Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Спасибо. Ты тоже очень миленький мальчик. — Это прозвучало весьма странно, но, учитывая её возраст, который, скорее всего, измеряется в сотнях лет, а может и в тысячах, я для неё буду мальчиком даже через сто лет. Но, тем не менее, я ни разу не пожалел, что выбрал себе такой дружелюбный и миролюбивый призыв.

Пока было время отдохнуть, я решаю поинтересоваться:

— Как обстоят дела у Шизуне?

Посмотрев на меня своими глазами-бусинками, она начала говорить немного другим тоном.

— С ней все хорошо, хотя мне не нравится её безответственность.

— Безответственность? Это не похоже на неё, более ответственного человека я ещё не видел.

— Я не нянька, я Великий Слизень из леса Шикоццу! У меня, может, есть дела и поважнее, чем няньчиться с детьми! — Последнее прозвучало настолько наигранно, что не понять смысла шутки было невозможно. Мой призыв, оказывается, еще и любит пошутить.

— Это очень не похоже на характер Шизуне... Вы, наверное, меня разыгрываете.

— Нет, я серьёзно, Шизуне после расставания с Цунаде превратилась в настоящего тирана! Использует меня как хочет, постоянно что-то требует, нет бы призвать меня и угостить свежей капустой. Или листьями редкого дерева... — Мечтательно забормотала слизень, слегка подрагивая.

— Кстати, а Цунаде... С ней всё хорошо? — Решаю поинтересоваться, вспоминая как Шизуне избегала этой темы во время нашей прошлой встречи. Сказав только, что они поссорились.

— Добрый ты мальчик, Хаку-кун. Цунаде-чан сейчас следит за своей ученицей, не зная, как подойти и извиниться. Попросила недавно последить за ней... — Изобразив вздох, грустно вымолвила слизень, переживающий за жизнь дорого ей человека.

— За мной, наверное...

— Что-то случилось? — Взволнованно поинтересовалась Кацуя, мигом сосредоточившись и взобравшись на меня.

Хм? Обращаю внимание на входную дверь и излишние шевеления в здании. До подъёма еще рано, но все уже встают с помощью нескольких дозорных. Что-то явно происходит, один из людей начал двигаться к моей комнате.

Дверь открылась, и в ней оказался знакомый мне шиноби в черных одеждах с серым бронежилетом и протектором Скрытого Тумана на лбу. Не обращая внимания на сидящего на мне слизня, он уважительно поклонился, заговорив:

— Юки-сан, у нас построение. Всех вызывают на площадь. — Поделился он со мной новостью. После чего поприветствовал и мой призыв, поскольку Кацуя также принимала участие в лечении больных.

— Ту, что вчера расширили? — Получив его подтверждение, понимаю, что началось. — Хорошо, я буду там.

Он ушел оповещать остальных, а мне же следовало собраться. Скоро случится что-то важное. Попросив Кацую вернуться домой, я отправился на увеличенную техниками дотона площадь.

*<tab>*<tab>*

Солнце освещало страну Воды, а утренний ветер гонял бесконечные туманы. На базе революционеров, несмотря на раннее утро, вовсю кипела жизнь. Сегодня утром все ниндзя были собраны для построения. Сотни шиноби выстроились в ряд на площади. Мало кто из нескольких тысяч ниндзя знал о целях собрания, но слухи среди них ходили крайне противоречивые.

Все ждали, пока появится их лидер, перешептываясь и делясь впечатлениями о целях собрания. Из ветеранов тоже никого пока что не было, поэтому рядовые шиноби могли позволить себе эти вольности.

— Как думаешь, зачем нас здесь собрали?

— Ты совсем дурак? Объявят, что в связи с готовящимся нападением мы отступаем. Такое уже было несколько раз.

— А я слышал, что в этот раз мы дадим бой.

— Молчите, скоро начнётся.

На большой постамент стали заходить ветераны Третьей Мировой Войны Шиноби и просто более опытные шиноби, которые являлись доверенными лицами их лидера. Один вышел вперед, сложил печати и ударил руками по земле, применив тем самым технику дотона, от которой большой кусок плоского камня возвысился на пару десятков метров ввысь, образовав необходимую трибуну.

Спустя мгновение на возвышении оказалась она, Теруми Мей...

— Приветствую вас, товарищи! — Усиливая свой голос чакрой так, чтобы её слышали везде в лагере, она начала говорить, делая небольшую паузу, дабы все, даже самые невнимательные генины, стоящие позади, замолчали, сосредоточившись на ней.

— Я, лично, полностью уверена, что если все выполнят свой долг, если ничто не будет забыто, и если будут приняты наилучшие меры, необходимые для нашего общего дела, мы докажем, что мы снова в состоянии защитить наш островной дом, переждать бурю войны и пережить угрозу тирании, если это необходимо, в течение многих лет, если это потребуется, даже в одиночку! Во всяком случае, именно это мы и попытаемся сделать. Таково моё решение. Такова наша общая воля. Верные дети нашей страны, Шиноби деревни, скрытой в Тумане, связанные вместе общим делом и нуждой, будут до смерти защищать родную землю, помогая друг другу, как добрые товарищи, изо всех сил. Несмотря на то, что большие территории Страны Воды и многие старые и знаменитые Ниндзя попали или могут попасть в руки Мизукаге и всего одиозного аппарата, созданного этим тираном, мы не потерпим неудачи. Мы будем сражаться до конца, мы будем сражаться в Киригакуре но Сато, мы будем сражаться на земле и в воде, мы будем защищать наши острова, чего бы это ни стоило, мы будем сражаться на пляжах, мы будем сражаться в подземельях, мы будем сражаться в полях и на улицах, мы будем сражаться на холмах; мы никогда не сдадимся, и даже если, во что я ни на минуту не верю, этот остров или большая его часть будут покорены и голодать, тогда наши идеи подхватят другие свободные ниндзя Тумана, они будут продолжать борьбу, пока новый мир со всей своей силой и мощью не выйдет на помощь и не произведет освобождение старого. Смерть тирану, смерть четвёртому Мизукаге, смерть Кровавому Туману, смерть Ягуре Каратачи!!!

— Смерть! Смерть! Смерть! — Кричали люди ей в ответ.

Подняв свою руку, она мгновенно остановила заскандировавшую толпу, продолжив свою речь.

Она продолжила говорить, возвышая боевой дух своих шиноби, демонстрируя прекрасные ораторские навыки. Краем сознания я сам стал ощущать духовный подъём и желание следовать за таким лидером. Все же она являлась крайне харизматичным человеком, ну и прекрасной актрисой. Все же я прекрасно видел и знал, как долго она с советниками готовила эту речь.

Когда она закончила и приказала офицерам донести задачи до всех, меня подозвал к себе Ао, сообщив о