"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова

— Червь, — буркнул усиленный мегафоном голос. — Руки в стороны и опустись на колени или умрешь!

— Да понял я, — Леший торопливо заложил руки за голову и кое-как опустился на одно колено.

Простреленную ногу пришлось просто вытянуть. В позе танцующего казачка сталкер выглядел наверняка комично, но лично ему было не до веселья. Любая встреча с Орденом была чревата неприятностями, а уж вблизи тоннеля — подавно. Этим фанатикам ведь не объяснишь, что собрался домой. Любое телодвижение в сторону тоннелей они расценивают, как покушение на Узел — такое запредельное местечко, где якобы находится сердце всех пяти локаций и где механизмы и люди проходят своего рода перековку, превращаясь, соответственно, либо в разумные машины, либо в суперменов. Ну вроде этих вот членов… Ордена.

Лично Леший во всю эту чушь не верил, считая, что узловики про свой любимый Узел все выдумали, поскольку в основной массе просто помешанные. Поэтому он на всякий случай старался держаться подальше от бойцов Ордена Священного Узла… но недалеко от его коммерческих проектов.

«Да-да, рядовые братья, вы-то и не знаете, что идеи идеями, а кушать вашему начальству хочется сытно, спать сладко, а править властно. И для всего этого требуются деньги. Вернее, не деньги, а бешеные бабки! Те самые, которыми ворочает ваш Командор и его правая рука, казначей Ордена брат Рейнард. А кто поставляет им товар и услуги? Правильно, такие вот скользкие личности, как Леший».

Короче, ссылаясь на Рейнарда, Леший не врал. Казначей Ордена действительно вел с удачливым ходоком кое-какие дела. Другой вопрос: мог ли казначей в случае потери заменить Лешего другим поставщиком Н-капсул и прочего полезного товара? Ответ: легко. А мог ли Леший найти хотя бы еще одного такого щедрого оптового покупателя? Нет. Были щедрые, были оптовые, но чтобы и то, и другое, кроме Рейнарда — ни одного. Вот и получалось, что ради сохранения чистоты Главной Идеи Рейнард вполне мог поступиться мелкими коммерческими интересами и отдать Лешего братьям на праведный суд.

— Руки в стороны, сказано!

Этих ребят на хромой кобыле не объехать. В руках за головой можно легко спрятать активированный маркер (Леший так и сделал, только активировать маркер не успел). А потом — раз! — один прыжок назад и поминай, как звали. Но с узловиками такие финты не проходили. В коммерции никто из них, кроме Рейнарда, не рубил, зато воевать братья умели не хуже кадровых военных, волки еще те.

Леший вытянул руки в стороны.

— Брось маркер.

— Чего?! — Леший сделал вид, что не расслышал, и даже подался немного вперед.

— Сядь, как сидел! — пророкотал голос.

— Чего?! — Леший подался еще немного вперед.

Теперь он вполне сгруппировался и был готов к прыжку. На одной ноге, конечно, особо не попрыгаешь, но до входа в тоннель метра три, не больше, можно и не прыгать, а просто свалиться в уютные объятия воздушной карусели, а уж воронка сама разберется, как пассажира затягивать и где его выбрасывать.

— Будем стрелять!

— Пацаны, да мне ваш Узел в пятку не уперся! Что я в нем забыл? Я домой иду! Вот у меня и маркер московский!

Леший поднял над головой руку с маркером. На самом деле это движение помогло ему, несмотря на ранение, резко встать на ноги.

— Огонь! — оглушительно рявкнул голос в мегафоне.

На этот раз выстрелы не стучали, как молоток, а были почти неслышными, просто хлопки, которые терялись в шуме дождя. Зато эффективность этой бесшумной стрельбы была гораздо выше. Братья врезали из импульсника. Пули летели с запредельной скоростью и прошивали тело навылет, причем далеко не так, как это делали пули порохового оружия. Раневые каналы получались огромными, кровь и плоть летели ошметками в разные стороны, а все прилегающие органы попадали в зону молекулярного сотрясения и попросту лопались. А если пули попадали в конечности, то запросто могли их оторвать. Ну ногу, допустим, нет, а вот кисть руки…

Леший проследил, как легко улетают в дождливую темноту его сжимавшие маркер пальцы, а с ними имплант-сканер, как пули перерубают пополам и без того простреленную ногу и как делают три дырки в животе. Вот забавно, одна дыра теперь зияла точно на месте пупка, другая там, где пять лет назад Лешего зацепило осколком гранаты, а третья вынесла половину печени, а заодно и метаболический имплант. Еще две пули вышибли из легких весь воздух, а последняя ударила вскользь по темени и опрокинула, наконец, Лешего на землю.

Сталкер сам не знал, что на него нашло. Казалось бы: убили, смирись и умирай! Но, уже падая, Леший все равно установил связь с основным имплантом и приказал ему выжать из уцелевшего сервоусилителя все, что в нем осталось.

Осталось мало. На один слабый толчок. Но именно это и требовалось упрямому сталкеру. Конвульсивное движение уцелевшей ноги придало изрешеченному телу Лешего ускорение, и вместо того, чтобы упасть на землю перед входом в тоннель, сталкер пролетел чуть дальше и рухнул прямиком в воронку перехода между локациями.

Без маркера, умирая, но он все-таки ушел от этих извергов, работорговцев и палачей, втихушку считающих себя не какими-то там членами (тьфу!), а настоящими рыцарями Ордена Священного Узла.

«Мать его…».

Сознание мерцало, как тот типчик с горящими глазами, тело вообще не ощущалось, а вся прошедшая жизнь… нет, не промелькнула перед мысленным взором. Стала казаться какой-то далекой и чужой.

Леший летел куда-то в светлую (или темную, без разницы) даль, где были совсем другие правила игры. Где можно не напрягаться в попытках выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле. Где можно, наконец-то, никому не завидовать и не подражать — некому. Где можно оставаться самим собой во всем: в делах, словах, намерениях. Это ведь так легко, когда тебя не существует. А главное, откуда не было возврата.

Аминь.