Фантастика 2026-153 - Павел Смолин
— Я умею держать мысли при себе, — не согласилась Лирка. — Если вы не проболтаетесь…
— А почему я должен молчать? — ноздри Риша негодующе дрогнули. — Мы не совершили ничего плохого.
— Но и хвастаться этим не стоит, — прошипела Лирка, опасливо косясь на хвост Ирреса. — Что такого произошло? — щёки предательски погорячели. — Как будто что-то значимое. Мы были расстроены и… — она старательно вспоминала оправдания Ёриха после его очередного загула. — И как будто у вас было мало подобных ночей? Ну сорвались. Не первый же раз, — Лирка быстро посмотрела на мужчину и тут же отвела глаза.
Боги, да всё его тело сплошная улика! Это ж зачем… почему… За что она его так⁈ И как Иррес ещё не приметил эти тёмные, на сажу похожие пятна?
— Подожди, — Риш прищурился в нехорошем предчувствии, — предлагаешь не воспринимать это серьёзно?
— Да, — облегчённо выдохнула Лирка, но посмотреть в ответ не решилась.
— С ума сошла⁈ — рассердился хайнес.
— С чего бы! — огрызнулась в ответ магичка. — У вас же с другими женщинами так было? Почему у нас так не может быть?
— Ты мне сейчас ещё про карму заверни! — в сердцах выдал Риш.
— Про что? — растерялась Лирка.
— Чего вы опять начали? — башка Ирреса с чутко вздёрнутыми ушами вынырнула из травы. — Хватит на неё наседать.
— Ты бы сам голос поумерил, тыквенная башка, за калиткой только тебя и слышно, — из-за угла дома неторопливо вышла бабка Ехи. — Опять что-то не поделили? И как жить вместе собрались, если вы, Сильнейший, и ты, — она взглянула на Ирреса, — ссоритесь постоянно.
— Я тут причём? — обиделся Иррес. — Это они с Лиркой поругались. Я вообще пошёл на такие уступки, дал им волю болтать наедине сколько надо, а они пособачились.
Широкие ноздри бабки раздулись, и она цепко посмотрела на Лирку. Та побелела и испуганно затрепетала ресницами. Суровый бабкин взгляд переместился на недовольного хайнеса, и старуха задумчиво пожевала сморщенными губами.
— Иди, девка, на стол собери. Я вам потрапезничать принесла. И тебе хвостатый кое-что приволокла.
Лирка бросила на бабушку быстрый благодарный взгляд и поторопилась смыться.
— Крепись, хвыба, — хмыкнул Иррес, сообразив, что Сильнейшего ждёт серьёзный разговор.
Речь бабка сразу не завела. Молча поманила Риша за собой на дальний край двора. Опёрлась локтями на забор и уставилась на кромку леса.
— Что, поторопился, Сильнейший? — наконец спросила она.
— Меня соблазнили, — брать всю вину на себя после заявления Лирки Риш не хотел.
— А, — понимающе выдохнула бабка. — Но приветить всё равно отказывается? Ну чего зубами скрипишь? Девка молодая, в самом соку. Ну потребно её телу было. Хорошо, что тобой попользовалась, а не кем-то другим.
— Да пусть пользуется! — сердито выдохнул Риш. — Бегать от меня чего теперь?
— Ну так прошлый раз она убёгла? Убёгла. Удачно? Ещё как! Так чего бы ей и теперь не бегать, коли тогда помогло? Ты не напрягайся прежде времени. Куда ей теперь? Ханёнок у твоего семейства, а она от него никуда. Бегать будет, как тёлка на привязи: круг намотает, побрыкается, может, боднёт пару раз.
— А я, может, хочу, чтобы она бегала вокруг не потому, что сыном привязана, — мрачно ответил Риш.
— Ну так привязывай к себе. Чего ты, бабскую натуру не знаешь? Примани её тем, что самое важное для женщины. Так, чтобы она тебя сутью своей приняла. Она ж чего бегает? Она ж…
— Боится, вот и бегает, — перебил бабку Риш. — Опасность чует, вот и пытается найти место, где схорониться и без потерь переждать опасность.
— Сам всё и понимаешь, — одобрительно проворчала старуха. — Чего тогда шугаешь ещё больше?
— У меня вообще-то тоже сердце рвётся, не каменный, — с досадой отозвался Риш. — Вы бы лучше внучке своей мораль почитали, чем мне!
— А ей-то чего читать? Кажись, плохого ничего не учудила, — бабка хитро прищурилась. — Не мне, грешнице, девке выговаривать за то, что мужика ей захотелось.
— Да, на это у неё Иррес есть, — повеселел Риш.
Услышав шаги в сенях, Лирка напряглась, но хайнес прошёл мимо и даже не посмотрел на неё. Следом, шаркая и причитая о больной спине, вошла бабка и умостила костлявый зад на скамье.
— Ты б хоть поел, Сильнейший, — попеняла бабушка Ехи хайнесу, который скрылся в дальней комнате.
Жуткий хруст заставил Лирку подпрыгнуть. Иррес высунул башку из её спальни.
— Эй, хвыба, там нам дом решил сломать? Учти, при заставе я жить не буду. Там стены холодные. Эй, ты зачем?..
Риш вышел из комнаты, волоча за собой плетённый край гнезда.
— Нечего тут чужому гнезду делать, — ответил он, проходя мимо. — Своё хочу.
Лирка помнила слова Саврия о том, что хайнес лечит нервы плетением гнёзд.
Видимо, в этот раз нервы у него совсем истрепались.
Он разломал гнездо, стоящее в дальней комнате, вымел весь сор и ушёл.
Лирка сперва порадовалась. Есть время успокоиться, вновь найти утерянную невозмутимость и встретить хайнеса уже собранной и спокойной. Но уже через час начала нервничать, а ещё через полчаса пошла на улицу искать кого-нибудь из охранителей. За ней же кто-то смотрит? Но увидела Сильнейшего, топающего от ближайшей рощицы с охапкой тонких жердей. Сбросив их во дворе, мужчина вновь ушёл. Приставать с расспросами Лирка не рискнула и вообще решила пока не трогать хайнеса, а то он, кажется, разозлился после их разговора. Приготовила обед и ушла к бабушке проведать Исешку.
Брат чувствовал себя прекрасно, даже напрашивался помочь по хозяйству, но у бабки в хозяйстве был полный порядок и помощь «полудохлого лиса» ей не требовалась.
Вернувшись домой, Лирка обнаружила нетронутый обед и внушительную гору жердей и веток. Рядом с помывочной стояла лохань, в которой размокали прутья, а у крыльца в двух вёдрах лежал мох. Подготовительная работа впечатляла.
От ужина хайнес не отказался, но ел быстро, торопился, будто опаздывал. Глаза странно горели, движения были дёргаными, и Лирка чувствовала, что именно сейчас у мужчины напряжены все его птичьи инстинкты.
Поев, он сразу приступил к работе, и избёнку наполнил