Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Осмотриваю мягкие черты лица блондина, его усики, слегка впалые щеки, круглое лицо и круги под глазами. Прямые свидетельства истощения от пребывания моим пленником. Было ли мне его жалко? Да, немного. Но, тем не менее, его жертва была необходима мне. Как бы я к нему не относился, он все еще продолжает являться джинчуурики, носителем самой опасной силы в этом мире. Впрочем, лишние размышления об этом мне сейчас ни к чему. Пора мне встретиться с кое-какими призкарами.

Давно пора было сделать это, войти в печать и разобраться с чакрами Кушины и Минато. Но постоянно находились другие дела, и в силах своих я был не уверен. Их знания и сила мне пригодятся, а с новыми особенностями своих глаз, возможно, я смогу подчинить их, или хотя бы вызнать необходимое во время краткого разговора. Теперь всё по-другому. Занявшись приготовлениями ко входу в подсознание, создаю теневого клона, после чего мы вдвоём начинам действовать...

***

Темнота.

Под ногами чувствуется вода. Я иду в этой темноте, слыша, как она плескается с каждым моим шагом. Своими глазами я видел в этой темноте стены, трубы, что оплетали любой участок стен, повороты и огромный источник чакры, светившийся красным солнцем в далеке.

Это был он, Кьюби, и мне нужно было идти к нему сквозь этот лабиринт. Это была превосходная защита разума, вторженец мог вечно искать в лабиринте выход, теряя любое чувство времени. Но мои глаза давали мне огромное приемущество. Стоило мне тут оказаться, как я начал видеть, а с виденьем пришло и понимание, как и что здесь устроено. Печать была идеальной, тот, кто её придумал являлся гением. Изучая структуру печати изнутри, я не спешил идти к лису, тщательно осматривая каждую трубу, что соединялась с душой и очагом чакры носителя. Эта печать ставилась не только на тело, но и на саму душу в том числе. Даже после смерти она не выпустила бы Кьюби на свободу. Удивительно...

Шагая вперёд я раздумывал, что хочу получить от них и что могу дать в замен. Необходимы мне были все знания Кушины в фуиндзюцу, а предложить я мог только жизнь их сына. Но будут ли они говорить со мной? В любом случае, будущее покажет. А пока я неспешной походкой гулял в этом удивительном месте, стараясь понять как можно больше.

Шаг-хлюп, шаг-хлюп...

Это продолжалось довольно долго. Я не спешил добираться до клетки с биджу, внимательно осматривая структуру печати, в которой я и находился. Она была сильно похожа на канализацию всеми этими трубами. И, как я успел заметить, я был совершенно один в этом месте. Сам Наруто был заперт в своём подсознании, другой его части, отвечающей за сновидения. И к печати в таком состоянии у него не будет доступа. Попросту не сможет прийти через лабиринт к ней без необходимых тренировок и навыков. А осколки чакры Минато и Кушины были заперты в других местах и находились словно в спячке, или даже стазисе, ожидая чего-то. И я знал, чего...

К их глубочайшему сожалению, их планы рухнут вместе с ожиданиями увидеть повзрослевшего сына.

Шло время, а я всё ближе и ближе подходил к красному солнцу, начиная разбираться в структуре печати всё лучше и лучше. Петляя по однообразному лабиринту, изучая каждый его уголок. Время определить здесь было практически невозможно, но мои внутренние часы говорили о тридцати минутах. Именно столько прошло времени с момента, как я вошел в подсознание. Но, полагаю, в реальности прошло куда меньше времени.

Один из тунелей, коих было множество в этом лабиринте, вел прямиком к клетке. Он выделялся светом в своём конце. Пройдя по нему, я оказался напротив огромных ворот, по центру которых была бумажка, за которой скрывался спиральный замок печати. Огромные прутья клетки словно бы сдерживали саму тьму, которая лишь служила укрытием для самого страшного хвостатого зверя в этом мире.

Не много думая, решаю не будить лиса, а то еще спровоцирую раньше времени. Вместо этого я начал внимательно осматривать печать и сам замок на ней. С виду - крайне простая, но, в то же время, очень сложная структура, имеющая две сигналки, которые, как я понял, должны активировать чакру постояльцев. Относительно поняв, как работает тут все, или хотя бы часть функций печати, создаю лестницу изо льда, которая по моей воле стала появляться прямо из воды, и поднимаюсь к центру ворот. Шаг за шагом оказываюсь всё ближе и ближе к заветной бумажке.

И вот, уже стоя напротив неё, прикладываю руку к печати, не решась подавать чакру, оттягивая момент битвы и знакомства с легендарной Желтой Молнией Конохи. Но неизбежного не миновать, и подготовиться лучше, чем сейчас, я все равно не смогу. Испытывая смешанные чувства, состоящие волнения, легкого страха и небольшого азарта, беру под контроль свои эмоции. После чего решаюсь, начиная подавать чакру, одновременно срывая бумажку от ворот.

Стоило мне только сделать это, как я почувствовал мгновенную телепортацию чакры Минато в опасную близость ко мне. Только из-за того, что я отслеживал его чакру с помощью своих сенсорных способностей, успеваю среагировать.

Мгновение, и я атакую пустое место позади себя. А спустя еще одно, на этом месте сверкнула желтая вспышла, а я почувствовал, как враг телепортируется надо мной. В следующее мгновение моё тело ловит расенган Минато. Превратившись в снег, разлетаюсь на множество снежинок, после чего материализуюсь чуть в стороне от него. Созданная мною лестница была уничтожена его техникой. Мужик смотрит на меня не добрым взглядом, получив легкую царапину, на которую он даже не обратил должного внимания.

— Кто ты? — Хладнокровно спрашивает он, пытаясь найти слабые места в моей обороне. Я же расслаблено продолжал стоять, показывая, что он мне явно не соперник. Сейчас передо мной не Четвёртый Хокаге, а лишь тень его силы в виде небольшого куска чакры, сьё время на исходе и каждая секунда приближает момент его развоплощения. Мне лишь нужно потянуть время.

— Тебе разве что-то скажет моё имя? — Нагло улыбаюсь прямо в лицо. При личной встрече я понял, насколько глупо было мне бояться маленького куска чакры, чем сейчас Минато и являлся. Затягивая время, я незаметно смотрел его разум, ища нужную информацию по хирайшину, но найти никак не мог. Сейчас Минато молниеносно обдумывал сложившуюся ситуацию.

— Лучше бы