"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова

— Нюра, ты знаешь, чем меня лечили у Олега-кузнеца?

— Да, барыня, — подгонять не нужно было, кухарка выбежала из комнаты.

— Фёдор! — завопила маман. Отца не было, это все знали, поэтому звучало тупо. — Целителя, срочно пошлите за целителем!

Ещё одна тупость, все знают, что магическая лихорадка не лечится магией, только препаратами, тут обычный доктор нужен, а у нас хватает деревенских, они порой получше справляются, потому что выхода нет.

Пока Светлана Юрьевна бегала по дому, рвала на себе волосы и требовала срочно найти хозяина, слуги выполняли мои приказы. Вернее, Нюра давала распоряжения, что предпринимать. Готовили какой-то отвар, кухарка же хлопотала над зельем. По-другому я не могла это назвать, глядя на её действия. Что-то налила, сыпанула, ещё добавила, закипятила, отставила, ещё сыпанула. Но когда я услышала, что она шепчет во время готовки, то изменила своё мнение — женщина молилась.

У меня слёзы выступили, когда я увидела, насколько она погрузилась в молитву, словно не замечая никого вокруг.

Заметив меня, стоявшую в дверях, улыбнулась.

— Всё будет хорошо! Всё в руках Божьих, Екатерина Фёдоровна!

Температура не спадала. Даша постоянно меняла мокрую ткань на лбу сестры и с молитвой протирала отваром её тело. Это сильно контрастировало со Светланой Юрьевной, которая продолжала сыпать проклятия и требовать мужа. Мамаша раскрывалась с самой гадкой стороны. Теперь понятно в кого Татьяна, да и негатив ко мне от остальных сестёр. Она почему-то возненавидела свою старшую дочь и продолжает нести по жизни эту ненависть.

Нюра, остудив микстуру, влила первую порцию Ирине в рот.

— Если вырвет, дай ещё, — сказала она Даше. Обеспокоенная служанка кивнула и продолжила шептать молитву.

Истерика больной сменилась лихорадочным состоянием. Щёки пылали, но отёк вокруг глаз начал спадать.

Мамаша ушла из комнаты, сославшись на то, что не может видеть, как её дочь умирает, а никто ничего не делает. Всем сразу стало легче. Без проклятий даже воздух стал чище.

Я же решила остаться, следя за больной. Честно сказать, просто боялась отпустить ситуацию. Знаю, что ничего сделать не могу, но хоть создам иллюзию, что как-то контролирую.

Фёдор Александрович пришёл к вечеру. Или Прохор не нашёл его, или сам хозяин не захотел приехать. Скорее последнее, ведь он знает, что ничего сделать не может.

— Как она? — спросил отец и устало сел на соседнее кресло.

— Пока стабильно, но температура не спадает, — мужчина кивнул.

— Если нужна будет помощь, позовёшь, — теперь я кивнула.

Посидев ещё минуту, Фёдор Александрович ушёл.

К ночи Нюра выгнала меня спать, но я взяла обещание, если что-то изменится, в любую сторону, то немедленно меня будить.

Я на удивление быстро уснула. Легла, не раздеваясь. И когда Даша меня разбудила, я сразу подскочила.

Служанка была очень обеспокоена, и я, не спрашивая ничего, обулась и побежала в комнату больной.

У Иры были галлюцинации. Она металась по кровати и молотила руками, словно отбиваясь от кого-то, тратя остаток сил. Неразборчивое мычание не давало понимания, что она видит, а спрашивать не было смысла. Да и не поможет это ситуации.

Пришли и родители, что ещё сильнее усугубило атмосферу. Светлана Юрьевна сразу начала истерить, но хоть проклятий в мою сторону уже не сыпала. Отец же смотрел на дочь с бледным спокойствием. Перевёл взгляд на меня. Не знаю, что он хотел увидеть в моих глазах, но я внезапно поняла, что могу помочь, по крайней мере, попытаться.

Саму лихорадку я не могу остановить, даже будучи целителям, это формируется магическая сеть. Но вряд ли кто-то пытался воздействовать на инициированного магией Разума. Хотя, может, и была практика, и, возможно, в верхах действует, только она бесполезна для широких кругов, поэтому и молчат.

Что я могу сделать? Нужно успокоить, чтобы больная не тратила силы. Судя по реакции, Ира видит что-то страшное, боюсь, и сердце работает на пределе.

Подождав, когда Фёдор Александрович уведёт ревущую жену, я стала обдумывать, с чего начать.

За руки невозможно было держать, также обстояло дело и с головой, девушка продолжала метаться. В относительном спокойствии были ноги. Но как только я взялась за стопу, Ирина истошно завопила и, выдернув ногу, стала порываться встать.

Все присутствующие сильно испугались, сестра уже буквально хрипела, продолжая отбиваться от невидимого врага.

У меня сердце разрывалось, пришло понимание, что Ира не выживет, губы были синюшные, глаза впали, а цветом кожи сливалась с простынями.

Я сама была на грани истерики, слёзы уже у всех присутствующих лились. Но я не должна сдаваться — я маг Разума! Выставила руки в её сторону, мысленно попросила Божьей помощи, ведь я не собираюсь манипулировать, я должна успокоить во благо.

Представила нужный цвет, фиолетовый, в надежде, что это поможет. Прикрыла глаза. Хрипы больной не давали сосредоточиться, захотелось её изолировать, окутать, спеленать… обнять, прижать к груди как младенчика.

Я буквально ощутила прикосновение, погладила девочку по голове, медленно, чтобы глубоко проникали странные разряды энергии из моих пальцев. Удивляться я не могла, потому что была само спокойствие.

— Спокойно, расслабься, — шептала я в абсолютной тишине.

Неожиданно контакт прервался, создалось ощущение, что объект воздействия растаял. Я вздрогнула и резко открыла глаза.

Ира лежала неподвижно, глаза закрыты. Я сразу метнулась проверять пульс, запоздало заметив, как она довольно часто дышит. Больная была без сознания, но хотелось верить, что просто спит.

А ещё хотелось верить, что мы преодолели критическую точку. Решила пока не звать родителей.

— Молчите о том, что видели, — перевела взгляд между служанками.

— Вы маг Разума? — спросила Нюра, а Даша аж рот ладонями прикрыла.

— Вы ничего не видели, поняли? Ира просто успокоилась, —