Александр Плетнёв - Последний довод павших, или Лепестки жёлтой хризантемы на воде

Ситуацию хоть и удалось выправить, но не без скандала.

— Удалось ли обнаружить какие-либо факты причастности вашего «Сияния» к произошедшему с нами? — Вырвал его из задумчивости Ямамото. В том, как он произнёс «вашего» и «Сияния» сквозил сарказм — адмирал не очень одобрительно отнёсся к броскому названию организации.

— Никаких тайных знаков, — отрицательно мотнул головой Генда, и поведя взглядом по помещению, без энтузиазма добавил, — здесь вообще довольно безлико. Не по-настоящему.

— А снаружи?

— Естественно никакой открытой информации. Всё что мы можем — наблюдать ….

— Люди? — Нетерпеливо оборвал его адмирал.

— Все кто занимал официальные посты — давно в отставке. Но не это меня интересовало, — заторопился Генда, видя невыдержанный интерес адмирала. Он, резко встав подошёл к пульту управления аппаратурой и повозившись с клавиатурой, вывел на экран картинку.

— Это ресторан японской кухни в Нью-Йорке. Обратите внимание на вот эти надписи в меню и в рекламном проспекте, — он стал двигать мышкой компьютера, показывая стрелкой на экране, — заглавные буквы и слова двойного значения.

— И что?

— Нами была разработана система условных знаков, скрытых в обычных словах. Это крайняя дата, доступная нам из этого места. А вот картинка недельной давности. Можно увидеть изменения, но ключевые знаки не изменились, что говорит о неслучайности.

— И зачем такие сложности, — удивился Ямамото, скептически разглядывая изображение на экране, — еще что-либо подобное удалось заметить?

— Конечно, — с нотками довольства ответил Генда, сменяя кадры, — представительство крупной автомобильной компании из префектуры Миэ в штате Огайо. Тот же условный код. Необходимо установить контакт, я бы мог высадиться с передовыми….

— Только торопиться не следует, — перебил его Ямамото, — и уж тем более не в Огайо — слишком далеко от развёртывания наших сил. Действовать будем согласно своим планам.

— Сначала мы немного пошумим, — понимающе улыбнулся Генда.

— Если всё это, — Ямамото показал рукой вокруг, оставаясь полностью серьёзным, — плоды их деятельности, и мы каким-то образом вписываемся в их планы, они сами на нас выйдут. Но! Офицеры штабов должны быть проинформированы.

Увидев, что напрягшийся Генда снова порывается что-то сказать, адмирал сделал выжидающую паузу.

— А если нет? — Генда неприменул высказать своё сомнение, — не хотелось бы допустить утечки информации.

— Ограничим допуск и степень информированности, — пожал плечами Ямамото, — и идти вам самому ни к чему. Направить людей с вашими конспиративными штучками, пусть налаживают контакт.

— Надо думать и работать, — после минутной паузы задумчиво выдал Генда.

— Совершенно верно, — одобрительно кивнул Ямамото, всем видом давая понять, что тема закрыта, неожиданно переходя к новому вопросу, — вы упоминали камикадзе, что решим!?

— Что решим по «камикадзе»? — Не успев переключиться, озадачился Генда, лишь пожав плечами, — я видел среди присутствующих вице-адмирала Угаки Митомэ.

— Я не мог забыть о Митомэ. Узнав о его последнем полёте, я безмерно рад, что он с нами. Он достоин как никто другой.

— Это значит, что мы проведём атаки лётчиков-смертников?

— В своё время это был последний довод и безысходная необходимость. В нынешних условиях, при технологичной плотности зенитного огня — все наши пилоты итак фактически смертники. Потому атаки авиации должны быть внезапными и скоротечными. Взлетели. Отбомбились и на посадку. К этому времени специальные наземные части берут под контроль аэропорты. Самолёты загоняют в ангары. Пускают дымовую завесу. Наземные войска должны будут расчистить обозначенные широкие асфальтированные улицы для посадки самолётов. Истребители можно даже укрыть в автомобильных туннелях. Надлежит обеспечить доставку боеприпасов и топлива. Авиация противника не позволит нашим лётчикам и носа высунуть. На больших высотах — полное господство реактивных машин противника, на низких — маневренные и мощнейшим образом вооружённые автожиры.

Американцам не надо даже опираться на спутники слежения, достаточно авиационной разведки. Тут и тепловизоры и инфравизоры. Надо изыскать какие-нибудь, хотя бы, минимальные средства маскировки.

— Наши самолёты не будут возвращаться на авианосцы? — Удивился Генда.

— А какие шансы против противокорабельной ракеты у авианосца? — Вопросом на вопрос ответил главнокомандующий, — один какой-нибудь «Гарпун» или «Томагавк» и корабль коллективная могила. Как в 44-ом мы не могли достать их высотные бомбардировщики, так и в этом случае. Только неравенство ещё ощутимей.

— Положим, одной ракеты для наших бронированных кораблей будет маловато, но…Что же вы решили по флоту в целом?

— Погодите, — болезненно поморщился Ямамото, — о флоте отдельно и не пять минут.

Слишком много ещё не учтённых факторов. Я морской офицер, но некоторые мои мысли по наземной операции надо донести до наших армейских генералов. Упрямые англосаксы до упора будут защищать свой бизнес.

— Бизнес?

— Для западной культуры, жизнь — это дело, такое у них мировоззрение, — адмирал перебирал тактические карты и схемы, — вот смотрите! Как пример — Нью-Йорк! — Адмирал указал на крупномасштабную карту города, — вот здесь, здесь и ещё вот здесь, вертолётные площадки на домах-высотках. Я не случайно выбрал именно их. При общем задымлении города они (американцы) пойдут по простому пути. Высадят рейнджеров с вертолётов. А именно эти здания проще подвергнуть снайперскому обстрелу с соседних домов. К полудню должно быть реализовано полное задымление города. Использовать, как наши спецсредства, так и просто жечь покрышки автомобилей. Их на улицах предостаточно. К тому же множественные пожары будут дурно сказываться на их тепловых системах наблюдения и целеузания. Для этого необходимо выделить специальные отряды. Пусть прямо на лифтах поднимаются на крыши домов. Кстати, — обратил внимание адмирал, — надо проконтролировать бесперебойную подачу электричества в городе. Это в некоторой степени в наших интересах.

Ещё. Помимо полицейских участков, оружейных магазинов, продовольственных складов, заправочных станций, первоочередно надлежит захватить предприятия связи и телекоммуникаций. Операторов связи и телевиденья заставить донести до населения города:

«Не препятствовать вооруженным силам Японии. Не покидать своих квартир в целях их же безопасности». Вы представляете, что такое восемь миллионов человек? Даже наши тысячи солдат растворятся в этой толпе.