"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
— А я тут при чем? — Президент Пасюк ухмыльнулся в пшеничные усы. — Ваша «Сфера», вы и разбирайтесь.
— А кто тут президент? — Бойко подавил зевок. Вялые переговоры длились уже третий час. Пасюк определенно ждал от нового директора «делового предложения», проще говоря, «калыма», а Бойко никак не сдавался. — Если вы не вмешаетесь, население…
— Чихал я на всех, — перебил его президент. — Компании работают, деловые районы снабжаются воздухом и теплом без перебоев. А населению не привыкать. Ваш предшественник никогда не баловал граждан. Цены на коммунальные услуги выросли за последние два года на пятьдесят процентов, а качество обслуживания снизилось раза в три. Все уже смирились.
— Но раньше никто не задыхался. Не думаю, что люди обрадуются такой перспективе.
— Решайте вопрос с директором Лейбой, — упрямо сказал Пасюк. — Больше мне нечего вам сказать.
— Бывший директор «Сферы» Лейба, — подчеркнул Бойко, — больше не имеет права решать какие бы то ни было вопросы. Все, что ему осталось, — собрать личные вещи и покинуть офис фирмы. А он упорствует и даже забаррикадировался в пятом блоке. Разве это законно?
— Я не могу вмешиваться во внутренние дела частных предприятий. — Президент притворно вздохнул. — Ваши же друзья с Земли и возьмут меня за мягкое место, если такое случится.
— Но я обращаюсь к вам как раз от имени предприятия. Отправьте ОМОН в пятый блок, пусть вытурят этого Лейбу. Я даже оплачу сверхурочные. Действия бывшего директора неправомерны. По решению суда «Сфера» была выставлена на торги и куплена «Райхом». Лейба больше не директор.
— Он подал апелляцию, — возразил Пасюк. — Так что пока дело о банкротстве не закрыто. И, честно говоря, я не уверен, что «Райх» его выиграет. Несмотря на его бо-ольшие возможности. В том числе финансовые…
Президент хитро взглянул на Бойко. Тот не моргнул глазом. Взятки в его бюджете не были учтены. Вернее, кое-какой фонд существовал, но не безразмерный, да и новая негласная политика Наций требовала строго соблюдать букву закона. Конечно, за пару лет коррупцию было не изжить, но к этому следовало стремиться. Особенно представителям Группы.
Президент Тритона ничего не знал ни о Группе, ни о ее внутренних установках и по-прежнему упорно вытягивал у Бойко взятку. Будь должность этого борова чуть пониже, Павло давно бы заехал ему в сальную физиономию и заставил подписать не только распоряжение очистить пятый блок производственных помещений «Сферы» посредством введения туда ОМОНа, но и указ об объявлении этого дня ежегодным праздником. Но Пасюк являлся законно избранным президентом, и приходилось терпеливо бодаться.
— А если о подробностях конфликта раструбит пресса? Представляете, какой поднимется шум, когда инфоканалы узнают, что Лейба выплатил охране тройное жалованье, чтобы удержать главный блок стратегического предприятия? Ведь это центральные цеха климатических регуляторов, а также синтезаторов воды и воздуха для жилых районов. Общественный резонанс будет неслабый. Я уверен, что вам не избежать неудобных вопросов.
— А я обвиню во всем вас, — невозмутимо ответил президент. — Ведь на самом деле все упирается в вашу несговорчивость и… финансовую недальновидность.
Он снова хитро улыбнулся.
— «Финансовая недальновидность» — это что? Отказ во взятке должностному лицу? — Бойко все-таки начал закипать. Лет десять назад это случилось бы гораздо раньше, но со временем выдержка укрепилась. И все же не на сто процентов. Будь на месте Павла, например, Клюев или дядя Бум, у них бы хватило терпения хоть на трое суток переговоров… но эти люди занимали свои места, а на Тритон Группа отправила именно Бойко. Значит, ему следовало взять себя в руки. — Давайте говорить откровенно, господин президент. Платить вам наличными за моральную поддержку я не намерен. Если вы не хотите поступить, как того требует закон, я буду вынужден задействовать не только прессу, но и Конституционный суд, а заодно и Генеральную прокуратуру.
Президента едва не вспучило от возмущения. За попытку тронуть независимость Тритона и собственное высокое положение он был готов пустить нахального коммунальщика на кровяную колбасу.
— Попробуйте, — зло прошипел он. — Увидим, что из этого получится.
— Ничего хорошего, — почти спокойно сказал Бойко.
— Не вижу смысла продолжать нашу беседу, господин формальный директор «Сферы»! Ни я, ни милицейское начальство не станем вмешиваться в ваш сугубо внутренний конфликт. Но учтите, если нормальное снабжение жилых кварталов воздухом и теплом не возобновится к утру, я буду вынужден применить жесткие меры и данной мне народом властью…
— Реквизировать «Сферу», — закончил за него Павел. — Понимаю. Только вряд ли это у вас получится. Галактическая Корпорация «Райх», частью которой теперь является моя компания, не допустит ущемления своих интересов. Вы знакомы с президентом Ждановым? Нет? Познакомитесь. И уверяю, вам это знакомство не сулит ничего хорошего.
— Вы мне угрожаете?!
— Да. — Бойко теперь уже абсолютно спокойно взглянул на Пасюка. — Один опрометчивый приказ ваших милицейских генералов — и закрутятся такие жернова, что от вашей местечковой солидарности не останется и следа. А вас самого сотрут в мелкую пыль.
— Может, Нации еще и войска на Тритон введут по вашей просьбе? — не слишком уверенно усмехнулся президент.
— Запросто. — Бойко поднялся с кресла и невежливо потянулся. — Засиделся я у вас, господин Пасюк. А меня еще в пятом блоке ждут… журналисты. Всего хорошего.
— Будьте здоровы, если получится. — Пасюк бросил на Павла уничтожающий взгляд. — Когда людям трудно дышать, они плохо управляемы. Так что смотрите там, в пятом блоке, по сторонам. Не ровен час, током ударит или кирпич на голову упадет.
— Надену каску. — Бойко кивнул. — До встречи в суде Совета Наций, господин пока еще президент Тритона…
* * *Когда Бойко спускался в лифте и с гордо поднятой головой покидал резиденцию, ему никто не докучал. Даже никто не косился и не шептал вслед гадостей.