"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

Юрген Юм ждал его у двери в свою мастерскую со свечой в руке.

Май решительно поднялся на второй этаж.

– Я готов, – сказал он.

Они вошли в зеркальную комнату. Май ждал, что ему подскажут, как действовать дальше, но Юм отчего-то колебался. Он поставил на клавесин подсвечник, подобрал папку со своими сочинениями и прижал ее к себе. Взгляд его поблуждал немного по доскам пола у Мая под ногами, и наконец он спросил с какой-то робкой надеждой в голосе:

– А ваша матушка... она сейчас замужем... за кем?

Май медлил с ответом. По совести бы надо было ответить правду.

– Видите ли, – произнес он, – сейчас – ни за кем. И поэтому положение ее весьма затруднительно.

Взгляд Юма вспыхнул, будто ему было семнадцать лет, а не пятьдесят.

– Ах, Боже мой! – сказал он. – Но теперь у меня есть деньги. Я с радостью помогу ей, если вы скажете мне, где она находится!

– Ее положение затруднительно не в смысле отсутствия денег, – пояснил Май и рассказал, в чем дело.

Юрген Юм прикусил губу. Повествование о скверном положении матушки его нимало не смутило, как Май на то рассчитывал. Глаза Юма по-прежнему светились.

– А как вы думаете, господин Май, – произнес он, – согласится ли она выйти за меня замуж? Я решил оставить цех. Не хочу больше... колдовства.

Юм раскрыл свою папку и подал ее в руки Маю. «Филида и Тирс» было написано на первой странице. «Опера в трех действиях и пяти картинах».

– Я написал эту вещь для нее и еще утром хотел просить вас передать, но я мог бы и сам, если вам не трудно сообщить мне, где она находится...

– Ничего трудного нет, – пожал плечами Май. – Она ждет меня в Гольдоке, в гостинице «Золотой фазан».

– Благодарю вас! Ваша матушка должна гордиться своим сыном! – воскликнул Юм, выхватил у Мая свои ноты и моментально исчез за зеркалом.

Май ошарашенно стоял на середине комнаты. Его стал разбирать смех. Вот ведь. Старый сбесится – хуже молодого. Ладно. Матушка, конечно, удивится, но, кажется, все семейные дела уладились неожиданно и сами собой. Только как отсюда выбраться без колдуна? Решиться и просто шагнуть в волшебное зеркало?

Он подошел к тому из зеркал, в котором скрылся Юм. Закрыл глаза, приготовился...

Дверь мастерской скрипнула и приоткрылась. На пороге стояла Маддалена.

– Ты даже не попрощался, – упрекнула Мая она, быстренько подбежала, обвила его шею руками и подставила губы для поцелуя.

Май первым делом поцеловал ее и только потом слегка от себя отстранил.

– Ты уходишь? – сказала она. – Я с тобой.

– А как же цех – твои мечты?

– И наплевать на них.

Май снял ее руки со своей шеи, крепко взял под руку и повел вон из мастерской, на другую сторону границы.

Внизу повернул к себе и придержал для ясности объяснения за плечи. Сказал, глядя прямо в лицо:

– Маддалена Беган из Обежа, подумай хорошенько, чего ты на самом деле хочешь? В постель? Большой чистой любви? Или все же стать Мастером цеха?

Она покраснела, смутилась и опустила голову.

– Да, – призналась она. – Я сказала сгоряча.

– Вот так-то. – Май приподнял ее личико за подбородок, наклонился и снова заглянул в глаза. – Я ухожу один, но мы с тобой обязательно встретимся. Это я тебе обещаю как предсказатель.

Два дня назад, когда на подоконник в кухне взобрался большой синеязыкий сцинк и, испугавшись, высунул язык, крик поднялся такой же. Сбежались привратник, садовник, конюх, дворовые рабочие и даже охрана от дальних ворот префектуры. А, между тем, не случилось ничего необычного. Ящерица с синим языком — не самое ужасное из обитающих за тремя морями чудищ. Неизвестно даже, кто испугался больше. Счастье сцинка, что его не обварили кипятком и не ударили молотком для отбивки мяса. Ему всего лишь досталось полотенцем, и он упал обратно в сад.

Сейчас кричали на третьем этаже. Во дворе и внизу было тихо, никто не спешил на помощь. Видимо, привыкли, что столичные барышни кричат от всего, увиденного в далекой южной провинции.

Мем отодвинул тарелку и поглядел на облупившийся потолок столовой, где сквозь побелку виднелась гипсовая сизая лепнина. Ему хотелось бы думать, что не змея приползла с крыши, не мохнатый паук притаился в наволочке, и вообще жену с двумя ее сводными сестрами он привез с собой в эти дальние края не зря. Ардан не место для северных барышень. Пусть даже в Ардане трижды спрос на столичных невест. Уж слишком здесь жизнь… разнообразна.

Крик прекратился не сразу. Сначала раздался грохот падающей лавки, потом стук каблуков на лестнице, причитания, рыдания, ахи, охи и прочие шумы, означающие, что главе семейства следует бросить все свои дела и спешить на защиту супруги и родственниц. От безобидного сцинка, например, или от безногой ящерицы, виновной лишь тем, что на горячей плоской крыше у нее гнездо. Раз Мем обедает дома, а не в губернаторской резиденции, почему бы ему не принести немного пользы семье?..

Он как раз поднимался из-за стола, когда решетчатые дверки столовой распахнулись, и на пороге сбились в кучку две служанки и две свояченицы Мема. Все были живы, целы и здоровы. Очередное заморское чудовище никому не откусило голову. Кирэс Иовис по лестнице не бежала. Она спускалась медленно и с достоинством, как полагается чистокровной таргской аристократке, хотя и выглядела бледнее, чем обычно.

— В нашем новом бельевом шкафу, — произнесла она таким голосом, будто на торжественном приеме представляла Мему одного из своих высокорожденных гордых родственников, — сидит скелет. Я хотела бы, чтоб вы, господин префект, приняли меры.

Мем вытащил из-за ворота салфетку. К тому, насколько в Ардане жизнь разнообразна, он сам еще не привык. Следовало ли сейчас позвать садовника на помощь? Или сразу ставить в известность инспекторский состав единственной на весь Ардан префектуры?.. И ведь инспектора ни одного настоящего нет. Бывшие мелкие сыщики, да уличные надзиратели, собранные под одну крышу с разных концов Арденны. Садовник с привратником и то полезнее.

* * *

По сваям путь был короче. Упасть в ядовитое болото со змеями, гнилой морской крапивой и спящим