Евгений Гуляковский - Посол в запретную зону

— Ты думаешь, это может сработать? — спросил Горзин, совершенно уверенный в том, что никакого «третьего» варианта не будет. Ширамов не пойдет на прямую конфронтацию с президентом до тех пор, пока не будет полностью уверен в успехе. И это означало, что у него в запасе имеется четвертый вариант, о котором Горзину на данный момент ничего не было известно.

* * *

Случайно или нет, но у капрала Емец очень кстати оказались ключи от квартиры подруги, уехавшей в отпуск…

После прибытия в столицу и развернувшихся здесь событий Олег стал слишком подозрительным. Почти в любой благоприятной случайности он склонен был подозревать происки его невидимых и весьма могущественных врагов.

Единственным, что сдерживало его маниакальную подозрительность, был талисман, каждый раз оживавший с приближением серьезной опасности.

На предложение Емец укрыться в доме ее подруги Чебурашка никак не отреагировала, и Олег согласился.

Потеряв около часа на пересадки из одного вида общественного транспорта в другой, чтобы отрубить «хвосты», которые должны были последовать за ними после бурных событий в ресторане, они в Конце концов оказались на окраине столичного мегаполиса.

Квартира подруги располагалась в многоквартирном доме, похожем на улей своими крохотными моноячейками.

Олегу понравился этот ничем не примечательный дом в рабочем квартале. Появление новых людей в огромном общежитии, где каждый, как мог, старался отгородиться от надоевших соседей, вряд ли привлечет к себе чье-нибудь внимание. Люди Здесь старались не замечать друг друга и уж тем более предпочитали не вмешиваться в дела соседей.

В любом случае Олег не собирался задерживаться здесь надолго. Сейчас главным было связаться с Крутицким и проинформировать через него президентские службы о неожиданном развитии событий, с которыми столкнулся Олег, едва очутившись в столице.

Проблема состояла лишь в том, что положение самого Крутицкого вызывало у Олега некоторые сомнения. Но номер интерфона, который успел вручить ему Крутицкий перед самым приземлением в столичном космопорту, ответил сразу же.

Это был закрытый канал личной связи следователя, наверняка полностью защищенный от прослушивания.

Тем не менее Крутицкий, сразу же ответивший на вызов, отказался обсуждать дальнейшие действия Северцева по фону и назначил встречу в окраинном кафе.

Это Олегу не понравилось, слишком свежо было в памяти посещение столичного ресторана. Однако Крутицкий заявил, что знает о том столкновении, и обещал принять все необходимые меры предосторожности.

Этому человеку Олег доверял хотя бы потому, что у Крутицкого была возможность попросту арестовать его еще на базе, но вместо этого следователь предоставил ему возможность управлять боевым истребителем. Во время схватки с ширанцами Олег фактически спас Крутицкому жизнь, так что имел все основания рассчитывать на его признательность. Да и не было у него в столице другого человека, к которому он мог бы обратиться со своими слишком запутанными и сложными проблемами и который к тому же обладал достаточной властью, чтобы их разрешить.

В гостиной пригородной резиденции президента Звездной Федерации Василия Васильевича Румянцева за небольшим круглым столиком сидели четыре человека.

Трое не отрывали глаз от четвертого, от того, кто номинально управлял огромной космической конгломерацией, состоявшей из четырехсот колоний, расположившихся на пригодных для жизни планетах, отстоявших одна от другой иногда на сотни световых лет.

Некоторые из них фактически выделились в самостоятельные государства, поддерживавшие с правительством Федерации весьма прохладные отношения, а порою не поддерживавшие их вообще.

Чем больше размеры любого государства, тем меньше фактической власти остается у тех, кто стоит на самом верху. Она размывается, дробится, вырождается в поток бюрократических указов и распоряжений, которые на местах никто не спешит выполнять. И лишь тогда, когда возникает реальная опасность для всего государства, власть и авторитет президента резко повышаются и становятся решающим фактором. Сейчас наступило как раз такое время. И теперь от того, сумеет ли этот невысокий человек с усталым лицом выдержать свалившийся на него груз, зависела судьба всей гигантской Звездной Федерации.

Президент выглядел осунувшимся, его покрасневшие глаза свидетельствовали о том, что за последние несколько дней он хронически недосыпал. Мысли президента упорно возвращались к несущественным, не имеющим решающего значения мелочам. Он думал о том, какая буря поднимется в парламенте, когда оппозиция узнает, что он превысил свои полномочия, и еще о том, что за портьерами, скрывавшими от него вид на осеннюю столицу, скопилось слишком много пыли… Люди, пользуясь обстоятельствами, выполняли свои обязанности все хуже и хуже. При возникновении серьезных общественных проблем настроение масс легко менялось, и они мгновенно становились на сторону тех, у кого ораторский дар преобладал над их способностью реально заниматься делом. Необходимо издать указ, ограничивающий доступ таким людям к средствам массовой информации, но стоит только это сделать — как поднявшаяся буря общественного возмущения может смести на своем пути все преграды вместе с теми, кто стоял у власти.

Самое неприятное в нынешней войне — ее вялая текучесть. Люди не чувствуют реальной угрозы, и это лишает его возможности начать серьезную борьбу с теми, кто рвется к власти, пользуясь случаем и не считаясь с последствиями.

Советник по межпланетным связям приподнял руку, словно находился в зале заседаний этого самого парламента, где ему частенько приходилось привлекать к себе внимание подобным способом. Президент согласно наклонил голову, разрешая говорить.

— Нам следует подвести некоторые итоги, господин президент! Вы собираетесь отправить к фронтерам никому не известного человека, который к тому же может оказаться ширанским агентом.

— С чего вы это взяли? — сразу же вступился за своего протеже Крутицкий. — На моих глазах он уничтожил парочку ширанских кораблей и сумел войти в контакт с фронтерами, чего, как вы знаете, никому до него не удавалось.

Возможно, именно этот факт и повлиял на их выбор конкретного представителя Звездной Федерации. Северцев пришелся им по душе. Сумел завоевать доверие наших потенциальных союзников.

— История с атакой ширанцев на ваш истребитель могла быть хорошо поставленной инсценировкой, подготовленной специально для того, чтобы убедить нас в надежности этого человека, — возразил советник, — а что касается Северцева и его контакта с фронтерами, то никто еще не сумел доказать, что на Глории он встретился именно с ними! Мы понятия не имеем, как выглядят представители этой цивилизации. С таким же успехом это могли быть ширанцы, завербовавшие вашего лейтенанта во время атаки на Глорию! Их корабли в момент посадки Северцева на планету находились на спутниковых орбитах, в сотнях километрах от нее, и им не нужно было преодолевать сотни светолет, которые отделяли Глорию от закрытой зоны Фронты! — Это был серьезный довод, и президент с интересом ждал возражений Крутицкого. Но возражения, неожиданно для всех членов этого закрытого совещания, последовали от другого человека.