплями влюблённого. Остался последний поворот, нужно подать себя с лучшей стороны и не забыть о планах.
— Доброе... Утро. Цунаде-сама хочет поговорить с вами через двадцать минут. Она послала меня разбудить вас.
— Спасибо за заботу. Как только приведу себя в порядок, я загляну к ней.
После она ушла, а я действительно стал чувствовать себя получше. Хотя и задержал взгляд на её попке непозволительно долго. В мире, где люди способны чувствовать направление взгляда, это было очень по хамски. И, все же, почему она запнулась и смутилась? Неужели она тоже чувствует то же, что и я?
— Уже утро? - задал вопрос проснувшийся Ранмару.
— Да, отдыхай, сейчас придет врач и осмотрит тебя. А я пока приведу себя в порядок.
Иметь длинные волосы, может, и красиво, и брутально, но очень неудобно. Они требуют огромного ухода, и, пускай, мои очень послушные, но, всё же, каждое утро нужно начинать с прически.
Поднявшись с футона, растелянного на полу, я понял, почему Шизуне так отреагировала. Я и забыл, что он любит беспокоить меня по утрам. Быстро ретировавшись из комнаты, я приступил к поиску ванны.
Не обращая внимания на стояк, я продолжил утренние процедуры, со временем он сам успокоится, и всё будет в норме. Спустя некоторое время я закончил со всеми процедурами и оделся в привычную мне одежду, разве что маску оставил, она мне сегодня не пригодится.
Меня ждал разговор с Цунаде.
Я зашёл к ним в номер, когда они уже завтракали, к моему удивлению, Шизуне приготовила и на меня.
— Вы хотите меня отравить?
— Если бы я хотела лишить тебя жизни, ты бы не проснулся. — Ответила мне Цунаде, выпивая пиалу с саке. Последнее я легко определил по запаху. Как можно начинать утро с, по сути, водки? А саке ничем иным и не являлось - водка, но лишь сделанная на рисе.
На такой аргумент мне сказать было нечего, и я присоединился к завтраку. Пускай и было немного непривычно и даже неприятно: не люблю есть в присутствии других людей. Особенно, которые выпивают поллитра слабой водки по утрам. Чувствую себя некомфортно, и уязвимо. Хорошо, что это быстро закончилось, и мы отправились к Ранмару.
Ранмару не спал, поприветствовав ирьенинов, он задал им пару простых вопросов. А после Цунаде тут же приступила к осмотру пациента, задавая стандартные вопросы, когда больной человек оказывается перед доктором: что